Судьбоносный день настал.

Тринадцатое декабря, дата первой и, более чем вероятно, последней битвы союза Панакеи и Конфедерации демонов с рабовладельческой Скодильской Теократией.

Это сражение навсегда изменит облик целого мира.

Солнце давно закатилось за горизонт, а с неба падали тяжёлые снежные хлопья.

Буквально худшие условия для осады, и всё же, самолёт уже поднялся в воздух.— Мне всё ещё кажется это безумием, — сказала Элен.

Розововолосая девушка стояла у двери, помогая Флер и Алле держать сферу сжатого пламени.— Как будто с чернышом всё было иначе, — сказала лиса.

Во весь рост ей здесь более не выпрямиться, потому она сидела на одном колене.

Колдунья же бормотала заклинание с полуоткрытыми глазами.

Зрачки закатила, дыхание прерывистое — заклинательница впала в едва осознанный транс.Были там и Сецуна с Клехией.

Воительницы лишь выжидали начала сражения.

Сказать им было нечего: когти и меч в таких ситуациях были гораздо более красноречивы.

Подле же самолёта небо рассекал Лоренцо на своём вороне, что заметно прибавил в размере и размахе крыльев.

В этом облике Тарсон мог посоперничать с некоторыми драконами.

Последние держались на небольшом удалении от летательного аппарата.Враг тоже не дремал — стоило подобраться к стенам ближе, как пушки на стенах принялись плеваться тяжёлыми ядрами, маги заполнили небо огнём и громом.

Кир выкручивал такие бочкообразные кульбиты, что его аж подташнивать начинало.

Чудо, что девушки не навернулись...

Чудо и магический круг у них под ногами.

Лоренцо тоже приходилось вертеться, ведь Деймос как раз позаботился о том, чтобы тот не мог обратиться здесь в чёрный туман.— Ну всё...

ОГОНЬ!!! — крикнул Кир, распахнув дверь одним лишь махом рукой.

Тут же салон начало заметать снегом, однако прежде чем хоть сугроб там поселился, Флер распахнула разноцветные глаза и швырнула огонёк в закрытые врата.Стоило только чуточку отлететь вверх, как земля содрогнулась могучим взрывом, а ударная волна добралась даже до самолёта.

Стена рухнула, добрая сотня солдат зажарилась в багровом пламени сразу, четыре бомбарды и вовсе полетели с башен прямиком на город, вместе с осколками.

Ни один маг, ни поодиночке, ни вместе, не смог бы сдержать такую мощь, и жертвы исчислялись сотнями.Сигнал дан — первая линия обороны пробита, и теперь драконы устремились в город.— В АТАКУ!!! — приказ отдала Ева.

Скупые остатки чёрной силы пошли на это указание.

Девушка восседала на громадном ящере, коим был Боран.

Рубиновые драколюды первыми рванулись в битву, им навстречу вылетели ашламские рыцари, в воздух поднялись летучие шары, а к несчастной Паниоте устремились тысячи солдат.

Кавалерия всех мастей сошлась в ожесточённой схватке с конными рыцарями, с остатков стен лилось кипящее масло, грохотали выстрелы, свистели стрелы и шипела магия.— Началось, — пробормотал маг-целитель.

Куда ни глянь, везде проливается кровь, доносятся боевые крики, грохочет сталь и трескаются кости.

Крайлеты и железные кабаны летели к ратуше, расстреливая вставших на пути вражеских драконов из ружей, демоны и люди превратили город в ад.

Все, кто не хотел или не мог сражаться, сбежали, и даже присутствие здесь Фарана не спасало ситуацию.

Вот уже и первые ростки пожара подоспели.

Как бы хорошо ни был спланирован захват, насколько бы ни была гениальной Элен, когда дело доходит до схватки, лоск романтизации спадает начисто.

Война — это всегда кровь, боль, обделавшиеся трупы и разрушения.А что же Кир? Он летел за Лоренцо, прямиком к пятиэтажному собору.

Как вдруг!..— КИР, ОСТОРОЖНО!!! — вскрикнула Флер.

Сквозь резной глаз колдунья ощутила столкновение, а в следующий миг на самолёт напрыгнул всадник на грифоне.

Своей пикой он принялся колотить мифриловую обшивку, однако ничто не оказалось более разрушительным, нежели вес его магической твари.

Герой проклятий обернулся, и всего одним взмахом ладони отправил в наглеца вереницу змей.

Гард, не будь таким уж дураком, воспрял в небо.— ВВЕРХ, МЫ СЕЙЧАС ВРЕЖЕМСЯ!!! — крикнула лиса, прижав к себе остальных девушек.— Ничего, взле... — только юноша вознамерился набрать высоту, только он вложил ману, как тут сзади послышался очередной крик.

Это Флер, однако на фоне обратившихся в барабанное грохотание аккордов битвы, он её не услышал.

Не прислушался.— КРЫЛО!!! — только, когда незнамо откуда прилетевший двузубец буквально отрезал кусок мифрила, целитель разобрал всё, но было уже поздно.

Их занесло, самолёт понесло вихрем, а потом он и вовсе с грохотом разбился о близлежащий дом.Девушки попадали, однако магия притяжения уберегла их от «прелестей» перегрузки.

Кир себе такой роскоши не позволил, да и незачем, ведь он быстро выбрался из сидения, и пошёл к выходу.— Все целы? — спросил он у своих стоявших верх ногами спутниц.

Оттуда их сняла Алла, державшая всех четверых в своих широких руках.— Фух, сказал бы мне кто о таких приключениях заранее, я сдалась бы тебе без боя, — сверкнула Клехия оптимизмом, выбив перед собой заевшую дверь.

Тяжёлый кусок мифрила выскочил как пробка от силы богини меча.

Жаль только, далеко он не улетел...— Пойдём, убьём очередного бога, и пойдём кушать, — ну а Флер пошатывало.

Пока Кир с Сецуной раскапывали завалы, героиня исцеления помогала привести в порядок её закровивший левый глаз.

Кто бы мог подумать, что передышка наступит под обломками...За падением железной птицы довольно наблюдал принц Марк.

С вершины городской ратуши он взирал, как уверенное продвижение вражеских войск постепенно увязало в среде городских баррикад.

Паниота превратилась в одну большую скотобойню, даже ароматы соответствовали, однако «Фаран» сдержал своё обещание.

Изгнанник всё ждал, когда же рыцари вытеснят неприятеля с земли, а ашламские наёмники с неба.— Осталось дождаться конца, и тогда союзная аристократия вознесёт нас на трон, — самодовольно проговорил выдворенный наследник.

Доверенные лица как раз сидели в этом же здании, под охраной сильнейших рыцарей Фарана...— А...

Ы-ы... — или ему так казалось.

В дверях показалась его сестра, в руках у неё был багровый кинжал, а сама она с ног до головы окровавлена.— Корделия! — мужчина подскочил к ней, выхватил оружие и наспех осмотрел.

Видимых ран он не заметил, заплаканные глаза вызывали лишь страх за девушку.

А если учесть, что они ещё и вертикальные...— По...

Помо... ги... — прокряхтела принцесса.

Её левая рука судорожно тряслась, а голова неестественно подёргивалась.

И всё, чего не хватало в этом кошмаре — аплодисментов из коридора...— Молодчинка.

А теперь убей его, и мы воцаримся над этой проклятой землёй! — уверенно заявил «кардинал» в алой робе.

За собой он тащил по полу грязную торбу, из которой уже пованивало гнилью и разложением.

А уж стоило ему её выбросить, как оттуда покатились головы...— Нет! Наши со... союзники! Мерзавец, как ты посмел?! — крикнул Марк, бросившись на предателя с кинжалом.

Однако не успел он сделать и шага, как его подняла над землёй Корделия.

Слабой девушке хватило всего одной руки, чтобы поднять рослого брата.— Хорошая куколка, скажи.

Знаешь, единственное, что я точно ненавижу — так это смертных, которые думают, будто все им должны, ведь они вылезли из дырки, в которую когда-то пихнул какой-то там царь.

Ну, это лирика.

А по фактам, вы свою роль сыграли.

Нам с Фараном вы больше не нужны, — произнёс Кетцалькоатль, махнув рукой.

Тотчас же Корделия со слезами на глазах свернула брату шею...

И никто его не спас.Только по окончанию казни, как в окно наконец влетел крупный человекоподобный ворон.

Своей мускулистой рукой он схватил зазнавшегося божка, и как грохнул им о пол, так они под него и провалились.

Как раз туда, где красовались десятков три трупов — обескровленные рыцари, обезглавленная мятежная знать.

Именно там змей отпихнул от себя пернатого, и божества сошлись в ожесточённой рукопашной схватке.Джеб, боковой, с ноги в развороте — Тарсон потерял инициативу, получил по клюву и грохнулся в стену.

Змей сделал замах — сейчас птицу пробьёт прямиком через стену! Однако он нашёл в себе силы пригнуться, и вот рука кардинала пробила кирпичную кладку.

Ворон открыл рот, и оттуда вырвался фиолетовый луч.

Зловредная энергия прошлась прямиком сквозь голову кровожадного божества...

И тут из дыры как покажись змея, так и куснула бы союзника Лоренцо, не уклонись он вовремя.— КАР!— Да-а-а...

Пора разобратьс-с-с-с-ся! — крикнул крылатый змей, буквально сбросив с себя человеческую шкуру.

Склизкий кусок мяса и кожи слез, а из него вышло многоглавое создание из переплетённых змей, и всё это на крыльях.Монстр ринулся на врага, и вместе они начали друг друга мутузить.

Ноги, руки, магия — в бой пошло всё, ратуша трещала, изрыгая из себя то пурпурную, то зелёную магию.

Ещё один вклад в копилку творящегося вокруг хаоса.

Змеи кусали пернатого, пока тот откусывал им бошки.

Одну за другой, он бил, топтал, давил и жёг.

Кетцалькоатль в долгу не оставался, его чудовищное обличие постоянно пополнялось новыми головами, новыми змеями, костяными отростками и ядовитыми шипами.

Чем дальше, тем более хаотичным становился крылатый змей.А затем их битва перешла в воздух.

Божества нашли своё место среди драконов, буквально вырывая друг из друга куски.

Тарсон вырвал из врага змеюку, осадил того россыпью тьмы и швырнул в дом.

Не успел он долететь вниз, как ворон призвал тёмно-синюю сферу, да и снёс ей целое здание, а вместе с ним и бригаду тернистых жаб-поджигателей, несколько конников, а с ними и пехотный взвод от Панакеи.Вот только, чудовище воспряло — вырвавшись из-под обломков, оно устремилось к пернатому и вонзилось тому многочисленными зубами в торс, не дав себя добить.

Ядовитые клыки принялись шматовать Тарсона — грудь, рёбра, ключица — золотая кровь лилась отовсюду, и не только с птицы.

Ворон слабел, однако и Кетцалькоатль редел — всё меньше голов извергало его сердце, всё видимее оно становилось.И вот, борясь с беспощадным притяжением, Тарсон собрал в кулак свои последние силы — одной рукой он собрал в охапку как можно больше голов, другой же вонзился в самое чрево живого серпентария.— А-А-А-А-А-А-А!!! — Кетцалькоатль пронзительно заорал, змеи, что тянулись прямо из сосудов сердца, начали сохнуть и выпадать, словно седые волосы.

Крылья осыпались, а от божества остался лишь один кусок бьющегося мяса.

Кусок, который Тарсон схватил когтистыми руками и порвал надвое, орошая поле битвы свежим ихором!Вот и всё.

Долг отдан, высокомерное чудовище мертво, и у ворона даже оставались кое-какие силы продолжать свой путь.

Мышцы медленно заживали, и даже яд почти весь вышел.

Осталось перевести дух и вернуться к Лоренцо...И тут, откуда ни возьмись, с неба прилетел всадник на грифоне, да и насадил ворона на пику.

За те пять минут, что уже длилась эта разрушительная битва, он успел убить трёх драколюдов, и сейчас Тарсон лишь встал у него на пути.

Досадное совпадение, но вот, обессиленный божественный зверь получил колом в грудь, прямо в сердце.

В Гарде, бывшем в прошлом мире одним из трёх поборников Джеорала, наравне с Клехией Крайлет и Органом Тристом, триумфа не ощутил.

Он рвался в новый бой, однако...— О-ох... — его манёвры закончились, когда в туловище у него появилась дыра.

Да ни от кого-нибудь, а от самой Евы Риз.

Драконы не поспевали за грифоном, однако никто не мог перегнать луч пронзающего света.— Боран, битву я оставляю на тебя.

Мне нужно найти Кира, — сказала чернокрылая на ухо громадному ящеру и незамедлительно спрыгнула прямо в гущу омытых кровью улиц.

Только бы они были живы...***В это самое время, Кир, Элен, Сецуна, Алла, Клехия и Флер прорывались к собору через, казалось бы, бесконечные ряды фанатиков-фаранитов.

Ирония в том, что наравне с магом-целителем и его спутницами рыцарям противостоял и сам Фаран.

Чёрная магия героя проклятий без труда прорывала плотные ряды паладинов.

Чёрные колья, змеи да гибельные черепа — магия смерти внушала ужас и смуту в сердца рыцарей, а уж мечу в его руках попросту миновал латы.Не отставал и Кир — герой-целитель с мечом наголо взрывал врагов в кровавые ошмётки, одного маха его одоспешенной длани хватало, чтобы головы под шлемами лопалась как спелый орех, а мускулы рвали сами себя под аккомпанемент предсмертных воплей.

Клинок он использовал только для защиты, да и то, Сецуна то и дело рвала любого, кто осмелится подойти слишком близко к её мужу.

Когти из божественного металла рвали сталь, будто бы это пергамент, а не миллиметр закалённого металла.

Клехия носилась по полю боя ретивой молнией! Если её пируэты и раньше были столь быстры, что дезориентировали врагов, то сейчас и вовсе ни один человек или демон не мог посоперничать с ней в скорости.

Казалось бы, богиня меча способна рассечь целую армию в мгновенье ока, но отвлекаться от задания она себе почти не позволяла.— Age, fulmen! — не плошала и Флер — под прикрытием Клехии, она разила врагов громогласными молниями.

Даже без своей избранности, девушка оставалась толковой заклинательницей с сильнейшим посохом в мире.

Даже Элен не упускала шанса вырастить из земли каменные колья магией алхимии, на которые и насаживала вражин, не желая тратить драгоценные патроны своего нарезного мушкеты.

В чём нельзя было упрекнуть Аллу, ведь та с одной руки поливала рыцарей чёрным огнём из своего пистолета-пулемёта.

Немудрено, что такое сборище рубак не могла остановить ни одна смертная армия.

Но даже так...— А-а... — стоило Лоренцо добить очередную горстку смертников, как он грохнулся на колени.

Неуклюжая марионетка упала оземь, словно бы ей окончательно обрезали нитки.— СЕЦУНА, ДЕРЖИ ЛЕВЫЙ ФЛАНГ!!! — крикнул юноша, бросившись если не на выручку мумии, то хотя бы чтобы не позволить врагам окружить их.

Снести голову, вмять нагрудник, оросить проклятой кровью, проредить пару рядов магией света — герой старался убивать быстро, ему было не до веселья.

Ведь сколько бы они ни уносили жизней, фараниты всё никак не хотели отступать.

Они боялись, но не за свои жизни — страх подвести своего бога не позволял им просто побросать оружие и сбежать.

Всё настолько плохо, что в определённый момент продвигаться стало сложно из-за трупов.

Вот-вот, и Кир пойдёт другим путём.

Хотя бы затем, чтобы сбежать подальше от запахов пота, крови и дерьма.— Age, tenebrae aeternae. Veniteetcomprehenditeinimicosmeos! — и тут с неба раздалось могучее заклинание.

В каких-то пяти метрах от группы земля почернела, а из скверны начали вылезать бесчисленные руки.

Чёрные длани высотой в человека принялись оплетать рыцарей, выламывать им ноги, выкручивать руки и затягивать в самую преисподнюю.

Раздались крики и мольбы, вопли ужаса смешались в одну сплошную какофонию.

Выбраться из ловушки вечной тьмы уже никогда ни у кого из них не получится.

Только такого кошмара хватило выжившим, чтобы начать разбегаться кто куда горазд.— Привет, Ева.

Спасибо, что подсобила, — сказал герой, поприветствовав королеву демонов объятиями и поцелуем.

Кир так и не нашёл времени постигнуть магию тьмы, и сейчас он увидел её вершину в деле.

Если бы не натиск трёх героев, может, и тогда она бы показала её во всей красе.— М-м...

Всегда пожалуйста, — улыбчиво произнесла Ева, словно бы они не в охваченном войной городе, а в цветущем саду.

Но увы, это не так.

Идиллию прервала Элен.— Что с ним? — спросила розововолосая девушка, похлопав замечтавшегося юношу по плечу.

Лоренцо так и не вставал, не дёргался и даже не дышал.

Посмотришь так на него — труп как труп, разве что древний и иссохший.— Тарсон... умер, — однако нет, жизнь в нём ещё теплилась, однако с потерей единственного друга, родственной души, сколько там её осталось в гиблом теле? — Идём, это не повод медлить, — благо хоть, мертвец нашёл в себе силы подняться, подобрать уже почти полностью иссохший жезл и побрести дальше.— Хм, тогда пьём зелья и идём в собор.

Покончим с богами раз и навсегда, — сказал маг-целитель, подправив висящий на спине мёртвым грузом меч в пламенеющих обмотках.***— Время почти пришло, — сказал Деймос, бросив равнодушный взгляд на ручные часы, прежде чем грубо их выбросить.

Ирония ли, причудливая шутка судьбы или тщательная задумка, но именно под сводами многоэтажного собора вот-вот откроется точка пересечения миров.

Прямо в этом едва освещённом свечами и лампадками помещении.

Звёзды почти выстроились, и скороБог ужаса встал с деревянного стула.

Не чета вычурному трону Сианта.

Он взял бронзовый щит в левую руку, а двузубое копьё в правую.

Не успел он сделать и пары шагов, как из тени появились восемь фигур.

Паладины в светлых латах, внешне их ничто не выделяло среди сотен и тысяч таких же.

Ничто, кроме белого сияния из забрала.И вот, он вышел.

Не ведая страха, Деймос выступил за массивные врата в сопровождении своей гвардии.

К его чести, он не прятался за их спинами, вместо этого вышагивая в первом ряду.

Снаружи его уже ждал Кир со своими девушками.

В сопровождении десятого героя, они уже приготовились принять первый и последний бой с врагом.— Ты примешь свой последний шанс, Кир Албан, правитель Панакеи? — вопросил бог ужаса, громыхнув двузубцем о каменную кладку.— Это тут? — маг-целитель, в свою очередь, предпочёл проигнорировать вопрос.

Его слова были обращены к Лоренцо.— Да, под сводами собора, — ответил герой проклятий, заняв среднюю стойку со своим мечом.— НА ПРОРЫВ!!! — крикнул юноша, побежав с мечом наголо на «Фарана».

Оружие он держал в левой, ведь только так можно рассечь правую ладонь, дабы оросить клинок собственной кровью.И вот, они сошлись.

Волна на волну, стенка на стенку.

Кир и Лоренцо устремились к Деймосу, пока Клехия с Сецуной приняли на себя защиту переднего фланга.

Волчица вонзила когти в землю, оградив Флер, Элен и Аллу, ну а богиня меча разразилась молнией.Восемь паладинов.

Первый с пикой — он ринулся на Лоренцо, однако не успел он нанести первый выпад, как Сецуна вонзила ему в подмышку свои металлические когти, нарастила там магический лёд и вышвырнула неприятеля подальше.

Кир же, на пару с иссохшим мертвецом, принялся продавливать защиту бога.

Из раза в раз их мечи соскальзывали с бронзового щита, а заклинания поглощались этой же эгидой.

Даже кровь целителя будто тянуло на полированную бронзовую поверхность.

Даже Георгий не удавалось задействовать, ведь Деймос то и дело хлестал щитом по латной рукавице, не провести через неё ману.

Да и то, это если удастся пройти мимо выпадов длинным двузубцем.Второй паладин, воин с двуручным мечом, оторвался от Клехии и уже устремился снести Киру голову одним размашистым ударом.

Однако меткий выстрел в шею повалил с ног.

Маг-лекарь уклонился, и тело громыхнулось прямиком перед богом ужаса.

Не успел двуручник повалиться окончательно, как Кир схватил его магией ветра и всадил прямиком в голень своего врага.

Даже в таком состоянии Деймос смог отразить чёрную молнию Лоренцо, однако он пропустил тот миг, когда Кир схватил его за щит и вонзил клинок прямо в незащищённое плечо.

Однако здесь оплошал и герой — пока адамантитовый меч орошался ихором, копейщик перехватил двузубец прямо промеж кольев и вонзил его Киру в живот.

Ошибка, недостойная любого мастера фехтования.

Однако Кир не был мастером фехтования.

Молодой человек усмехнулся и вложил всю свою дурь в удар ногой.

Да так вложился, что Деймос полетел в собор, распахнув своей спиной дверь в собор.

Двузубец он не выпустил зато раны под продырявленной дублёнкой затянулись сами по себе.— Беги за ним, Кир! — крикнула Ева, осыпая врагов градом стрел света.— Мы справимся, давай! — поддержала её Элен.

Что же до остальных, Клехия билась сразу с тремя, Флер осыпала паладина размахами ледяного лезвия из Ванарганда, осыпая его ещё и ледяными копьями, Сецуна прикрывала ей спину от пятого, ну а оставшихся троих, на пару с Евой расстреливала Алла.

Так или иначе, Лоренцо уже вошёл под своды храма, и оттуда уже раздавались звуки борьбы.

Кир не сказал ничего.

Лишь согласно кивнул и побежал внутрь.

Он верил в своих девушек.

Верил, что они справятся...А встретила златоглазого бога исцеления эпичная батальная картина.

Неживой маг сражался с древним воином.

Необычайно ретивый мертвец вертелся, пятился и заливал врага чёрной магией при любой возможности — жезл окончательно потерял в силе, пришлось его выбросить.

И всё это под переменчивым светом звёзд.

Тёмное пятно на кирасе, открытая дыра от лежащего неподалёку меча мага-целителя, золотой кровоподтёк на правой голени.

Однако вот уже и неуклюжесть Лоренцо напомнила о себе.

Воитель придавил иссохшую стопу и принялся дырявить живой труп.

Один, два, три, четыре — раз за разом его двузубец пронзал мумию.Кир не стал сближаться.

Взамен, он выставил по два пальца и как начни палить из них магией света! Локоть, плечо, шея — везде, где доспех не прикрывал мужчину, появилась минимум дюжина сквозных дыр.

А там ещё и Лоренцо вспыхнул тёмным пламенем, отбросив Деймоса в храмовую кафедру.Выбраться из-под обломков мужчине труда не составило.

Как и метнуть двузубец в Кира.

Последний увернулся, получив лишь незначительную рану в виде начисто сорванной щеки.

Мага-целителя это не остановило — всю силу он вложил в Георгия, и вот, пока бог ужаса вынужден был отражать наплыв густой тьмы, юноша сумел подбежать.

Он наконец смог ухватиться за руку, вонзить в зеленоватую плоть свои когти, и вырвать руку с корнем.

Только когда одоспешенная длань едва не пронзила шею, Деймос отвесил рыжеволосому врагу подсечку, подбежал к Лоренцо осадил в висок ребром своего щита.

Безуспешно, впрочем, ведь тёмный чародей поднырнул под удар и охватил руками плечо непримиримого врага.

Синеватой гангреной проклятие побежало по руке, и тогда богу не осталось ничего, кроме как отпрыгнуть, обхватить руку коленями, да и дёрнуть плечом так, что конечность вырвало начисто.

Казалось бы, поражение, но нет! Под шлемом Деймос усмехнулся, не прошло и пары секунд, как его длани выросли заново.— Повторите? — холодно спросил воитель, обнажив висящий на поясе меч.

С виду, он не пострадал, однако интуиция мага-целителя подсказывала ему, что победа близко.Деймос ринулся к щиту, Кир уже готов был сблизиться с ним, но тут воитель швырнул в него свою эгиду.

И всё бы ничего, для уклонения хватило всего одного пируэта.

Ещё метр, и зловредная пурпурная вспышка лишит врага уже сердца.

Но тут бог ужаса совершил неожиданное — он вонзил копис прямиком наручу в глаз!— А-А-А-А-А-А!!! — Кир возопил от боли, его божественное оружие мертво, убито! А пока он приходил в себя, Деймос полоснул его клинком по животу.— Surge, o tenebrae magnae, quia dominus tuus ego sum! — воскликнул герой проклятий, и хлопнул ладонью по земле.

Воителя захлестнула тьма, гибельная ловушка в виде чёрной колонны захлопнулась, и даже показалось, что бой окончен.— Уух... — Кир подобрал свои кишки.

Всего одно усилие, одно желание, и всё встало на место, и ничего не мешало юноше вскочить на ноги.

Даже осознание гибели святого доспеха Георгия не сразу дошло до него.

Да и времени ему не дали — по колонне тьмы пошли алые трещины — а не успели герои приготовиться, тюрьма окончательно рухнула, и первым же делом Деймос сразил Лоренцо.

Один взмах мечом, и тёмный чародей распался на четыре части: руки, торс с ногами и голова с плечевым поясом.

Тело бога ужаса испещряли многочисленные раны, из рук, ног, даже из-под шлема лился густой ихор, а потемневшие края почти не заживали.— Доставай меч, Кир Албан, — произнёс воитель, пренебрежительно отбросив от себя куски трупа, дабы тот не смог собраться воедино.

В этот же миг небо прояснилось, а залы собора налил собой яркий звёздный свет, совершенно безразличный к пожару снаружи.

Вот-вот начнётся...— Он не для тебя, — холодно ответил молодой человек, подтянув слегка спавшую латную рукавицу.— Тогда умри.

Как и остальные! — заявил Деймос, бросившись на юношу.

Выпад, от плеча, от бедра, боковой — копис из божественного металла снёс Киру ухо, цапнул плечо, рассёк руку, однако ничего из этого не было смертельным.

Бог устал, он изранен, он стал медленнее, а потому ничего не помешало провернуть последний разрез сверху вниз в бросок через плечо.

Бронзовая кираса громко звякнула о каменную кладку.

И так яркий зал озарило ещё и пурпурной вспышкой, однако прежде чем рука снова подвела воителя, он выкрутился, и всадил клинок герою прямиком под ребро.

Только затем ловкая рука высохла и отпала, ну а Кир терять времени не стал.Маг-целитель поднял врага за шею, а затем вонзил одоспешенную левую руку прямо в кровоточащую дыру.

Там, продираясь сквозь мясо, ломая кости и хрустя позвоночником, он всё же добрался до сердца, сжал его до внутреннего кровотечения, а затем вытащил окровавленную золотым ихором руку из тела поверженного врага.

Тело обмякло, а юноша ещё секунду пытался сообразить, что же ему теперь делать.— Кхе-кхе, — кашель с кровью вырвал его из плена ступора.

Ещё бьющееся сердце выскользнуло на пол, однако маг-целитель попросту раздавил его ногой.

Этот враг не был ему ненавистен, у них никаких личных счётов.

Каждый из них попросту пытался отстоять своё видение света.

Для Кира это был безопасный мир без чудовищ и вечных войн.

Разрушение уровневой системы стало простым придатком.

Для Деймоса победа значила бы сохранение статуса-кво.Так или иначе, Киру только и оставалось, что вытащить из себя меч, наложить руки на свои многочисленные раны и поковылять к трупу Лоренцо.— Мы справились, — как обычно, его голос звучал гибло, потусторонне.

Однако сейчас в него закралась ещё и смиренная печаль.

Он так и не сумел собрать себя воедино, однако даже так частичка жизни ещё теплилась в его хладном теле.— Это...

Это оно? — спросил Кир, глянув на полупрозрачное деревцо посреди молельного зала.

Деревцо три метра ростом, и шириной не более полуметра.

Немногочисленные голые ветки исходили от его коры.

Правда, оно ещё и было исписано непонятными символами.

Единственное, что разобрал Кир:if (soul = adult) {}//give classИ подобными письменами пестрила вся кора.— Теперь приколи меня к нему, и я сотру проклятия Деймоса и Тривии, — попросил еле живой труп.

Кира уговаривать не пришлось, он взял клинок и размотал его, обнажив алое сияние миру.

Теперь ему только и оставалось, что взять голову под руку, поднести её к ростку, да и выполнить последнюю волю героя проклятий.

Прямо за шею он и повис на осквернённом древе, а красный огонь перекинулся на вырезанные в коре писания, уничтожая те одно за другим, пока проклятие очищения окончательно не догорело, и от Амэ-но-Охабари не осталась бесценная, но совершенно пустая болванка, отдалённо напоминавшая меч.— Лоренцо? — спросил Кир, однако ответа не последовало.

Мумия начала рассыпаться, звёзды затянуло тучами, и меч Такемиказучи грохнулся со звоном оземь.

Шум битвы утих, а собор словно бы умер.

Только россыпь пепла и свежий труп Деймоса напоминали о совсем недавних событиях.

Юноша представлял себе всё гораздо более грандиозным, пафосным.

Но, так или иначе, настало время выйти в свет.Однако стоило Киру распахнуть массивную дверь, а глазам адаптироваться к свету догорающего города, как его застигло ужасное потрясение...

Первой он разглядел Аллу.

Заплаканная девушка едва ковыляла к странному куску светящегося мяса, полного разбитых и сплющенных глаз.

Раздался выстрел — из оружия богини вылетел пучок чёрного огонька, и тварь сгорела окончательно...— Ы-а-а-а-а!!! Я не смогла... спасти... их...Последние слова, всхлип вместе с воплем боли и сожаления.

И вот израненная лиса окончательно упала без признаков жизни.

И она не единственная — под ближайшим домом лежали трупы Евы и Каладрия.

Жизни королевы демонов и вестницы чумы унёс один и тот же двузубец.— Хаа...

Нет, нет...Недалеко от чернокрылой лежала и Клехия, её лицо было начисто разможжили брошенным рядом с ней же боевым молотом.— Блять...

Пожалуйста...Флер лежала прямиком у его ног, у девушки из левого глаза торчал длинный меч.— Хаа!..

Не может быть!..А вскоре и Сецуна обнаружилась.

Под обломками торчала, рассечённая надвое, недалеко от Элен.— А-А-А-А-А-А-А!!! — возопил Кир.

Все его кошмары, все опасения оправдались.

Если с Деймосом помогла справиться его целительная сила, возможность пойти с опаснейшим врагом в размен ударами, но здесь...

Здесь победа девушек над паладинами-архангелами оказалась пирровой.

А вместе с тем это значило ещё и поражение для героя-целителя.Его взгляд помутнился, дыхание сбилось, а по щекам потекли тяжёлые слёзы.

Он вытащил Сецуну, вылечил...

Но так и не вернул её к жизни.

Кир затем подполз к Флер, однако и тут сила его подвела.

В попытке борьбы с нахлынувшим отчаянием юноша попытался оживить Клехию, заживить рану Евы...

Но всё бесполезно.

Осталась только едва живая Алла, осталось...— У МЕНЯ НИЧЕГО НЕ ОСТАЛОСЬ!!! — по пустой улице пронёсся истошный крик.

Всё, что придавало израненному молодому человеку повод жить и радоваться жизни...

Всё это исчезло в один миг.

И ради чего?Кир... сломался.

Сквозь изрезанную дублёнку дули холодные ветра, однако ему уже плевать.

Его любимые, его дети, его будущее в прекрасном мире...

Всё пропало.

Божественная сила, королевство, могущество — ничто из этого более не имело смысла.

Осталась только боль, разруха и осознание собственной ошибки.

Останься бы я тут, с ними, всё пошло бы иначе, тогда...

Тогда!..Однако никакого «тогда» уже не было и не будет.

Буллет пустил сердце Хакуо на дурацкое разделение своей души, а сердце Евы отправилось на победу над чёрным божеством.

Других же не осталось.

Откатить время возможным не представлялось, даже на один день придётся...— Придётся убить тысячи...

Ха-а... — и вот, до бога исцеления дошло.

Сто тысяч душ — столько здесь наберётся.

Демоны, люди, нелюди — последняя соломинка — даже полсотни магов хватило бы на перемотку в полчаса, а уж с тысячей ничто не помешало бы вернуться на пару дней, а там...— Лорд Кир, разрешите... доло... жить... — и тут как раз к юноше подбежал гонец.

Человек в тёплых мехах застал короля в окружении своих мёртвых девушек, разбитого и продрогшего.

В его глазах не осталось ничего.

Одна лишь холодная пустота под стать этой проклятой зиме.

Не успел посланник ничего сообразить, как юноша напрыгнул на него подобно дикому зверю.— А-а...

А-А-А-А-А-А!!! — абсолютно бесстрастно, Кир вонзил в висок мужчине когти уже мёртвого Георгия.

Так он начал сосать ману.

Когда закончилась она, юноша взялся за жизненную силу, а уж когда и эта сила иссякла, ему только и осталось, что выбросить высохший труп.— Этого...

Этого не хватит, — пробормотал маг-целитель.

Он преобразился.

Киргот стал Киром, а Кир...

Что ж, это несчастное создание готово было пойти на всё, лишь бы вернуть себе любимых.

Превратить себя в философский камень, собрав в себя жизнь всех, до кого мог дотянуться, обратить время вспять — вот и всё, чего желал молодой человек.

Он побрёл на шум продолжающейся битвы, однако...

Один беззвучный взмах, и он покатился по заснеженной дорожке.

Последнее, что Кир увидел, прежде чем его взор пал во тьму — своё обезглавленное тело, и стоящую над ним Минерву.— Спасибо за помощь.

Я прослежу, чтобы ваши души обрели счастье, — а эти безразличные слова были последними, что донеслось до целителя.

Наступила смерть.

Судьбоносный день настал.

Тринадцатое декабря, дата первой и, более чем вероятно, последней битвы союза Панакеи и Конфедерации демонов с рабовладельческой Скодильской Теократией.

Это сражение навсегда изменит облик целого мира.

Солнце давно закатилось за горизонт, а с неба падали тяжёлые снежные хлопья.

Буквально худшие условия для осады, и всё же, самолёт уже поднялся в воздух.

— Мне всё ещё кажется это безумием, — сказала Элен.

Розововолосая девушка стояла у двери, помогая Флер и Алле держать сферу сжатого пламени.

— Как будто с чернышом всё было иначе, — сказала лиса.

Во весь рост ей здесь более не выпрямиться, потому она сидела на одном колене.

Колдунья же бормотала заклинание с полуоткрытыми глазами.

Зрачки закатила, дыхание прерывистое — заклинательница впала в едва осознанный транс.

Были там и Сецуна с Клехией.

Воительницы лишь выжидали начала сражения.

Сказать им было нечего: когти и меч в таких ситуациях были гораздо более красноречивы.

Подле же самолёта небо рассекал Лоренцо на своём вороне, что заметно прибавил в размере и размахе крыльев.

В этом облике Тарсон мог посоперничать с некоторыми драконами.

Последние держались на небольшом удалении от летательного аппарата.

Враг тоже не дремал — стоило подобраться к стенам ближе, как пушки на стенах принялись плеваться тяжёлыми ядрами, маги заполнили небо огнём и громом.

Кир выкручивал такие бочкообразные кульбиты, что его аж подташнивать начинало.

Чудо, что девушки не навернулись...

Чудо и магический круг у них под ногами.

Лоренцо тоже приходилось вертеться, ведь Деймос как раз позаботился о том, чтобы тот не мог обратиться здесь в чёрный туман.

— Ну всё...

ОГОНЬ!!! — крикнул Кир, распахнув дверь одним лишь махом рукой.

Тут же салон начало заметать снегом, однако прежде чем хоть сугроб там поселился, Флер распахнула разноцветные глаза и швырнула огонёк в закрытые врата.

Стоило только чуточку отлететь вверх, как земля содрогнулась могучим взрывом, а ударная волна добралась даже до самолёта.

Стена рухнула, добрая сотня солдат зажарилась в багровом пламени сразу, четыре бомбарды и вовсе полетели с башен прямиком на город, вместе с осколками.

Ни один маг, ни поодиночке, ни вместе, не смог бы сдержать такую мощь, и жертвы исчислялись сотнями.

Сигнал дан — первая линия обороны пробита, и теперь драконы устремились в город.

— В АТАКУ!!! — приказ отдала Ева.

Скупые остатки чёрной силы пошли на это указание.

Девушка восседала на громадном ящере, коим был Боран.

Рубиновые драколюды первыми рванулись в битву, им навстречу вылетели ашламские рыцари, в воздух поднялись летучие шары, а к несчастной Паниоте устремились тысячи солдат.

Кавалерия всех мастей сошлась в ожесточённой схватке с конными рыцарями, с остатков стен лилось кипящее масло, грохотали выстрелы, свистели стрелы и шипела магия.

— Началось, — пробормотал маг-целитель.

Куда ни глянь, везде проливается кровь, доносятся боевые крики, грохочет сталь и трескаются кости.

Крайлеты и железные кабаны летели к ратуше, расстреливая вставших на пути вражеских драконов из ружей, демоны и люди превратили город в ад.

Все, кто не хотел или не мог сражаться, сбежали, и даже присутствие здесь Фарана не спасало ситуацию.

Вот уже и первые ростки пожара подоспели.

Как бы хорошо ни был спланирован захват, насколько бы ни была гениальной Элен, когда дело доходит до схватки, лоск романтизации спадает начисто.

Война — это всегда кровь, боль, обделавшиеся трупы и разрушения.

А что же Кир? Он летел за Лоренцо, прямиком к пятиэтажному собору.

Как вдруг!..

— КИР, ОСТОРОЖНО!!! — вскрикнула Флер.

Сквозь резной глаз колдунья ощутила столкновение, а в следующий миг на самолёт напрыгнул всадник на грифоне.

Своей пикой он принялся колотить мифриловую обшивку, однако ничто не оказалось более разрушительным, нежели вес его магической твари.

Герой проклятий обернулся, и всего одним взмахом ладони отправил в наглеца вереницу змей.

Гард, не будь таким уж дураком, воспрял в небо.

— ВВЕРХ, МЫ СЕЙЧАС ВРЕЖЕМСЯ!!! — крикнула лиса, прижав к себе остальных девушек.

— Ничего, взле... — только юноша вознамерился набрать высоту, только он вложил ману, как тут сзади послышался очередной крик.

Это Флер, однако на фоне обратившихся в барабанное грохотание аккордов битвы, он её не услышал.

Не прислушался.

— КРЫЛО!!! — только, когда незнамо откуда прилетевший двузубец буквально отрезал кусок мифрила, целитель разобрал всё, но было уже поздно.

Их занесло, самолёт понесло вихрем, а потом он и вовсе с грохотом разбился о близлежащий дом.

Девушки попадали, однако магия притяжения уберегла их от «прелестей» перегрузки.

Кир себе такой роскоши не позволил, да и незачем, ведь он быстро выбрался из сидения, и пошёл к выходу.

— Все целы? — спросил он у своих стоявших верх ногами спутниц.

Оттуда их сняла Алла, державшая всех четверых в своих широких руках.

— Фух, сказал бы мне кто о таких приключениях заранее, я сдалась бы тебе без боя, — сверкнула Клехия оптимизмом, выбив перед собой заевшую дверь.

Тяжёлый кусок мифрила выскочил как пробка от силы богини меча.

Жаль только, далеко он не улетел...

— Пойдём, убьём очередного бога, и пойдём кушать, — ну а Флер пошатывало.

Пока Кир с Сецуной раскапывали завалы, героиня исцеления помогала привести в порядок её закровивший левый глаз.

Кто бы мог подумать, что передышка наступит под обломками...

За падением железной птицы довольно наблюдал принц Марк.

С вершины городской ратуши он взирал, как уверенное продвижение вражеских войск постепенно увязало в среде городских баррикад.

Паниота превратилась в одну большую скотобойню, даже ароматы соответствовали, однако «Фаран» сдержал своё обещание.

Изгнанник всё ждал, когда же рыцари вытеснят неприятеля с земли, а ашламские наёмники с неба.

— Осталось дождаться конца, и тогда союзная аристократия вознесёт нас на трон, — самодовольно проговорил выдворенный наследник.

Доверенные лица как раз сидели в этом же здании, под охраной сильнейших рыцарей Фарана...

Ы-ы... — или ему так казалось.

В дверях показалась его сестра, в руках у неё был багровый кинжал, а сама она с ног до головы окровавлена.

— Корделия! — мужчина подскочил к ней, выхватил оружие и наспех осмотрел.

Видимых ран он не заметил, заплаканные глаза вызывали лишь страх за девушку.

А если учесть, что они ещё и вертикальные...

Помо... ги... — прокряхтела принцесса.

Её левая рука судорожно тряслась, а голова неестественно подёргивалась.

И всё, чего не хватало в этом кошмаре — аплодисментов из коридора...

— Молодчинка.

А теперь убей его, и мы воцаримся над этой проклятой землёй! — уверенно заявил «кардинал» в алой робе.

За собой он тащил по полу грязную торбу, из которой уже пованивало гнилью и разложением.

А уж стоило ему её выбросить, как оттуда покатились головы...

— Нет! Наши со... союзники! Мерзавец, как ты посмел?! — крикнул Марк, бросившись на предателя с кинжалом.

Однако не успел он сделать и шага, как его подняла над землёй Корделия.

Слабой девушке хватило всего одной руки, чтобы поднять рослого брата.

— Хорошая куколка, скажи.

Знаешь, единственное, что я точно ненавижу — так это смертных, которые думают, будто все им должны, ведь они вылезли из дырки, в которую когда-то пихнул какой-то там царь.

Ну, это лирика.

А по фактам, вы свою роль сыграли.

Нам с Фараном вы больше не нужны, — произнёс Кетцалькоатль, махнув рукой.

Тотчас же Корделия со слезами на глазах свернула брату шею...

И никто его не спас.

Только по окончанию казни, как в окно наконец влетел крупный человекоподобный ворон.

Своей мускулистой рукой он схватил зазнавшегося божка, и как грохнул им о пол, так они под него и провалились.

Как раз туда, где красовались десятков три трупов — обескровленные рыцари, обезглавленная мятежная знать.

Именно там змей отпихнул от себя пернатого, и божества сошлись в ожесточённой рукопашной схватке.

Джеб, боковой, с ноги в развороте — Тарсон потерял инициативу, получил по клюву и грохнулся в стену.

Змей сделал замах — сейчас птицу пробьёт прямиком через стену! Однако он нашёл в себе силы пригнуться, и вот рука кардинала пробила кирпичную кладку.

Ворон открыл рот, и оттуда вырвался фиолетовый луч.

Зловредная энергия прошлась прямиком сквозь голову кровожадного божества...

И тут из дыры как покажись змея, так и куснула бы союзника Лоренцо, не уклонись он вовремя.

— Да-а-а...

Пора разобратьс-с-с-с-ся! — крикнул крылатый змей, буквально сбросив с себя человеческую шкуру.

Склизкий кусок мяса и кожи слез, а из него вышло многоглавое создание из переплетённых змей, и всё это на крыльях.

Монстр ринулся на врага, и вместе они начали друг друга мутузить.

Ноги, руки, магия — в бой пошло всё, ратуша трещала, изрыгая из себя то пурпурную, то зелёную магию.

Ещё один вклад в копилку творящегося вокруг хаоса.

Змеи кусали пернатого, пока тот откусывал им бошки.

Одну за другой, он бил, топтал, давил и жёг.

Кетцалькоатль в долгу не оставался, его чудовищное обличие постоянно пополнялось новыми головами, новыми змеями, костяными отростками и ядовитыми шипами.

Чем дальше, тем более хаотичным становился крылатый змей.

А затем их битва перешла в воздух.

Божества нашли своё место среди драконов, буквально вырывая друг из друга куски.

Тарсон вырвал из врага змеюку, осадил того россыпью тьмы и швырнул в дом.

Не успел он долететь вниз, как ворон призвал тёмно-синюю сферу, да и снёс ей целое здание, а вместе с ним и бригаду тернистых жаб-поджигателей, несколько конников, а с ними и пехотный взвод от Панакеи.

Вот только, чудовище воспряло — вырвавшись из-под обломков, оно устремилось к пернатому и вонзилось тому многочисленными зубами в торс, не дав себя добить.

Ядовитые клыки принялись шматовать Тарсона — грудь, рёбра, ключица — золотая кровь лилась отовсюду, и не только с птицы.

Ворон слабел, однако и Кетцалькоатль редел — всё меньше голов извергало его сердце, всё видимее оно становилось.

И вот, борясь с беспощадным притяжением, Тарсон собрал в кулак свои последние силы — одной рукой он собрал в охапку как можно больше голов, другой же вонзился в самое чрево живого серпентария.

— А-А-А-А-А-А-А!!! — Кетцалькоатль пронзительно заорал, змеи, что тянулись прямо из сосудов сердца, начали сохнуть и выпадать, словно седые волосы.

Крылья осыпались, а от божества остался лишь один кусок бьющегося мяса.

Кусок, который Тарсон схватил когтистыми руками и порвал надвое, орошая поле битвы свежим ихором!

Долг отдан, высокомерное чудовище мертво, и у ворона даже оставались кое-какие силы продолжать свой путь.

Мышцы медленно заживали, и даже яд почти весь вышел.

Осталось перевести дух и вернуться к Лоренцо...

И тут, откуда ни возьмись, с неба прилетел всадник на грифоне, да и насадил ворона на пику.

За те пять минут, что уже длилась эта разрушительная битва, он успел убить трёх драколюдов, и сейчас Тарсон лишь встал у него на пути.

Досадное совпадение, но вот, обессиленный божественный зверь получил колом в грудь, прямо в сердце.

В Гарде, бывшем в прошлом мире одним из трёх поборников Джеорала, наравне с Клехией Крайлет и Органом Тристом, триумфа не ощутил.

Он рвался в новый бой, однако...

— О-ох... — его манёвры закончились, когда в туловище у него появилась дыра.

Да ни от кого-нибудь, а от самой Евы Риз.

Драконы не поспевали за грифоном, однако никто не мог перегнать луч пронзающего света.

— Боран, битву я оставляю на тебя.

Мне нужно найти Кира, — сказала чернокрылая на ухо громадному ящеру и незамедлительно спрыгнула прямо в гущу омытых кровью улиц.

Только бы они были живы...

В это самое время, Кир, Элен, Сецуна, Алла, Клехия и Флер прорывались к собору через, казалось бы, бесконечные ряды фанатиков-фаранитов.

Ирония в том, что наравне с магом-целителем и его спутницами рыцарям противостоял и сам Фаран.

Чёрная магия героя проклятий без труда прорывала плотные ряды паладинов.

Чёрные колья, змеи да гибельные черепа — магия смерти внушала ужас и смуту в сердца рыцарей, а уж мечу в его руках попросту миновал латы.

Не отставал и Кир — герой-целитель с мечом наголо взрывал врагов в кровавые ошмётки, одного маха его одоспешенной длани хватало, чтобы головы под шлемами лопалась как спелый орех, а мускулы рвали сами себя под аккомпанемент предсмертных воплей.

Клинок он использовал только для защиты, да и то, Сецуна то и дело рвала любого, кто осмелится подойти слишком близко к её мужу.

Когти из божественного металла рвали сталь, будто бы это пергамент, а не миллиметр закалённого металла.

Клехия носилась по полю боя ретивой молнией! Если её пируэты и раньше были столь быстры, что дезориентировали врагов, то сейчас и вовсе ни один человек или демон не мог посоперничать с ней в скорости.

Казалось бы, богиня меча способна рассечь целую армию в мгновенье ока, но отвлекаться от задания она себе почти не позволяла.

— Age, fulmen! — не плошала и Флер — под прикрытием Клехии, она разила врагов громогласными молниями.

Даже без своей избранности, девушка оставалась толковой заклинательницей с сильнейшим посохом в мире.

Даже Элен не упускала шанса вырастить из земли каменные колья магией алхимии, на которые и насаживала вражин, не желая тратить драгоценные патроны своего нарезного мушкеты.

В чём нельзя было упрекнуть Аллу, ведь та с одной руки поливала рыцарей чёрным огнём из своего пистолета-пулемёта.

Немудрено, что такое сборище рубак не могла остановить ни одна смертная армия.

Но даже так...

— А-а... — стоило Лоренцо добить очередную горстку смертников, как он грохнулся на колени.

Неуклюжая марионетка упала оземь, словно бы ей окончательно обрезали нитки.

— СЕЦУНА, ДЕРЖИ ЛЕВЫЙ ФЛАНГ!!! — крикнул юноша, бросившись если не на выручку мумии, то хотя бы чтобы не позволить врагам окружить их.

Снести голову, вмять нагрудник, оросить проклятой кровью, проредить пару рядов магией света — герой старался убивать быстро, ему было не до веселья.

Ведь сколько бы они ни уносили жизней, фараниты всё никак не хотели отступать.

Они боялись, но не за свои жизни — страх подвести своего бога не позволял им просто побросать оружие и сбежать.

Всё настолько плохо, что в определённый момент продвигаться стало сложно из-за трупов.

Вот-вот, и Кир пойдёт другим путём.

Хотя бы затем, чтобы сбежать подальше от запахов пота, крови и дерьма.

— Age, tenebrae aeternae. Veniteetcomprehenditeinimicosmeos! — и тут с неба раздалось могучее заклинание.

В каких-то пяти метрах от группы земля почернела, а из скверны начали вылезать бесчисленные руки.

Чёрные длани высотой в человека принялись оплетать рыцарей, выламывать им ноги, выкручивать руки и затягивать в самую преисподнюю.

Раздались крики и мольбы, вопли ужаса смешались в одну сплошную какофонию.

Выбраться из ловушки вечной тьмы уже никогда ни у кого из них не получится.

Только такого кошмара хватило выжившим, чтобы начать разбегаться кто куда горазд.

— Привет, Ева.

Спасибо, что подсобила, — сказал герой, поприветствовав королеву демонов объятиями и поцелуем.

Кир так и не нашёл времени постигнуть магию тьмы, и сейчас он увидел её вершину в деле.

Если бы не натиск трёх героев, может, и тогда она бы показала её во всей красе.

Всегда пожалуйста, — улыбчиво произнесла Ева, словно бы они не в охваченном войной городе, а в цветущем саду.

Но увы, это не так.

Идиллию прервала Элен.

— Что с ним? — спросила розововолосая девушка, похлопав замечтавшегося юношу по плечу.

Лоренцо так и не вставал, не дёргался и даже не дышал.

Посмотришь так на него — труп как труп, разве что древний и иссохший.

— Тарсон... умер, — однако нет, жизнь в нём ещё теплилась, однако с потерей единственного друга, родственной души, сколько там её осталось в гиблом теле? — Идём, это не повод медлить, — благо хоть, мертвец нашёл в себе силы подняться, подобрать уже почти полностью иссохший жезл и побрести дальше.

— Хм, тогда пьём зелья и идём в собор.

Покончим с богами раз и навсегда, — сказал маг-целитель, подправив висящий на спине мёртвым грузом меч в пламенеющих обмотках.

— Время почти пришло, — сказал Деймос, бросив равнодушный взгляд на ручные часы, прежде чем грубо их выбросить.

Ирония ли, причудливая шутка судьбы или тщательная задумка, но именно под сводами многоэтажного собора вот-вот откроется точка пересечения миров.

Прямо в этом едва освещённом свечами и лампадками помещении.

Звёзды почти выстроились, и скоро

Бог ужаса встал с деревянного стула.

Не чета вычурному трону Сианта.

Он взял бронзовый щит в левую руку, а двузубое копьё в правую.

Не успел он сделать и пары шагов, как из тени появились восемь фигур.

Паладины в светлых латах, внешне их ничто не выделяло среди сотен и тысяч таких же.

Ничто, кроме белого сияния из забрала.

И вот, он вышел.

Не ведая страха, Деймос выступил за массивные врата в сопровождении своей гвардии.

К его чести, он не прятался за их спинами, вместо этого вышагивая в первом ряду.

Снаружи его уже ждал Кир со своими девушками.

В сопровождении десятого героя, они уже приготовились принять первый и последний бой с врагом.

— Ты примешь свой последний шанс, Кир Албан, правитель Панакеи? — вопросил бог ужаса, громыхнув двузубцем о каменную кладку.

— Это тут? — маг-целитель, в свою очередь, предпочёл проигнорировать вопрос.

Его слова были обращены к Лоренцо.

— Да, под сводами собора, — ответил герой проклятий, заняв среднюю стойку со своим мечом.

— НА ПРОРЫВ!!! — крикнул юноша, побежав с мечом наголо на «Фарана».

Оружие он держал в левой, ведь только так можно рассечь правую ладонь, дабы оросить клинок собственной кровью.

И вот, они сошлись.

Волна на волну, стенка на стенку.

Кир и Лоренцо устремились к Деймосу, пока Клехия с Сецуной приняли на себя защиту переднего фланга.

Волчица вонзила когти в землю, оградив Флер, Элен и Аллу, ну а богиня меча разразилась молнией.

Восемь паладинов.

Первый с пикой — он ринулся на Лоренцо, однако не успел он нанести первый выпад, как Сецуна вонзила ему в подмышку свои металлические когти, нарастила там магический лёд и вышвырнула неприятеля подальше.

Кир же, на пару с иссохшим мертвецом, принялся продавливать защиту бога.

Из раза в раз их мечи соскальзывали с бронзового щита, а заклинания поглощались этой же эгидой.

Даже кровь целителя будто тянуло на полированную бронзовую поверхность.

Даже Георгий не удавалось задействовать, ведь Деймос то и дело хлестал щитом по латной рукавице, не провести через неё ману.

Да и то, это если удастся пройти мимо выпадов длинным двузубцем.

Второй паладин, воин с двуручным мечом, оторвался от Клехии и уже устремился снести Киру голову одним размашистым ударом.

Однако меткий выстрел в шею повалил с ног.

Маг-лекарь уклонился, и тело громыхнулось прямиком перед богом ужаса.

Не успел двуручник повалиться окончательно, как Кир схватил его магией ветра и всадил прямиком в голень своего врага.

Даже в таком состоянии Деймос смог отразить чёрную молнию Лоренцо, однако он пропустил тот миг, когда Кир схватил его за щит и вонзил клинок прямо в незащищённое плечо.

Однако здесь оплошал и герой — пока адамантитовый меч орошался ихором, копейщик перехватил двузубец прямо промеж кольев и вонзил его Киру в живот.

Ошибка, недостойная любого мастера фехтования.

Однако Кир не был мастером фехтования.

Молодой человек усмехнулся и вложил всю свою дурь в удар ногой.

Да так вложился, что Деймос полетел в собор, распахнув своей спиной дверь в собор.

Двузубец он не выпустил зато раны под продырявленной дублёнкой затянулись сами по себе.

— Беги за ним, Кир! — крикнула Ева, осыпая врагов градом стрел света.

— Мы справимся, давай! — поддержала её Элен.

Что же до остальных, Клехия билась сразу с тремя, Флер осыпала паладина размахами ледяного лезвия из Ванарганда, осыпая его ещё и ледяными копьями, Сецуна прикрывала ей спину от пятого, ну а оставшихся троих, на пару с Евой расстреливала Алла.

Так или иначе, Лоренцо уже вошёл под своды храма, и оттуда уже раздавались звуки борьбы.

Кир не сказал ничего.

Лишь согласно кивнул и побежал внутрь.

Он верил в своих девушек.

Верил, что они справятся...

А встретила златоглазого бога исцеления эпичная батальная картина.

Неживой маг сражался с древним воином.

Необычайно ретивый мертвец вертелся, пятился и заливал врага чёрной магией при любой возможности — жезл окончательно потерял в силе, пришлось его выбросить.

И всё это под переменчивым светом звёзд.

Тёмное пятно на кирасе, открытая дыра от лежащего неподалёку меча мага-целителя, золотой кровоподтёк на правой голени.

Однако вот уже и неуклюжесть Лоренцо напомнила о себе.

Воитель придавил иссохшую стопу и принялся дырявить живой труп.

Один, два, три, четыре — раз за разом его двузубец пронзал мумию.

Кир не стал сближаться.

Взамен, он выставил по два пальца и как начни палить из них магией света! Локоть, плечо, шея — везде, где доспех не прикрывал мужчину, появилась минимум дюжина сквозных дыр.

А там ещё и Лоренцо вспыхнул тёмным пламенем, отбросив Деймоса в храмовую кафедру.

Выбраться из-под обломков мужчине труда не составило.

Как и метнуть двузубец в Кира.

Последний увернулся, получив лишь незначительную рану в виде начисто сорванной щеки.

Мага-целителя это не остановило — всю силу он вложил в Георгия, и вот, пока бог ужаса вынужден был отражать наплыв густой тьмы, юноша сумел подбежать.

Он наконец смог ухватиться за руку, вонзить в зеленоватую плоть свои когти, и вырвать руку с корнем.

Только когда одоспешенная длань едва не пронзила шею, Деймос отвесил рыжеволосому врагу подсечку, подбежал к Лоренцо осадил в висок ребром своего щита.

Безуспешно, впрочем, ведь тёмный чародей поднырнул под удар и охватил руками плечо непримиримого врага.

Синеватой гангреной проклятие побежало по руке, и тогда богу не осталось ничего, кроме как отпрыгнуть, обхватить руку коленями, да и дёрнуть плечом так, что конечность вырвало начисто.

Казалось бы, поражение, но нет! Под шлемом Деймос усмехнулся, не прошло и пары секунд, как его длани выросли заново.

— Повторите? — холодно спросил воитель, обнажив висящий на поясе меч.

С виду, он не пострадал, однако интуиция мага-целителя подсказывала ему, что победа близко.

Деймос ринулся к щиту, Кир уже готов был сблизиться с ним, но тут воитель швырнул в него свою эгиду.

И всё бы ничего, для уклонения хватило всего одного пируэта.

Ещё метр, и зловредная пурпурная вспышка лишит врага уже сердца.

Но тут бог ужаса совершил неожиданное — он вонзил копис прямиком наручу в глаз!

— А-А-А-А-А-А!!! — Кир возопил от боли, его божественное оружие мертво, убито! А пока он приходил в себя, Деймос полоснул его клинком по животу.

— Surge, o tenebrae magnae, quia dominus tuus ego sum! — воскликнул герой проклятий, и хлопнул ладонью по земле.

Воителя захлестнула тьма, гибельная ловушка в виде чёрной колонны захлопнулась, и даже показалось, что бой окончен.

— Уух... — Кир подобрал свои кишки.

Всего одно усилие, одно желание, и всё встало на место, и ничего не мешало юноше вскочить на ноги.

Даже осознание гибели святого доспеха Георгия не сразу дошло до него.

Да и времени ему не дали — по колонне тьмы пошли алые трещины — а не успели герои приготовиться, тюрьма окончательно рухнула, и первым же делом Деймос сразил Лоренцо.

Один взмах мечом, и тёмный чародей распался на четыре части: руки, торс с ногами и голова с плечевым поясом.

Тело бога ужаса испещряли многочисленные раны, из рук, ног, даже из-под шлема лился густой ихор, а потемневшие края почти не заживали.

— Доставай меч, Кир Албан, — произнёс воитель, пренебрежительно отбросив от себя куски трупа, дабы тот не смог собраться воедино.

В этот же миг небо прояснилось, а залы собора налил собой яркий звёздный свет, совершенно безразличный к пожару снаружи.

Вот-вот начнётся...

— Он не для тебя, — холодно ответил молодой человек, подтянув слегка спавшую латную рукавицу.

— Тогда умри.

Как и остальные! — заявил Деймос, бросившись на юношу.

Выпад, от плеча, от бедра, боковой — копис из божественного металла снёс Киру ухо, цапнул плечо, рассёк руку, однако ничего из этого не было смертельным.

Бог устал, он изранен, он стал медленнее, а потому ничего не помешало провернуть последний разрез сверху вниз в бросок через плечо.

Бронзовая кираса громко звякнула о каменную кладку.

И так яркий зал озарило ещё и пурпурной вспышкой, однако прежде чем рука снова подвела воителя, он выкрутился, и всадил клинок герою прямиком под ребро.

Только затем ловкая рука высохла и отпала, ну а Кир терять времени не стал.

Маг-целитель поднял врага за шею, а затем вонзил одоспешенную левую руку прямо в кровоточащую дыру.

Там, продираясь сквозь мясо, ломая кости и хрустя позвоночником, он всё же добрался до сердца, сжал его до внутреннего кровотечения, а затем вытащил окровавленную золотым ихором руку из тела поверженного врага.

Тело обмякло, а юноша ещё секунду пытался сообразить, что же ему теперь делать.

— Кхе-кхе, — кашель с кровью вырвал его из плена ступора.

Ещё бьющееся сердце выскользнуло на пол, однако маг-целитель попросту раздавил его ногой.

Этот враг не был ему ненавистен, у них никаких личных счётов.

Каждый из них попросту пытался отстоять своё видение света.

Для Кира это был безопасный мир без чудовищ и вечных войн.

Разрушение уровневой системы стало простым придатком.

Для Деймоса победа значила бы сохранение статуса-кво.

Так или иначе, Киру только и оставалось, что вытащить из себя меч, наложить руки на свои многочисленные раны и поковылять к трупу Лоренцо.

— Мы справились, — как обычно, его голос звучал гибло, потусторонне.

Однако сейчас в него закралась ещё и смиренная печаль.

Он так и не сумел собрать себя воедино, однако даже так частичка жизни ещё теплилась в его хладном теле.

Это оно? — спросил Кир, глянув на полупрозрачное деревцо посреди молельного зала.

Деревцо три метра ростом, и шириной не более полуметра.

Немногочисленные голые ветки исходили от его коры.

Правда, оно ещё и было исписано непонятными символами.

Единственное, что разобрал Кир:

if (soul = adult) {

//give class

И подобными письменами пестрила вся кора.

— Теперь приколи меня к нему, и я сотру проклятия Деймоса и Тривии, — попросил еле живой труп.

Кира уговаривать не пришлось, он взял клинок и размотал его, обнажив алое сияние миру.

Теперь ему только и оставалось, что взять голову под руку, поднести её к ростку, да и выполнить последнюю волю героя проклятий.

Прямо за шею он и повис на осквернённом древе, а красный огонь перекинулся на вырезанные в коре писания, уничтожая те одно за другим, пока проклятие очищения окончательно не догорело, и от Амэ-но-Охабари не осталась бесценная, но совершенно пустая болванка, отдалённо напоминавшая меч.

— Лоренцо? — спросил Кир, однако ответа не последовало.

Мумия начала рассыпаться, звёзды затянуло тучами, и меч Такемиказучи грохнулся со звоном оземь.

Шум битвы утих, а собор словно бы умер.

Только россыпь пепла и свежий труп Деймоса напоминали о совсем недавних событиях.

Юноша представлял себе всё гораздо более грандиозным, пафосным.

Но, так или иначе, настало время выйти в свет.

Однако стоило Киру распахнуть массивную дверь, а глазам адаптироваться к свету догорающего города, как его застигло ужасное потрясение...

Первой он разглядел Аллу.

Заплаканная девушка едва ковыляла к странному куску светящегося мяса, полного разбитых и сплющенных глаз.

Раздался выстрел — из оружия богини вылетел пучок чёрного огонька, и тварь сгорела окончательно...

— Ы-а-а-а-а!!! Я не смогла... спасти... их...

Последние слова, всхлип вместе с воплем боли и сожаления.

И вот израненная лиса окончательно упала без признаков жизни.

И она не единственная — под ближайшим домом лежали трупы Евы и Каладрия.

Жизни королевы демонов и вестницы чумы унёс один и тот же двузубец.

Нет, нет...

Недалеко от чернокрылой лежала и Клехия, её лицо было начисто разможжили брошенным рядом с ней же боевым молотом.

Пожалуйста...

Флер лежала прямиком у его ног, у девушки из левого глаза торчал длинный меч.

Не может быть!..

А вскоре и Сецуна обнаружилась.

Под обломками торчала, рассечённая надвое, недалеко от Элен.

— А-А-А-А-А-А-А!!! — возопил Кир.

Все его кошмары, все опасения оправдались.

Если с Деймосом помогла справиться его целительная сила, возможность пойти с опаснейшим врагом в размен ударами, но здесь...

Здесь победа девушек над паладинами-архангелами оказалась пирровой.

А вместе с тем это значило ещё и поражение для героя-целителя.

Его взгляд помутнился, дыхание сбилось, а по щекам потекли тяжёлые слёзы.

Он вытащил Сецуну, вылечил...

Но так и не вернул её к жизни.

Кир затем подполз к Флер, однако и тут сила его подвела.

В попытке борьбы с нахлынувшим отчаянием юноша попытался оживить Клехию, заживить рану Евы...

Но всё бесполезно.

Осталась только едва живая Алла, осталось...

— У МЕНЯ НИЧЕГО НЕ ОСТАЛОСЬ!!! — по пустой улице пронёсся истошный крик.

Всё, что придавало израненному молодому человеку повод жить и радоваться жизни...

Всё это исчезло в один миг.

И ради чего?

Кир... сломался.

Сквозь изрезанную дублёнку дули холодные ветра, однако ему уже плевать.

Его любимые, его дети, его будущее в прекрасном мире...

Всё пропало.

Божественная сила, королевство, могущество — ничто из этого более не имело смысла.

Осталась только боль, разруха и осознание собственной ошибки.

Останься бы я тут, с ними, всё пошло бы иначе, тогда...

Однако никакого «тогда» уже не было и не будет.

Буллет пустил сердце Хакуо на дурацкое разделение своей души, а сердце Евы отправилось на победу над чёрным божеством.

Других же не осталось.

Откатить время возможным не представлялось, даже на один день придётся...

— Придётся убить тысячи...

Ха-а... — и вот, до бога исцеления дошло.

Сто тысяч душ — столько здесь наберётся.

Демоны, люди, нелюди — последняя соломинка — даже полсотни магов хватило бы на перемотку в полчаса, а уж с тысячей ничто не помешало бы вернуться на пару дней, а там...

— Лорд Кир, разрешите... доло... жить... — и тут как раз к юноше подбежал гонец.

Человек в тёплых мехах застал короля в окружении своих мёртвых девушек, разбитого и продрогшего.

В его глазах не осталось ничего.

Одна лишь холодная пустота под стать этой проклятой зиме.

Не успел посланник ничего сообразить, как юноша напрыгнул на него подобно дикому зверю.

А-А-А-А-А-А!!! — абсолютно бесстрастно, Кир вонзил в висок мужчине когти уже мёртвого Георгия.

Так он начал сосать ману.

Когда закончилась она, юноша взялся за жизненную силу, а уж когда и эта сила иссякла, ему только и осталось, что выбросить высохший труп.

Этого не хватит, — пробормотал маг-целитель.

Он преобразился.

Киргот стал Киром, а Кир...

Что ж, это несчастное создание готово было пойти на всё, лишь бы вернуть себе любимых.

Превратить себя в философский камень, собрав в себя жизнь всех, до кого мог дотянуться, обратить время вспять — вот и всё, чего желал молодой человек.

Он побрёл на шум продолжающейся битвы, однако...

Один беззвучный взмах, и он покатился по заснеженной дорожке.

Последнее, что Кир увидел, прежде чем его взор пал во тьму — своё обезглавленное тело, и стоящую над ним Минерву.

— Спасибо за помощь.

Я прослежу, чтобы ваши души обрели счастье, — а эти безразличные слова были последними, что донеслось до целителя.

Наступила смерть.