Том 1 Глава 3

Глава 1: Это другой мир?

Открыв глаза, первое, что я увидел, был ослепительный белый свет. Он охватил всё моё поле зрение, заставив меня прищуриться от дискомфорта.

Когда глаза уже привыкли, я увидел девушку с золотыми волосами, которая смотрела прямо на меня. Красивая девушка… погоди-ка, нет. Это не девушка, а женщина!

Рядом с ней стоял молодой на вид мужчина, примерно того же возраста, с тёмно-русыми волосами, и его неловкая улыбка была направлена на меня. Он выглядел сильным, гордым и впечатляюще мускулистым.

Тёмно-русые волосы и гордый типаж, да? Глядя на этого мордоворота, я должен был испытать неприязнь, но странное дело, я не чувствую к нему ничего подобного. Наверняка, он просто перекрасил волосы в более привлекательный оттенок коричневого.

Вдруг, женщина посмотрела на меня с тёплой улыбкой и заговорила.

«──××──××××»

Однако, её слова оказались странными и невнятными. Она вообще говорит по-японски?

Расслабившись, мужчина, который стоял рядом с ней, сказал что-то в ответ. Я не понимаю, что они говорят.

«──××──××××…»

Откуда-то, к разговору присоединился третий неразборчивый голос, но было непонятно, кто говорит. Я попытался встать, чтобы понять, где нахожусь, и спросить у этих людей, кто они такие.

Хочу заранее уточнить, что я, может быть, и был замкнутым человеком, но это не значит, что я вообще не умел разговаривать с людьми. И всё же, почему-то всё, что я мог сказать, это:

— Ааа! Вааа!

Ничего, кроме невнятного нытья и стонов.

Каким-то образом тело не слушалось меня, шевелились только кончики пальцев рук. Даже сесть не могу.

Мужчина сказал что-то ещё, потом вдруг наклонился и поднял меня.

Я весил более ста килограммов. Как он так легко поднял меня? Может быть, я немного похудел после того, как несколько недель пролежал в коме?

Я ведь попал в ужасную аварию.

В таком серьёзном несчастном случае возможность потерять руку или ногу очень высока.

«Судьба хуже, чем сама смерть, ха…»

Остатки дня я провёл с этой мыслью.

Давайте перенесемся на месяц вперёд.

Похоже, я реинкарнировал. Проявились детали ситуации: я стал младенцем.

Когда меня переносили, придерживая голову, я увидел собственное отражение в зеркале и понял это. Но почему у меня остались воспоминания прошлой жизни? Не то чтобы я жалуюсь, но кто мог представить, что переродившийся останется со всеми воспоминаниями прошлой жизни, не говоря уже о том, что полный бред с перерождением на деле существует?

Та парочка, которых я увидел впервые открыв глаза, похоже, были моими родителями. Их возраст, скорее всего, от 20 до 25 лет. Они точно моложе меня в моей прошлой жизни. С точки зрения 34-летнего, звать их молодыми вполне нормально. Иметь детей в таком возрасте; аж завидую.

Почти с самого начала я заметил, что нахожусь не в Японии. Язык отличается, лица моих родителей не похожи на японские, а их одежда больше похожа на ту, что носят в деревнях. А ещё я нигде не видел ничего похожего на технику (женщина, носящая форму горничной, использует только тряпку для уборки), утварь, посуда и мебель сделаны довольно грубо и только из дерева. Как-то не похоже на продвинутую и развитую страну. Конечно, возможность того, что семья очень бедна и не может позволить счета за электричество, всё ещё вероятна.

…Может, эта возможность и вправду очень высока?

Из-за того, что тут ходила женщина, похожая на горничную, я думаю, что у них точно есть какие-то деньги. Но если это просто близкая подруга отца или матери, это не так уж и странно. Уборка ведь — обычное дело. Я, конечно, хотел начать всё сначала, но жизнь в семье, которая даже не может себе позволить оплачивать счета, заставляет беспокоиться.

Прошло полгода.

Слушая разговоры моих родителей всё это время, я начал понемногу их понимать. Мои познания английского никогда не были особенно хороши, но, пожалуй, утверждение, что изучение языка замедляется, когда ты окружён носителями родной речи, похоже на правду. Или, может, у этого тела просто хорошо развит мозг? Или из-за юного возраста я так быстро всё запоминаю? К этому времени я уже могу ползать. Возможность двигаться — замечательная вещь. Никогда ещё не чувствовал такую радость просто от возможности двигаться.

— Стоит только отвести от него взгляд, так он куда-то ускользает, — говорила моя мама.

— Ты не волнуйся, главное — что он здоров, — отвечал отец, наблюдая за тем, как я ползаю вокруг него. — Я аж разволновался, когда он не плакал при рождении.

Ну… я уже не в том возрасте, чтобы плакать, когда голодный.

Но, даже стараясь сдерживаться, я всё равно писаюсь. И не только. Так что я просто оставляю «это» там, где это случилось. Даже просто ползая, я узнал много новых вещей.

Во-первых, эта семья вполне благополучна. В доме два этажа и больше пяти комнат. И одна горничная.

Поначалу я думал, что горничная — это кто-то вроде тёти, но для члена семьи её отношение к моим новым родителям слишком уважительное.

Во-вторых, это место — деревня. За окнами я могу видеть спокойные сельские пейзажи. Другие дома разбросаны вокруг, по две-три семьи по сторонам пшеничных полей. Тихое, пасторальное место. Не видно ни проводов, ни электрических фонарей, ни чего-то подобного. Возможно тут вообще нет генератора поблизости. Я слышал, что в других странах кабели прокладывают под землёй, но даже так, странно, что во всём доме нет электричества. Слишком уж пасторально. Довольно болезненно для того, кто взращён на ниве цивилизации. Пусть даже это и реинкарнация, я всё ещё хочу вернуть свой любимый компьютер.

И вот, после полудня, все мои сомнения развеялись.

Я, которому было абсолютно нечего делать, кроме как любоваться полями пшеницы, как обычно, вскарабкался на стул, выглянул в окно и пережил настоящее потрясение. Отец размахивал мечом посреди двора.

«Чего-сь? Что происходит? Что это он там делает?»

Такой взрослый и всё ещё пользуется игрушками? Совсем ребёнок?

«Ах, вот гадство…» — от удивления я свалился со стула.

Мои руки были ещё не так велики, чтобы удержаться на стуле и всё ещё слишком слабы, чтобы выдержать вес моего тела, так что моя голова врезалась в пол первой.

В тот же момент раздался крик.

Только что выстиранная одежда упала из рук моей матери и она прижала ладони ко рту, смертельно побледнев.

— Руди! Ты в порядке?

Моя мать бросилась ко мне и подняла меня. После тщательного осмотра, она облегчённо провела рукой по груди и немного расслабилась.

— Ах, всё-таки ты в цел.

«Мадам, было бы лучше не трогать меня, после удара по голове».

Я признателен за твоё трепетное отношение, ибо упал я довольно-таки опасным образом. Я мог бы стать инвалидом, или вообще обзавестись какой-нибудь болячкой. Хм. Если подумать, я чувствую пульсирующую боль в затылке. Видимо, попытка схватиться за стул, всё же понизила скорость падения.

Судя по реакции матери и отсутствию особой паники с её стороны, по-видимому, до крови дело не дошло. Скорее всего, просто шишка. Мама уже осторожно осмотрела мою голову. Выражение её лица обязательно бы изменилось, будь рана серьёзной. В конце, она положила руку мне на голову.

— На всякий случай… Позволь божественной силе дать обильные всходы и даруй каждому потерявшему силы возможность вновь подняться. «Исцеление»!

Я ощутил настоящий прилив сил. Эй, эй, это что, местный вариант для присказки «Боль, боль, быстрей уходи»? Или, наряду с моим любящим помахать мечом отцом, мама тоже любит поребячиться? Парочка из мечника и священницы? Только я успел задуматься над этим, как руки матери окутало сиянием, и тут же боль исчезла.

— Видишь, теперь ничего не болит. Знаешь, мама раньше была довольно известной авантюристкой, — сказала она, явно хвастаясь.

Одной этой фразой я был погружён в хаос. Меч, мечник, искатель приключений, исцеление, магия, целитель. Все эти слова заполонили голову. Что это было? Что она только что сделала?

— Что случилось?

Мой отец заглянул в окно снаружи, явно среагировав на мамин крик. После упражнений с мечом он был весь покрыт потом.

— Дорогой. Руди взобрался на стул… И чуть было серьёзно не поранился.

— Ну, ну. Парни и должны быть активными.

Несколько обеспокоенная мать и отец, не считающий произошедшее большим делом и успокаивающий её. Довольно банальная сцена. Но, возможно, из-за опасного удара головой мать не хотела сдаваться.

— Минутку, милый. Ребёнку даже год ещё не исполнился. Ты мог бы сильнее поволноваться!

— Даже если ты так говоришь, быть ребёнком — значит набивать шишки и синяки. Так он только окрепнет. К тому же, даже если он поранится, ты ведь можешь всегда вылечить его.

— Но я же волнуюсь! А вдруг он поранится так сильно, что я не смогу его вылечить…

— Отставить переживания.

Сказав это, отец крепко её обнял. Мать мгновенно покраснела.

— Я волновался, когда он совсем не плакал в начале. Но, если уж он такой озорник, то всё точно будет в порядке…

И тут, отец поцеловал маму.

Слышь, эй, вы что, нарочно мне это показываете, вы двое? Эй!

Позднее они уложили меня спать, а сами отправились на второй этаж и принялись делать мне братика или сестричку. Даже будучи на втором этаже, я всё равно слышу все эти стоны и вздохи, проклятая оффлайновая реальность.

«Но магия, хм…»

Позже я начал обращать внимание на общение между родителями и горничной. И сразу услышал множество слов, которых ещё не было в моём словарном запасе. Особенно названия стран, районов и прочих мест. Некоторые понятия я вообще никогда раньше не встречал. Возможно ли, что это место… Нет, я уверен в этом.

Это не Земля, а какой-то другой Мир. Другой Мир меча и магии.

В этот же миг я почувствовал резкую вспышку воодушевления. Раз они есть в этом мире, возможно, даже я смогу постичь их. Если это Мир меча и магии, Мир, подчиняющийся другим законам, возможно, я смогу сделать это.

Жить, как нормальный человек, тяжело трудиться. Даже упав вниз я смогу забраться обратно и жить полной жизнью. Я был полон сожалений в своей прошлой жизни. Умер, сжигаемый тревогами за свою беспомощность и фактом, что я уже ничего не смогу достичь. Но я, который перенёс всё это, сохранив знания и опыт, возможно, смогу действительно сделать это.

Прожить свою жизнь всерьёз. И прожить её нормально.