~19 мин чтения
Том 21 Глава 292
Глава 3: Перевернуть доску и взять короля
Салют! Пред вами как обычно Рудеус Грейрат. Сейчас меня со всех сторон окружают восемь доблестных рыцарей в сверкающих синих доспехах. Вам наверное, интересно, как это вообще произошло…
Но прежде чем мы перейдём к этому, давайте познакомимся с нашими участниками.
Прямо передо мной стоит Тереза.
Тереза Латрейя — моя тётя и член дома Латрейя. Среди всех фанатичных Рыцарей Храма, выступающих за изгнание всех демонов, только у неё более сбалансированный и рассудительный характер. Она даже сумела с пониманием и симпатией отнестись к моим тесным связям с демонами. Словно её совсем не волнует раса или кровь.
Обычно, в нашем общении, лицо её отражало лишь теплоту и доброту. Даже любопытно, какое выражение скрывает этот шлем сейчас?
Дальше по часовой стрелке. Следующий рыцарь стоит слева от неё.
Сейчас на нём шлем в форме черепа, а на доспехах возле сердца виднелась царапина. Я отлично помню эту отметину. Я не знаю его настоящего имени, но это должно быть рыцарь, известный как «Пепельный Череп». Учитывая шлем с черепом, об этом вполне можно догадаться.
Парень рядом с ним носит шлем, напоминающий по форме мусорные баки которые часто можно увидеть на улицах Милиса. К слову, он единственный из восьмерых, кто носит красный плащ. И ещё добавлю, что Мико очень любила этот плащ. Она постоянно вытирала о него свои грязные ручки. Ему досталось поистине неудачное прозвище — «Пылесосник».
Далее предстаёт шлем с плоской лицевой пластиной, увенчанный выгравированной фразой: «Да упокойся ты с миром». Рост этого парня превышал два метра. Помнится, недавно он поднимал на плечи Мико, чтобы она смогла собрать фрукты с деревьев. И называла она его «Охранником Могил».
Шлем четвертого выглядит так, словно ему на голову надели метлу. На его доспехах не было никаких особых опознавательных знаков. Так, метлы… уборка… А! Точно! «Подметальщик Мусора»!
Ну, а остальных троих, честно говоря, я не могу различить. Все они несли имена, связанные со смертью, могилами или чем-то ещё, и раздувались от гордости каждый раз, когда к ним обращалась Мико. Но что касается их личности и имён… Все они отвратительные, словно кодовые эдж лорды*.
[П.Р.: Эдж лорд (англ. edgelord) — это антигерой или злодей, который своим мрачным имиджем скатывается не в пафос, а в бафос. И такого персонажа публика вряд ли воспримет всерьёз из-за перебора с тёмными и острыми штампами. Я сам не знал о существовании этого термина пока не сел за редактуру.]
Ах да, Вспомнил! «Чёрный Гроб», «Погребальный Саван» и «Похоронная Процессия». Вроде так. А что там с названием их отряда? Хм, если вспомнить…
— Да начнётся инквизиция! Я — Тереза Латрейя, капитан Хранителей Анастасии, выступающая в роли инквизитора!!
— Да!!! — Остальные семь рыцарей вокруг меня крикнули своё согласие, снова стукнув мечами по земле.
Точняк, Хранители Анастасии! Тереза ведь говорила мне об этом.
— Я приступаю к допросу обвиняемого! У кого-нибудь есть возражения?
— Нет возражений!
— Возражаю! Я предлагаю казнить его прямо здесь и сейчас!
— Нет возражений!
— Нет возражений!
— Нет возражений!
— Нет возражений!
— Нет возражений!
— Все возражения отклонены!
Пылесосник моментально приуныл. Бедняга. Впрочем, чего ещё ожидать? Когда все вокруг настаивают на необходимости собрать больше информации, а ты лишь предлагаешь «убить его сразу», то неудивительно, что тебя не слушают. Но запомни, я услышал твои слова, дружище. Так что не стоит отчаиваться.
— В качестве обвиняемого выступает Рудеус Грейрат.
Стопэ! Я не понимаю. Может, кто-нибудь объяснит мне, что происходит?
Я, в попытке спасти свою маму, ходил и слонялся вокруг Мико, и капитана её стражи Терезы. Позже я направился в штаб-квартиру церкви, чтобы встретиться с Терезой, но оказался заперт внутри барьера Королевского Уровня. Потом те, кто взяли меня в плен сказали, что я обвиняюсь в ереси за заговор с целью похищения Мико.
Благодарю мой внутренний монолог. Теперь всё прояснилось.
Признаюсь, в одно время я подумывал о похищении. Но я сразу же отказался от этой затеи! Вместо этого я привлёк Терезу на свою сторону чтобы вернуть Зенит более мирным путём. Должно быть произошла какая-то ошибка. Либо кто-то распространил ложную информацию. Я держал этот план в секрете, и о нём знает не так уж много людей. Айша, Гису, Клифф… и Папа. Папа самый подозрительный в этом списке, хотя не исключено, что Гису попал в плен, и они выпытали у него всё… ах. Чёрт, надеюсь с Айшей всё в порядке.
— Слушание начинается! Отвечай честно, Рудеус.
Я не понимаю ни капли из того, что происходит. В такие моменты самое главное — сохранять спокойствие. Если я сейчас сорвусь, то всё, чего я добивался до сих пор, окажется напрасным.
— Рудеус Грейрат. Признаёте ли вы, что раздавали книги, отрицающие злобность демонов, чтобы сбить с пути сердца верующих? — спросила Тереза.
Ясно. Значит они выполняют свою работу, словно как агенты церкови. Но ведь об этом знал лишь Папа. Неужто у церковной базы есть и эта информация?
— Нет, — ответил я.
— Пожалуйста, отвечайте честно. У нас есть доказательства и вся информация в том числе.
— Я ничего не «раздавал». Я продавал их за деньги, вот и всё.
— Невозможно. Они слишком дёшевы, их цена далека от реальной. Разве вы так не думаете?
Ну так, да. Я хочу, чтобы эта книга попала в руки как можно большего числа людей.
— Вы ведь должны знать, Тереза-сан, я…
— Обвиняемому запрещено говорить что либо, кроме ответов на конкретные вопросы.
Не будь такой чёрствой. Я ведь пытаюсь отплатить долг перед Руиджердом. Да ты и сама об этом прекрасно знаешь. Мы ведь обсуждали это и раньше.
— Рудеус Грейрат. Поклоняетесь ли вы демонам и считаете ли их богами?
На мгновение я замер.
Ладно, этот вопрос я точно могу опровергнуть.
— Нет, я не верю в богов.
— Обвиняемый лжёт!
— Всё ложь!
— Я осуждаю обвиняемого за ложь!
— Да, ложь!
Словно в унисон, остальные рыцари зарычали на мой ответ. Что за группа шакалов, боже…
— Большинство решило, что вы лжёте.
Большинство? Как демократично с их стороны. Ясно. Наверное, так и работают инквизиции.
— Последний вопрос. Рудеус Грейрат, признаёте ли вы, что замышляли похищение Мико, живого символа Святой Церкви Милиса?
— Не признаю. Однажды я неудачно пошутил на эту тему, но я ничего не замышлял.
Не то чтобы это была шутка, когда я впервые произнёс эти слова… но я никогда не действовал в соответствии с этим. Так что можно сказать, что это было всего лишь недоразумение.
— Обвиняемый лжёт!
— Всё ложь!
— Я считаю, что обвиняемый лжёт!
— Да, ложь!
Мм, вот как. Забавно, на самом деле. Я бы хотел устроить свою инквизицию, где никому не разрешалось смеяться. Вы отвечаете на элементарные вопросы очевидной ложью, и того, кто засмеётся первым, обольют белой слизью. Ладно, шутки шутками, но сейчас, это делу не поможет.
К тому же это был последний вопрос…
— Большинство решило, что вы лжёте, — торжественно заявила Тереза.
Остальные семь рыцарей снова ударили мечами о землю. Это уже начинает пугать. Если бы я весь месяц не разглядывал, что скрывается за этими шлемами, я бы наверное испугался.
— Инквизиция признаёт Рудеуса Грейрата виновным в ереси!
— Нет возражений!
— Нет возражений!
— Нет возражений!
— Возражаю! Нужно отправить обвиняемого домой, чтобы он смог насладиться сбором своего урожая риса!
— …Нет возражений!
— Нет возражений!
— Нет возражений!
— Нет возражений!
За то, что я встрял в середине их возражений, они начали смерить меня взглядом. Извините, но я тут без очереди так-то.
— На этом инквизиция закончена. Я приговариваю обвиняемого к полному разоружению!
— Это что, смертная казнь? — спросил я.
Ответа я не жду, но всё равно решил попробовать.
— Нет, мы не будем вас убивать, — сказала Тереза. — Вам лишь отрубят руки. Затем, чтобы вы больше никогда не смогли пользоваться магией, они будут обёрнуты тканью, расписанной магией барьеров, а затем глубоко погреблены магией земли.
О, она всё-таки ответила. Правда, я не знаю, как мне поступить… Они запечатали мою магию. И скорее всего, они также приготовили всевозможные средства на случай, когда барьер опустится и начнётся бойня.
Они всерьёз хотят лишить меня моей силы? По их словам, они собираются отрубить мне руки, запечатать их в барьере, а затем закопать их глубоко под землёй, чтобы я больше никогда не мог ими воспользоваться. Нет больше магии, нет мечей, нет рук...
Ласкать грудь тоже больше не получится. Придётся вернуться к Залиффу. Конечно, у этого протеза хорошая чувствительность, и всё же это не даёт тех же ощущений. Тем более для той, кого ласкают. В конце концов, человеческие руки куда мягче и теплее, нежели механические.
— Тереза-сан, неужели вы хотите лишить меня радости жизни?
— Убийство — это твоя радость в жизни?
Уф… Так вот, что ты обо мне думаешь?.. Ты думаешь, что если у меня обе руки свободны, то я пойду кромсать людей направо и налево? На самом деле всё совсем наоборот: мне нравится размножать людей.
— Чего? Я имею в виду, как мне обнимать свою жену без рук? — воскликнул я.
— Ну-у… я хочу… э-э-э… снова обнять свою жену, — повторил я, запутавшись в словах.
— Тц… — щёлкнула языком Тереза.
Распинаюсь тут, повторяю одно и то же, а она лишь щёлкнула языком? Как грубо… Но что поделаешь. Плевать. Мне не хочется разыгрывать сцену как из какого-нибудь эро-додзинси: «Обнять жену? Что ты имеешь в виду?». «Давай я тебе покажу».
— Так или иначе, вы не собираетесь меня отпускать, да?
— Значит, и этот ваш шутовской суд, тоже не был просто розыгрышем?
— Мико-сама ведь может подтвердить мою невиновность, если вы её позовёте, — проговорил я. — Разве она обычно не присутствует на инквизициях?
— В присутствии не менее семи человек, Рыцари Храма имеют право выносить приговор еретикам в рамках обычной инквизиции.
— Другими словами, Мико-сама не будет привлечена к этому.
— Это… так, — ответила Тереза, её голос звучал немного дрожащим.
Понятно. Она делает это не по своей воле.
— Неужели всё то добро, которое вы ко мне проявляли, было лишь притворством, чтобы заманить меня в эту ловушку? — спросил я.
— Конечно, нет. Мы с Мико-сама действительно любили тебя. Это ты предал нас, Рудеус-кун.
— Я никого не предавал. Я пришёл сюда, доверяя вам, Тереза-сан, — сказал я, обращаясь ко всем собравшимся рыцарям. — Я пришёл сюда, желая лишь подружиться с вашей любимой Мико-сама.
Никто не ответил. Видимо, им безразличны мои слова. Чёрт… это поистине хреново.
На этот раз я действительно старался выложить всё начистоту. Я терпел, сдерживал все свои желания и выбрал медленный, но верный путь к возвращению Зенит. И всё же, я попал сюда.
— Тереза-сан, что будет с матушкой?
— Я… я постараюсь убедить маму. Но в данный момент этот вопрос не имеет никакого отношения к делу.
Хм. Её ответ, а также дрожь в её голосе ранее… Очевидно, что Тереза не была инициатором этой ситуации. Может быть, за всем стоит Папа? Или Кардинал?
Такова, видимо, тёмная сторона служения церкви.
— Я действительно не являюсь последователем Милиса, и всё же у меня есть довольно тесные связи с Папой… — начал я, — вы все знали это с самого начала, не так ли? Почему же теперь…
— Ты закончил задавать вопросы? — оборвала меня Тереза.
Её голос стал ледяным. Она не собиралась отвечать мне. Видимо, ответов и не предполагалось.
— Ладно. Задам последний вопрос: информация, которую вы получили, была не от бога, который пришёл в ваши сны, не так ли? — спросил я.
— Нет. Мне передал её доверенный источник. Рыцари Храма никогда бы не стали доверять словам неизвестного существа.
— Даже если бы бог в вашем сне утверждал, что он святой Милис? — спросил я.
Едва я произнёс эти слова, как окружающие меня рыцари взорвались возмущением.
— Святой Милис никогда бы не стал посылать такие сообщения!
— Бог никогда бы так не поступил.
— Во всяком случае, его слова не для наших недостойных ушей!
— Вот именно! Святой Милис никогда бы не явился кому-либо, кроме Мико-сама!
— Милис — единственный истинный Бог!
— Только демон может использовать имя Бога для притворства.
Тереза позволила остальным высказаться. Затем, выпрямившись, она с гордостью произнесла: — Всё именно так. Наша вера непоколебима, Рудеус-кун.
— …Что ж, это радует, — ответил я.
Среди этой весёлой компании фанатиков нет ни одного апостола Хитогами. Все они набожные последователи Милиса. Это всё, что мне нужно было знать, чтобы успокоиться.
Я раскинул руки, позволяя мантии упасть на землю. Это произвело довольно неприятный звук, если можно так выразиться. На левой руке у меня было снаряжение, которое я всегда держал при себе для таких случаев.
— «Поглощение»!
После этого, камень поглощения активировался, и барьер у моих ног исчез. Рыцари Храма были поражены.
— Хорошо. Поглядим, на что вы все способны, — произнёс я.
— Рассредоточиться! — громогласно приказала Тереза.
Остальные Рыцари Храма бросились прочь, чтобы увеличить расстояние между нами. Я, в свою очередь, увернулся в сторону, создавая каменные пули обеими руками. Они были довольно быстрыми и били достаточно сильно, чтобы прямое попадание в нужное место могло оказаться роковым.
Кто же окажется первой жертвой? Пылесосник, я выбираю тебя!
— Поддержку! — крикнул он.
Два рыцаря, словно стена, встали перед Пылесосником, отразив мои смертоносные пули. Их щиты, подобные прозрачным полузащитным покрытиям, обладают магическими барьерами начального уровня.
Стопэ, начального? Не может быть, чтобы мои каменные пули были остановлены такой простой магией!
— Пылесос, Могила и Череп, зайдите с правого фланга! Мусор, Гроб, Погребение, с левого! Процессия, атакуй со мной! — приказала Тереза, и три скоординированных магических удара обрушились на меня с обеих сторон.
Огонь. Вода. Земля. Три разных стихии одновременно… Впрочем, это им не поможет.
— «Поглощение»!
Камень поглощения развеял их магию, и я выстрелил в них ещё одной каменной пулей. И её тоже заблокировали, на этот раз это сделал придурок с магическим щитом, который не присоединился к атаке.
— Пусть это тлеющее пламя горит ярко с вашим благословением! «Огнемёт»!
— Величественное ледяное лезвие, я призываю тебя, дабы поразить моего врага! «Ледяной Клинок»!
Снова атака — огонь и вода, две стихии, бьющие одновременно. Стоп! Один из рыцарей прижал руку к земле.
Тройная атака? Земляное Копьё!
— «Поглощение»!
Огонь и вода развеялись, а на месте появления Земляного Копья, я создал Болото, обезвредив атаку. Слишком медленно для контратаки, чёрт…
Но по крайней мере я могу двигаться. Я отступил, уклоняясь от нового заклинания, прилетевшего с другой стороны.
Всего одно заклинание стихии огня. Судя по размеру, это Огненный шар?
Почему только одно? Три мага, и только одна атака? Нет времени на раздумья. Я направил одну руку на левую группу, другую — на правую.
— «Каменная Пуля»!
Отступив, я смог оценить обстановку. Рыцари Храма разделились на две группы: трое справа, трое слева. В каждой группе по два человека с полупрозрачными щитами. Они встали перед моими каменными пулями, блокируя их. На этот раз я сделал пули мощнее и быстрее, но они всё равно отскакивали от щитов. Я видел это раньше: Стиль Бога Воды.
Удивлён, что он работает даже с магическими щитами.
— Господи, ответь на мой призыв и подними землю к небесам! «Земляное Копьё»!
— О духи величественных вод, я молю Принца Грома! Своим величественным ледяным клинком срази моего врага! «Ледяной Взрыв»!
Два рыцаря без щитов отправили в меня магию, один чуть медленнее другого. Я конечно могу парировать оба удара, но это ни к чему не приведёт.
Итак, что же делать?
Передо мной развернулась шахматная доска битвы: шесть фигур, три с каждой стороны. Двое из каждой группы использовали магию барьеров, чтобы блокировать мои атаки. Я могу сделать только две магические атаки одновременно, поэтому им требуется всего два щита. Третий в каждой группе, отвечает своей магией на мою атаку. Как только другая команда понимает, что они не являются целью, они опускали свои щиты. Тогда, пользуясь моей беззащитностью, они атакуют все трое сразу. Они играли на трёх стихиях, предполагая, что я не смогу противостоять им всем. Но они не знали, что я могу нейтрализовать все их атаки одновременно. Их первоначальная тактика атаки с одной стороны, вероятно, была обусловлена расстоянием. Если бы я подошёл ближе, они могли бы атаковать меня в упор, нанося удары каждый раз, когда я начинал магическую атаку. В каждой группе был один без щита, вероятно, специалист по ближнему бою. Но пока я находился в безопасной зоне, они не решались двигаться.
…Они продумали всё до мелочей. Что ж, тогда как насчёт этого?
— «Огненный Шар»! — намеренно громко прокричав, я стал концентрировать ману, формируя заклинание.
Я создал две горящие сферы, каждая по два метра в диаметре. Их размер и температура соответствовали продвинутому уровню, но они были медленнее, чем каменные пули. Настолько медленными, что это выглядит как подача Эфуса.
[П.Р.: Подача Eephus в бейсболе — это подача с маленькой скоростью с очень высокой дугой. Используется чтоб застать нападающего врасплох.]
С высокой дугой и медленной скоростью я отправил по одной в каждую группу.
— Поддержка! — раздался сигнал, и рыцари со щитами выдвинулись вперёд.
Однако, даже у магического щита есть уязвимое место.
— «Нарушение магии»! — выкрикнул я.
Заклинание уничтожило щиты обоих рыцарей слева.
Почти вся магия барьера потребляет ману, пока остаётся активной. Даже магический барьер начального уровня. В данном случае это означает, что Нарушение Магии способно оказать воздействие, даже если заклинание закончено. У группы справа щиты всё ещё работают, но как говорится… Разделяй и властвуй.
Едва лишь этот план сложился в моей голове, как я почувствовал, что что-то мчится ко мне сзади. Мгновенно повернувшись, я поднял правую руку в защиту. Следующее мгновение что-то с громким треском разлетелось на куски прямо передо мной. Бурый валун, разлетевшийся на осколки, пронёсся мимо моего лица. Я всё ещё ощущал ударную волну в локте. Каменная Пуля. Похоже, это был первый случай, когда её использовали против меня.
— Рудеус способен каждой рукой использовать разные заклинания! — воскликнула Тереза. — Пока двое из вас противостоят ему, а один атакует, всё будет в порядке! Продолжайте выполнять свою роль!
Она подкралась ко мне сзади, вместе с ещё одним рыцарем, который произнёс заклинание.
Я был окружён со всех сторон. Неужели отступление в самом начале было ошибкой? Нет, я уверен, что у них был план и на этот случай. Доспехи рыцарей, которых я поразил огненным шаром, слегка дымились, но в остальном они оставались невредимы.
— Рудеус-кун, мы ввосьмером — самые сильные из всех Рыцарей Храма, — торжественно произнесла Тереза. — Ты уже проиграл.
— Неужто вы всерьёз так думаете? — спросил я.
— Думаю. За последние десять дней мы взяли на себя смелость изучить, как ты сражаешься. Ты настолько известен, что нам не потребовалось много времени, чтобы разработать контр-стратегию.
О как? В таком случае, почему бы вам не вытащить свои мечи? Я ведь слабее в ближнем бою.
Они уклонялись от моей магии с ловкостью танцоров, избегая каждого заклинания. У меня было множество трюков в запасе, но они, казалось, опасались приблизиться. Их стратегия была эффективной, но если дело дошло бы до борьбы на истощение, я был бы в выигрыше. Это говорило о недостатках их исследовательских способностей.
Должно быть, у них есть план, а значит, я должен действовать быстро.
— Пожалуйста, Рудеус-кун, — снова обратилась ко мне Тереза. — Сдавайся! Мы уже знаем, что ты предпримешь, как ты пользуешься магией, и у нас есть план, как тебя остановить! Я не ожидала увидеть это устройство на твоей левой руке, но теперь я знаю, как оно работает!
— Вход в сад запечатан магией барьеров! Никто не придёт тебе на помощь!
Ха-ха-ха. Молодцы, ребята. План просто идеален. Они разработали безошибочную стратегию моей поимки. Я не смогу победить, используя тактики разработанные сгоряча. Всё продумано до мелочей.
Я задумался, стоит ли мне попробовать несколько разные подходы, чтобы взглянуть, смогу ли я вырваться или нет. Но если меня схватят, это будет просто ужасно. Кажется, больше не стоит тянуть кота за хвост.
— «Болото»! — произнёс я. Пора стать серьёзным.
[От лица Терезы]
Рудеус что-то пробормотал, и земля под моими ногами превратилась в грязь. Мой информатор уже рассказал мне об этой магии. Вот почему его называли «Болотный». Обычно болото, созданное магией, не превышало размера обеденной тарелки, но магия Рудеуса была иной. Весь сад превратился в грязную трясину, и драгоценные деревья Сарах, Балта и Пирис, принадлежавшие Мико-сама, повалились набок. Но мы были готовы: Мусор уже начал чтение контрзаклинания.
— «Густой Туман»! — пробормотал Рудеус.
Мгновение спустя всё вокруг заволокло белым туманом. Это плохо!
— Всем быть начеку! Он хочет, чтобы мы застряли в грязи и затерялись в тумане. Тогда он сможет устранять нас по одному! — крикнула я.
Земля засветилась фиолетовым светом, и раздался резкий треск, словно что-то раскололось на части.
— Не паниковать! Зачарование на ваших доспехах делает вас неуязвимыми для молнии! — воскликнула я. — Этот парень скользкий, не давайте ему возможности сбежать!
— Понял, капитан! — раздался голос в тумане.
Всё шло по плану. Мой информатор предупредил меня, что Рудеус уязвим в ближнем бою, но его магия, такая как «Шок» и «Каменная Пуля», была мощной и опасной. Я не хочу оказаться под прямым ударом.
К несчастью для Рудеуса, каждый рыцарь из Хранителей Анастасии был жрецом-воином высочайшего уровня, владеющим мечом и магией барьеров, а также четырьмя стихиями. Они были грозными противниками как в одиночку, так и в команде. Я, владеющая стилем Бога Воды на Среднем Уровне, и Похоронная Процессия, Святой Воды, создавали кольцо вокруг Рудеуса, которое даже он, маг Императорского Уровня, не смог бы прорвать. Моя стратегия была безупречной.
— Мы собираемся нейтрализовать болото, капитан! — объявил Процессия.
Мгновение спустя я услышала, как Мусор произнёс: — «Песчаная Волна»!
Грязь под нами превратилась в песок, и я выдернула ноги, чтобы не утонуть.
Прости, Рудеус, но «Песчаная Волна» может нейтрализовать твоё «Болото». Готова поспорить, что в университете тебя этому не учили. В конце концов, противодействие комбинированной магии всё ещё является предметом постоянных исследований…
Это был первый раз, когда твоё «Болото» столкнулось с противодействием, не так ли? Но теперь всё кончено. Это шах и мат. Мы все знаем, что ты не собирался похитить Мико-сама. Ты заставил её улыбаться, и я знаю, что ты пришёл ко мне, боясь за Зенит. Но приказ Кардинала обязывает нас действовать, независимо от достоверности информации.
Только Пылесосник был в ярости, и то потому, что он искренне любит Мико-сама…
Я настаивала на сохранении твоей жизни, и Кардинал великодушно решил, что для врага Милиса достаточно будет лишиться рук. Мы даже не использовали клинки или яд.
Всё будет хорошо, Рудеус. Ты ещё так молод, и у тебя есть прекрасная жена, Эрис. Даже без рук ты сможешь прожить свою жизнь при её поддержке. Ты служишь Богу Драконов, и я слышала, что драконы обладают таинственной силой, которая, возможно, сможет разрушить нашу печать и исцелить твои руки. Мы не будем тебя беспокоить, пока не услышим об этом.
Что касается Зенит, я позабочусь о том, чтобы всё получилось. Как я уже говорила, это не имеет отношения к нынешнему делу.
— Мы нейтрализовываем Густой Туман, капитан, — сказал Процессия, возвращая меня к реальности.
И вдруг меня охватило странное чувство. Что-то было не так. Но что?
Рудеус… ничего не делал. После заклинания «Густой туман» он не сдвинулся ни на сантиметр. Если бы он побежал или применил магию, я бы услышала. Пусть я ничего и не вижу в этом тумане, но слух всё ещё со мной. Однако после запуска той странной молнии — тишина. Значит ли это, что он уже сбежал? Болото, затем Густой Туман, и наконец молния — всё это было направлено на то, чтобы остановить наше наступление, а затем он использовал какую-то другую магию и уже был…
— «Ветреной Взрыв»! — заклинание ветра сработало, и туман мгновенно рассеялся.
Мы все уставились на него, не веря своим глазам.
Когда туман рассеялся, перед нами предстал не Рудеус. В центре нашего кольца стояло существо, величественное и неподвижное, словно статуя, высеченная из камня. Оно стояло на разорванном свитке, и его масштабы поражали воображение.
Статуя? Доспехи?
— Это была… магия призыва? — произнесла я, не веря своим глазам.
В следующее мгновение гигантский доспех ожил. С ужасающей, невероятной скоростью, он двинулся, и…
[От лица Рудеуса]
Я быстро расправился с группой Пылесосника, как только туман рассеялся. Они были слишком ошеломлены, чтобы среагировать. Мой Глаз Предвидения позволил мне увидеть их следующие шаги, и я сделал один, два, три точных выстрела.
Кажется, они пытались защищаться, но все мои выстрелы пробили их оборону.
Разумеется, я сдерживался, вырубив их. Они оставались живы. Наверное...
Не дожидаясь их падения, я достал пулемёт Гатлинга. Мои руки вращались, и звук выстрелов напоминал жужжание разъярённых пчёл. Я стрелял каменными пулями, стараясь не нанести смертельных ранений. Ноги рыцарей затрещали, как ветки и бронированные щитки тоже. На всякий случай я ещё раз выстрелил каменной пулей каждому в голову, чтобы убедиться, что они и правда потеряли сознание.
Остались двое.
Я повернулся, используя технику передвижения, которой меня научил Орстед, позволявшую мне приближаться к нападающим сзади, сохраняя при этом возможность уклоняться. Не похоже, чтобы кто-то нападал на меня в этот момент, но лучше перестраховаться. Я остановился перед Терезой. Она в шоке уставилась на меня. Другой рыцарь попытался выхватить меч, чтобы защитить её. Слишком медленно, дружок. Слишком медленно. За это время Эрис могла бы десять раз разрубить его на куски.
В первой версии брони я могу с этим справиться. Мой кулак врезался в него прежде, чем он успел вытащить клинок из ножен. Он даже вякнуть не успел, как я отправил его в полёт. После чего, он врезался в стену церкви и потерял сознание.
Тереза стояла с ошеломлённым видом. Я не видел её лица через шлем, но я узнал этот язык тела. Люди так паникуют и застывают, когда уже не могут осознать происходящее.
— Что… что за?.. — пролепетала она.
Я вырубил её каменной пулей, сохраняя уважение к ней за всё, что она для меня сделала.
Магическая Броня первой версии была мощной силой. Мои атаки пробивали их защиту, и я не получил ни одного удара. Бой показался мне несправедливым. Рыцари Храма лежали вокруг меня и Терезы, все живы. Отлично, я не люблю убивать людей, когда можно этого избежать, если только они не апостолы Хитогами. Таковы мои правила. Кроме того, эти парни никогда не представляли особой угрозы.
— Ну вот… полегчало.
Удивительно, как приятно выплеснуть накопившееся за последнее время разочарование.
Может быть, мне полезно время от времени ввязываться в настоящую битву. Я подумал, не стоит ли мне взять пример с Эрис и… Хотя нет, пожалуй это всё-таки слишком.
Что же мне теперь делать? После этого мы с Рыцарями Храма точно станем врагами.
Кто же мог предать меня? Единственные кто знал об этой идее с похищением это я, Айша, Гису и Клифф с Папой. Может быть, ещё и девушка в доме Клиффа. Айшу я исключил сразу. Если бы она хотела меня предать, то могла бы ударить поближе к дому.
«Братик, покатай меня на спине!», — сказала бы она, вся такая милая, а потом, пока я наслаждался бы ощущением её груди прижимающейся ко мне, ей достаточно полоснуть мне ножом по горлу. Или ещё проще — она может отравить мой напиток. «Братик, я приготовила это специально для тебя», только и успела бы сказать она, и я бы это выпил. Клифф и Гису тоже вряд ли бы пошли на такое. Я отнёс их к одной категории. Им нет нужды прибегать к столь изощрённым планам, поскольку моя спина всегда для них открыта.
Оставался Папа. Но зачем ему было избавляться от меня именно сейчас? Что он мог из этого извлечь? Возможно, он хотел просто подставить меня перед Рыцарями Храма. С его точки зрения, я обещал поддержку, но так и не стал его союзником. Может быть, он устал от моих постоянных визитов. И пока стражники были заняты мной, его люди могли похитить Мико…
Подождите. Не говорила ли Тереза, что её информация исходит из надёжного источника? Папа был её врагом, и уж точно не заслуживал доверия. Возможно, вся эта история с похищением — не более чем совпадение. Кто-то мог выдумать ложь о моих намерениях похитить Мико.
Но нет, это не совпадение. Это, наверняка, дело рук Хитогами. Его апостолы могут скрываться в тени. Да, всё это объясняется его проделками гораздо проще, чем предательство. Если бы я только знал его замысел… Он всегда основывал свои планы на видениях будущего. Этот ублюдок протянул свои щупальца в каждую тёмную угрозу, которая когда-либо возникала.
Я не могу определить виновника, располагая лишь той информацией, что у меня есть. Я просто теряю время, размышляя над этим. У меня есть более важная проблема — я нажил себе врагов. Я не знаю, что случилось с Мико, но её охранники получили по заслугам. Фракции Кардинала это не понравится. Сначала они попытались арестовать меня за попытку похищения Мико. Затем они выйдут на Клиффа, того, кто привёл меня в Милисион, и в конце концов — на Папу.
Стопэ. Разве это не означает, что не Папа организовал атаку? Неужели, за этим стоит Кардинал?
Да ладно, мы уже проходили через это. Не стоит беспокоиться о том, кто стоит за этим. Нужно планировать следующий шаг.
Но против чего? Против кого? Часть меня хочет собрать всех и покинуть город. Но я должен подумать о Зенит. Я не могу её бросить. Я мог бы отправиться в поместье Латрейи и забрать её… но что если её там нет? Что если, пока я сражался с Терезой, Клэр перевезла Зенит в другое место?
Неужели мне придётся сжечь весь Милис дотла, борясь с этими рыцарями? О, Хитогами был бы в восторге от такого развития событий.
Но какого чёрта. Может быть, мне всё же стоит это сделать. Первым делом нужно обезопасить Айшу, Гису и Клиффа. Затем я отправлюсь в дом Латрейя за Зенит. Если её там не окажется, я направлюсь в замок, захвачу кого-нибудь из королевской семьи и потребую обмен заложниками. Вот так, просто и эффектно.
Как же я утомился от этих раздумий.
— Ох! — раздался голос.
Я обернулся к двери внутреннего святилища, сквозь хаос, который устроила моя магия в саду. Перед дверью стояла девушка, держа в руках ключ, открывающий замок. И стояла она совсем одна.
Она смотрела прямо в мои глаза. Я попытался отвести взгляд, но было слишком поздно. На её лице заиграло выражение понимания, и она улыбнулась.
Затем она протянула ко мне руки, как бы приветствуя. Когда я это увидел, всё стало ясно. Может быть, это был просто инстинкт, но я поступлю именно так.
Я похитил Мико.