Том 2 Глава 26

Глава 7: Абсолютное обещание

После всех насыщенных событий, которые произошли со мной в этом поместье, мне уже исполнилось десять лет.

Большую часть последних двух лет я посвятил изучению языков. Помимо языка Зверобога и Бога Демонов, я также выучил язык Бога Битв. Он очень схож с языком людей, поэтому я легко выучил его. Это как учить немецкий уже зная английский. Основы грамматики были такими же, как и в языке людей, единственными отличиями были выражения и словарный запас.

Языки в этом мире были не такими уж сложными. Выучив один, можно было использовать его как основу для изучения других. Возможно, это побочный эффект всех войн между расами.

Однако я нигде не смог найти никаких книг ни на языке Бога Небес, ни на языке Бога Моря, как и людей, говорящих на этих языках, поэтому их никак не выучить. Что ж, четырёх языков мне было более чем достаточно.

Что касается фехтования, то мои навыки приближались к среднему уровню. А вот умения Эрис, поднялись со среднего до продвинутого, так что я уже не мог ей противостоять. Разрыв в наших способностях теперь чувствовался особенно остро.

Похоже, она усердно тренировалась даже в выходные дни. Пока я проводил свободное время, изучая языки, она практиковалась в фехтовании. Разрыв между нами был вполне естественным.

А вот в магии я практиковался только в создании фигурок. Мне удавалось делать их всё более и более детальными, что, вероятно, означает, что я совершенствуюсь. Только, я чувствую что мои навыки всё ещё упираются в стену. Ну эта проблема будет решена, когда я начну учиться в университете магии, так что не нужно торопиться.

Уже почти десять лет прошло, как я попал в этот мир? Эта мысль заставила меня немного расчувствоваться.

Когда до моего дня рождения оставалось около месяца, люди в поместье начали подозрительно суетиться, особенно Эрис.

В чём же дело. Сюда должна приехать какая-то важная персона из семьи Грейрат или, может быть, невеста Эрис?

[П.Р.: Рудеус, видимо, тут предположил, что, из-за не женственного характера Эрис, она должна не выходить замуж, а жениться.]

Точно нет, этого не может быть. Невеста Эрис? Я почувствовал, что сейчас из меня вырвется приступ странного смеха. Но беспокойство не давало мне покоя, и я решил провести расследование.

Проделав великолепную работу по слежке за Эрис, я заметил, как она весело болтает со служанкой на кухне. Гислен тоже находилась там, но она меня не заметила. Мускулистая, звероподобная фехтовальщица отвлеклась на мясо, которое готовилось на нашу следующую трапезу.

— Не могу дождаться, когда увижу удивлённое лицо Рудеуса! Возможно, он даже заплачет от радости!

— Я в этом не уверена. Это ведь Рудеус-сама. Даже если он удивится, он может не показать этого.

— Но обрадоваться то должен, да? — спросила Эрис.

— Да, конечно. Ему наверняка пришлось не легко, раз он из побочной ветви семьи.

На самом деле у меня не было никаких трудностей. Но о чём именно они говорили? Неужели перемывали мне косточки? Я уверен, что прекрасно справляюсь со своими обязанностями, но, возможно, я единственный, кто так думал, и другие жители этого дома на самом деле считали меня лишь обузой.

Если это так, то я уверен, что расплачусь. Точнее, я уверен, что только прибавлю работы горничным, используя свою подушку как салфетку, чтобы та впитала все слезы.

— Я должна убедиться, что всё будет готово вовремя! — сказала Эрис.

— Не торопитесь Эрис-сама, а то результат будет не из лучших.

— Если у меня не получится, он не станет его есть, да?

— Нет, Рудеус-сама съест всё, что вы для него приготовите, — ответила служанка.

— Да, если только Саурос-сама будет присутствовать.

Ах. Я понял, что это должно быть. Подготовка к вечеринке-сюрпризу, да?

— Если бы только Рудеус не родился в той семье, — произнесла Эрис, в голосе которой прозвучала жалость.

Теперь, когда я знаю, о чём шёл разговор, я решил уйти.

Как и ожидалось, я был человеком, которого лучше не показывать публике. Раньше я думал это всё из-за репутации бабника моего отца, но сейчас я понял, что дело вовсе не в этом.

Прожив тут несколько лет я узнал, что настоящее имя моего отца было Пол Нотос Грейрат. Нотос — это имя дворянского рода Пола. Давным-давно Пол разорвал все связи с семьёй Нотос, и его двоюродный брат или младший брат стал главой семьи вместо него.

Ну это было нормальным, ведь всё в прошлом. Вот только были те, кто не хотел, а точнее, отказывался оставлять всё в прошлом. Нынешний лидер рода Нотос, настоящий параноик. В худшем случае он может послать за мной убийц. Поэтому меня нужно прятать.

По идее ко мне должны относиться уважительнее, чем к Эрис, так как я мальчик, но вместо этого со мной обращались как со слугой. Даже празднование десятого дня рождения, один из самых важных дворянских обычаев, пришлось проводить без широкого размаха. Вот почему все твердили: «Бедняжка, как ужасно».

Именно поэтому Эрис впервые за долгое время обратилась к своему дедушке с просьбой устроить для меня тайный праздник. Только для жителей поместья. Скромный домашний праздник специально для меня.

И всё же это было опасно. Я рад, что подслушал, потому что, хотя я знал о здешних обычаях, десятый день рождения не являлся для меня чем-то особенным. На самом деле, моё представление о празднике сводилось к домашней вечеринке, а не к тому грандиозному торжеству, которое устроили Эрис на её день рождения. Если бы кто-то сказал мне, что собирается устроить вечеринку по случаю моего дня рождения, моя реакция была бы довольно безразличной. Типа: «О, правда? Спасибо», или что-то подобное.

Но это была идея Эрис. Здесь я её единственный ровесник, так что она впервые делала что-то подобное. Если я не буду вести себя взволнованно, она будет разочарована.

Я решил попрактиковаться в создании фальшивых слёз с помощью магии воды. Как не крути, а я был человеком, который умел читать ситуацию.

Вот и настал мой десятый день рождения.

Я подумал притворяться, что не замечаю как все в поместье подозрительно себя ведут. Как только закончились дневные занятия и наступил перерыв, Гислен пришла ко мне в комнату.

Она необычайно нервничает, её хвост стоял остро и жёстко.

— Я-я хочу, чтобы ты научил меня кое-какой магии.

Её обычный непоколебимым взгляд, вдруг стал косым. Ясно, она хочет чтобы я оставался в своей комнате.

Ладно, ладно. Я ей подыграю.

— Ооо? И что это за магия? — спросил я, зная, что наш диалог был ими спланирован заранее.

Посмотрев мне в глаза она очень серьёзным голосом ответила:

— Покажешь мне, как выглядит магия святого уровня?

— Конечно, но это уничтожит город.

— Что? Что это за магия?

— Магия воды святого уровня создаёт штормовой ветер и грозу. Если я очень постараюсь, то смогу затопить весь город.

— П-потрясающе... Я бы хотела, чтобы ты показал мне это в следующий раз.

Она была странно взволнована. Должно быть, это было частью плана.

Хорошо, тогда давайте немного подразним её.

— Если тебе так интересно, давай я покажу. Если мы проедем около двух часов, то будем на безопасном для города расстоянии. Давай поедем сейчас.

Её щека дёрнулась.

— Два часа?! Н-нет, подожди. Если мы уедем сейчас, то вернёмся поздно. Монстры выходят ночью. Даже на равнинах небезопасно.

— Да? Но мы будем в порядке, пока ты рядом. Ты уже говорила, что зверолюди чувствительны к звукам, так что ночью ты так же бдительна, как и днём, верно?

— Это правда, но никогда не стоит переоценивать себя.

— И правда. К тому же, когда я использую магию святого уровня, то трачу очень много маны. Тогда давай отправимся в следующий выходной.

— Да, хорошо. Поняла. Давай так и сделаем.

Я нашёл подходящий момент, чтобы прекратить этот разговор. А это забавно дразнить Гислен, которая обычно никак не реагирует на подобное. Стоит ей начать паниковать, как её хвост встаёт трубой, а если я что-то говорю, то она начинает им вилять. Одного этого было достаточно, чтобы позабавить меня.

— Ах да, прости, я не налил тебе чай. Давай я схожу за горячей водой.

— Нет, всё в порядке. Не утруждайся. Не двигайся. Я не хочу пить.

На самом деле я мог создать горячую воду движением всего одной руки, но она, похоже, этого не знала, поэтому я решил промолчать.

Я знаю, что она сделает всё возможное, чтобы удержать меня здесь. Возможно, пришло время для небольшого сексуального прикола.

— Кстати, это одна из фигурок, которые я недавно сделал.

Со своей полки я взял фигурку Гислен в масштабе 1/10, над которой я всё ещё работал. Я был уверен, что значительно улучшил свои навыки с тех пор, как только начал их создавать. Одно только формирование мускулатуры было профессиональной работой.

Гислен выпустила небольшой вздох, глядя на неё.

— Это я? У тебя очень хорошо получается. Эта значительно лучше, той что ты сделал для Эрис-са... Хм? Тут нет хвоста.

— К сожалению, у меня очень мало знаний в этой области. Обычно я создаю фигурки используя своё воображение, но в этот раз я хочу, чтобы она выглядела как настоящая.

Гислен глубоко задумалась виляя своим хвостом.

Хех, не терпится увидеть, какое выражение лица ты сделаешь.

— Не позволишь ли ты мне посмотреть на твой хвост? То есть, на то откуда он растёт.

— Без проблем, — сказала она.

Она повернулась и стянула с себя штаны. Она даже не колебалась. Прямо передо мной была её упругая, мускулистая спина и основание хвоста.

«Потрясающе! Стоило от неё этого ожидать! Она такая бесстрашная! Победить её, да это невозможно».

Нет! Я не мог дрогнуть, только не здесь. Гислен всегда была начеку, но сейчас любопытство взяло верх.

— Могу я прикоснуться к нему на минутку?

— Конечно. Давай.

Какая жёсткая. А?! Погоди-ка, это точно попка? Так?

Твёрдая, как сталь, но в то же время в ней была определённая мягкость. Идеальный баланс, идеальное количество мышц. Идеальное сочетание свойств как красной, так и белой мышц! Любой мужчина, кем бы он ни был, восхитился бы этим. Однако трудновато найти в этом что-то сексуальное.

Господь Мускулов, Бог Секса, как я благодарен вам за ваше существование, даже если я полная вам противоположность. Так благодарен, так благодарен. Пожалуйста, благословите меня на такие же мышцы, как эти.

— Хорошо, я закончил.

Я убрал руки от её попы, чувствуя себя морально избитым.

Гислен поправив брюки повернулась ко мне лицом.

— Однажды я видела, как художник рисовал портрет Эрис-сама. Увидев это, я захотела нечто подобное, что-то, что могло бы передать нынешнее состояние моего тела. Я с нетерпением жду возможности увидеть готовый продукт.

Она выглядела искренне счастливой, когда рассказывала мне об этом.

Думаю, что я проиграл как мужчина в битве за мужественность. Неужели я никак не мог выиграть у такого красивого человека, как Гислен?

— А не пора ли уже ужинать?

— Х-хм, думаю, ещё рановато.

Я заставил её хвост вздрогнуть в последний раз, прежде чем служанка пришла позвать нас на ужин.

— Хорошо, Рудеус. Пора есть, пошли.

Она быстро встала, как будто пытаясь поторопить меня. Очевидно, настоящее представление вот-вот должно было начаться.

Стоило мне только войти в столовую как раздались аплодисменты. Тут были все кого я хотя бы раз видел в поместье, конечно включая Сауроса, Филиппа и Хильды, с которой я виделся крайне редко.

Вечеринка проходила в том же обеденном зале, которым мы всегда пользовались. Он был красиво украшен по случаю праздника, на столах стояло множество экстравагантных блюд, которых я никогда раньше не видел. Конечно, не настолько необычные, как на вечеринке Эрис. Хоть блюда были не такими претенциозными, в них чувствовалась теплота.

Сделав лицо, будто не понимаю, что происходит, я оглядел комнату.

Гислен которая зашла в столовую вслед за мной, тоже начала хлопать в ладоши.

Я вёл себя взволнованно.

— Рудеус! С днём рождения!

Эрис была одета в ярко-красное платье, а в руках у неё был большой букет цветов.

Я сохранил ошарашенное выражение лица, принимая их от неё.

— Ах, точно. Сегодня мне ведь исполнилось десять лет…

Я произнёс эти слова так, как я их репетировал, словно только сейчас понял, что у меня день рождения.

Затем, как и планировал, я сморщил лицо и закрыл глаза рукавом. В то же время я использовал магию воды, чтобы из глаз полились слёзы. Через несколько мгновений я всхлипнул.

— П-простите меня. Я-я просто... Это впервые с тех пор, как я приехал сюда... Я всё думал, что не могу облажаться, что мне здесь не рады... Что если я облажаюсь, то это вызовет проблемы у моего отца... Никогда не думал, что вы все будете так поздравлять меня. Хнык...

Я поднял рукав, чтобы проверить их реакцию, и увидел, что Эрис просто стоит ошарашенная. Филипп, Саурос и все остальные в комнате перестали хлопать. Они все стояли удивлённые.

«Чёрт. Я настолько ужасный актёр? ».

Нет, дело не в этом. Всё было наоборот. Это слишком правдоподобно.

Я облажался, мне следовало вести себя сдержанно. Ха-а. Меня нельзя назвать взрослым, раз с самого начала придумал этот план. Ну что ж, слишком поздно, лучше продолжать, как я планировал.

Смутившись, Эрис повернулась к дворецкому с вопросом.

— Ч-что мне делать??

Неужели мои слёзы настолько серьёзная проблема? Её реакция была настолько милой, что я обнял её. Затем, гнусавым голосом, я прошептал ей на ухо слова благодарности.

— Эрис, спасибо тебе.

— Н-ничего такого! Т-ты же член семьи! Очевидно, что я сделаю это! Для семьи Грейрат это пустяк, п-правда, отец! Дедушка!

Обычно она бы сказала что-то вроде: «Ты должен быть благодарен!». Но вместо этого она стала оправдываться и искать поддержки у Филиппа.

Тогда Саурос поднялся и рявкнул:

— К-к бою! Идём войной на род Нотос! Мы убьём Филемона и поставим Рудеуса главой семьи! Филипп! Альфоооонс!!! Гиииислен! За мной! Собираем войска!

И вот так началась война между родами Бореас и Нотос. Это была очень кровопролитная война, в которую невольно вовлекли и остальные две ветви семьи Грейрат, и втянула королевство Асура в долгую полную хаоса гражданскую войну, вошедшую во все летописи.

Нет, конечно же, нет… Это всё шутка.

— О-отец, остановись! Пожалуйста, сдерживай себя!

— Филиииипп! Ты пытаешься меня остановить?! Ублюдок! Ты же тоже считаешь, что Рудеус куда больше подходит на роль главы семьи, чем этот нелепый шут?!

— Да, конечно, считаю, но успокойся! Сегодня у нас праздник! К тому же, война не принесёт ничего хорошего, Зефир, и Эвр ополчатся на нас!

— Идиот! Я лично всех одолею! Отпусти меня, отпусти меня!

Саурос вышел из комнаты, пока Филипп сдерживал его. Даже когда он ушёл, я всё ещё слышал его голос.

— Кхм, — прокашляла Эрис. — Забудем пока о дедушке на время, я приготовила на сегодня кое-что, что удивит тебя, Рудеус!

Она покраснела, захихикала и гордо выпятила грудь.

Это было восхитительно. Она недавно начала носить бюстгальтеры, так как её грудь начала расти. Сейчас они были просто милыми, но когда-нибудь они вырастут в нечто невероятное. Так сказал старый мудрый Отшельник. Спасибо, мудрый старый Отшельник.

— Что-то, что удивит меня? — ответил я эхом.

— Как ты думаешь, что это?!

Что-то, что удивит меня... Что это может быть? Что-то, что мне понравится... Ноутбук и эро игры? Нет, нет. Что-то, до чего Эрис может додуматься…

Я обдумал свою нынешнюю ситуацию. Я нахожусь вдали от родителей и был один уже несколько лет. Возможно, она думала, что мне одиноко, тем более что сегодня был мой день рождения.

Чего бы хотела Эрис, если бы она была в моей ситуации? Чтобы Гислен или её дедушка пришли праздновать с ней, верно? Если бы я применил это к себе, то...

— Только не говори мне, что мой отец здесь?..

Её лицо омрачилось, как только я это сказал. Не только её, но и лица горничных и дворецких. Это был взгляд жалости. Я ошибся.

— П-Пол-сан... не смог приехать, потому что, как он сказал, в последнее время в лесу монстры стали слишком активными. Н-но он сказал, что в любом случае он здесь не нужен. А Зенит-сан, передала, что оба ребёнка внезапно заболели, поэтому она тоже не может приехать, — ответила Эрис, взволнованно.

А-а. Значит, их всё-таки приглашали. Что ж, ничего не поделаешь. Деревня очень сильно зависела от Пола, и если обе девочки больны, Зенит не могла оставить заботу о них только на Лилию. Было бы неплохо увидеть их снова, ведь прошло столько времени, но ладно.

— Уу, э-э-э, Рудеус. Ты знаешь, эм…

Эрис снова начала запинаться. Это было так же мило, как кошка, которая столкнулась с проблемами после того, как всё время вела себя дерзко.

Но можешь не волноваться, будет лучше, если Пола вообще тут не будет.

— Ах, понятно. Значит, мои отец и мать не приехали.

Я хотел сказать, что не возражаю, но поскольку я только что перестал плакать, мой голос был гнусавым. Вероятно, я выглядел совершенно подавленным.

Одна из служанок всхлипнула.

Я крупно облажался. Я не хотел, чтобы атмосфера была такой мрачной. Простите, ребята, похоже, я всё-таки не умею читать ситуацию.

Как только я так подумал, Хильда бросилась ко мне и заключила меня в объятия. Я случайно уронил букет цветов, который держал в руках.

Я почти не разговаривал с Хильдой. У неё были такие же рыжие волосы, как у Эрис. Она всем своим видом внушала образ молодой сексуальной вдовы ещё в расцвете сил, которая может появиться в какой-нибудь эротической игре. И конечно же, она не была вдовой, пока жив Филипп, и всё же…

Она вскрикнула, крепко сжав меня:

— Всё в порядке, Рудеус, ты можешь успокоиться. Теперь ты член нашей семьи!

Э? Разве она не ненавидела меня?

— Я не стану слушать никаких жалоб! Мы тебя усыновим... Нет, женись на нашей Эрис! Точно! Это отличная идея! Сделай это!

Хильда перестала излучать холод. Брак? Даже Эрис была удивлена.

— Эрис! Тебе что, наш милый Рудеус не по душе?!

— Ему всего десять!

— Возраст не имеет к этому никакого отношения! А теперь прекрати оправдываться и постарайся стать хорошей леди!

— Именно этим я и занимаюсь!

Хильда была на взводе, а Эрис отбивалась. Пусть она и вошла в семью выйдя замуж за Филиппа, но я полагаю, что она всё же внутри была Грейратом. У неё был такой же дикий характер, как у Сауроса.

— Ладно, ладно, давайте как-нибудь в другой раз.

— Аргх! Дорогой! Что ты делаешь! Отпусти меня! Это бедное дитя, я должна его спасти!

Филипп, который только что вернулся, изящно выпроводил свою жену с места происшествия. Даже в подобном хаосе, он разрешал ситуацию с ледяным спокойствием, пока все остальные стояли ошеломлённые. Его спокойствию можно было позавидовать, настоящий чудотворец. Человек, на которого можно положиться, и с которым можно посоветоваться о чём угодно.

— Итак, что это? Сюрприз, о котором ты говорила, — спросил я, подняв букет с пола.

Эрис скрестила руки, выпятила грудь и приподняла подбородок. Прошло много времени с тех пор, как я в последний раз видел эту позу.

— Хмф! Альфонс! Принеси его сюда!

Она щёлкнула пальцами, как будто хотела издать резкий, напористый звук, но он вышел тусклым и плоским. Эрис вся покраснела, но Альфонс даже не обратил на это внимания и достал посох из тени скульптуры.

Посох был наподобие того которым пользовалась Рокси. Посох мага. Из бугристого дерева. На его кончике был большой, дорогой на вид магический кристалл. Как только я увидел его, я понял. Этот посох дорогой. Я знаю, потому что сам сделал две волшебные палочки.

Ранг посоха определялся деревом и камнем на его кончике. Каждый вид магии имел определенное сродство с разными породами дерева. Заклинания огня и земли лучше всего сочетаются с деревом хурмы, а воды и ветра — с деревом пагоды.

Но даже если сродство не совпадало, это не означало, что сила заклинания уменьшалась. Важно было не дерево, а магический кристалл. Если проводить ману через кристалл, то сила заклинания увеличивалась. Разновидностей кристаллов было много, но чем они больше и прозрачнее, тем эффективнее. Цена кристалла возрастала астрономически с ростом его эффективности.

Кристаллы, которые я использовал для изготовления палочек Эрис и Гислен, стоили по серебряной монете за штуку. Там были кристаллы и дешевле, но я запомнил примерный размер на палочке, которую мне подарила Рокси и выбрал те что были похожи. Они были размером с ноготь моего мизинца.

Этот был размером с кулак и стоил больше сотни золотых монет. Особенно с его ультрамариновым оттенком. Кристалл, имеющий цвет, значительно увеличивал силу магии.

Интересно, сколько же денег они потратили на это?

Кстати, магические кристаллы, найденные в подземельях, не обладали усиливающим эффектом. Из-за того что эти кристаллы обладали своей собственной маной, вместо посохов их использовали для создания магических предметов, либо для восполнения затрат маны при использовании мощного заклинания.

— Похоже, тебе он понравился! — сказала Эрис с кивком удовлетворения, когда я осмотрел его.

— Альфонс, объясни!

— Слушаюсь, госпожа. Древесина для этого посоха взята из ветви живого древнего энта в восточной части Великого Леса на континенте Милис. Я уверен, вы Рудеус-сама уже знаете об этом, благодаря вашей превосходной образованности, но говорят, что этот энт — это высший подвид малого энт, рождённый от питания источником фей. Это магическое существо ранга А, которое может манипулировать магией воды. Кристалл же был добыт в северной части континента Бегарит, от заблудшего морского дракона. Ещё один предмет ранга А. Посох изготовлен Чейном Проционом, величайшим мастером по изготовлению посохов и директором «Дворцовой королевской гильдии магов Асуры».

Невероятно. Похоже, он специально сделан для магии воды. И на вид, он очень дорогой…

— Пожалуйста, примите посох от юной госпожи.

Я не собираюсь беспокоиться о его стоимости прямо сейчас. Хоть я и учу Эрис не тратить деньги легкомысленно, но сегодня особенный день, потому я позволю ей. Похоже, она заказала его специально для меня, поэтому у меня не хватило духу отказать ей. Всё таки, деньги существовали именно для таких вещей.

— Его имя Аква Хартия... Высокомерный король водяных драконов.

Когда я уже был готов принять его я замер на мгновение. Только что я услышал что-то, прозвучавшее как представление заигравшегося фантазёра?

— Возьми! Это подарок от семьи Грейрат! Я попросила отца и дедушку, чтобы сделать его для тебя. Ты великий маг, Рудеус, поэтому странно, что у тебя нет собственного посоха!

Голос Эрис привёл меня в чувство, и я принял Аква Хартию.

Вопреки своему внешнему виду, он оказался довольно лёгким. Я взял его в обе руки и покачал. Его было легко поднимать и переворачивать. Хоть кристалл и был большим, он был хорошо сбалансирован. Это и неудивительно, учитывая, насколько дорого он стоил. Хотя название было немного... особенным.

— Спасибо. За поздравления и за такой дорогой подарок.

— Не беспокойся о цене! А теперь быстро, давайте продолжим праздновать, иначе пир, который мы приготовили, остынет!

Эрис была в хорошем настроении, она подхватила меня под руку и повела к сиденью, установленному перед гигантским тортом.

— Я кстати тоже помогала!

Если не считать первых домашних блюд Эрис, которые были отвратительными, остальная еда была вкусной.

Как только праздник начался, Эрис выстреливала слова как пулемёт, рассказывая о готовке и персонале. Я коротко отвечал, пока слушал, но на середине праздника её речь начала замедляться. Возможно, дело было в усталости. Она говорила всё меньше и меньше, начала бормотать, пока, наконец, не задремала.

Я не уверен, было ли это потому, что она устала от волнения, или потому, что её нервозность наконец-то прошла. В любом случае, Гислен взяла Эрис на руки, как принцессу, и унесла, чтобы она могла поспать в своей комнате. Сладких снов.

Саурос и Хильда вернулись в середине праздника. Саурос стал угрюмым после того, как Филипп вмешался, когда тот пытался дать мне алкоголь. Вместо этого Хильда налила старику немного, и в конце концов он окончательно опьянел. Он удалился в свою комнату с пьяной улыбкой и красным оттенком на щеках, весело смеясь.

Хильда наклонилась и поцеловала меня на ночь, прежде чем удалиться в свою комнату. К этому моменту большая часть еды была съедена. Горничные убрали последние пустые тарелки с сонными лицами.

Остались только Филипп и я.

Некоторое время Филипп просто молча прихлёбывал свой напиток. Вино, как я догадался. Во время дня рождения Эрис я узнал, что вино, которое пьют в королевстве Асура, отличается в разных регионах. В этом регионе его в основном делали из пшеницы, но вино из винограда готовили для особых случаев.

Во время вечеринки Филипп говорил мало. Он сделал замечание Сауросу и Хильде, но в остальном большую часть времени наблюдал за нами с улыбкой на лице. И только теперь, когда мы остались вдвоём, он дал волю словам:

— Я проиграл битву за то, чтобы стать главой семьи. Сейчас Эрис — мой единственный ребёнок.

Значит, разговор предстоит серьёзный. Я сел удобнее на кресле и пристально посмотрел на него.

— Тебя ведь тоже волновало, почему у Эрис нет ни братьев, ни сестёр?

Я молча кивнул.

Мне было любопытно, но я никогда об этом не спрашивал напрямую.

— По правде говоря, дело не в том, что у неё их нет. У неё есть старший брат и младший брат. Я думаю, её младший брат, наверное, примерно того же возраста, что и ты?

— Он был убит в битве за то, чтобы стать главой семьи?

Филипп посмотрел на меня, потрясённый, я задал вопрос слишком прямо.

— Нет, конечно, нет. Он не умер. Его забрал в столицу королевства мой старший брат, как только он родился.

— Забрал? Что вы имеете в виду?

— Официальная причина в том, что он усыновляет их и отправляет в столицу для обучения, но по правде... Это просто продолжение традиций.

Филипп объяснил традицию семьи Бореас, которая была связана с битвой за право стать главой семьи.

У Сауроса было десять сыновей. Среди них только трое были исключительными: Филипп, Гордон и, наконец, Джеймс. Это звучит как имя некоего локомотива.

Чтобы решить, кто из этих троих станет главой семьи, их заставили соревноваться. В результате Джеймс стал следующим главой семьи. Филипп и Гордон проиграли.

Во время первой половины борьбы за власть, Джеймс сначала тайно познакомил Гордона и дочь семьи Эвр Грейрат. Он сделал всё так, чтобы ни один из них не знал о родне друг друга, а затем разжёг пламя их любви. Гордон по уши влюбился и женился на этой девушке, как Джеймс и планировал. Женившись Гордон стал членом рода Эвр и больше не мог претендовать на лидерство в роду Бореас.

Во второй половине борьбы Филипп и Джеймс были равны. Они продолжали бороться, манипулируя людьми из-за кулис.

Но это не было похоже на какое-то драматическое развитие событий. Сражение просто закончилось поражением Филиппа. Это был вопрос влияния. Джеймс был на шесть лет старше Филиппа, широко известен в столице и служил помощником министра. У него были связи, деньги и, что важнее всего, политическая власть.

Филипп был отличным кандидатом, но разницу в шесть лет было практически невозможно преодолеть. Как только Джеймс стал главой семьи, он назначил Филиппа мэром Роа. В то время Филипп ещё не сдался. Он пытался разработать стратегию возвращения в столицу, но земли в Фиттоа были в основном сельскими, что затрудняло наращивание политической власти.

Пока Филипп сидит в глуши, где практически нельзя добиться связей, Джеймс остался в столице и занял прочное положение министра и продолжал наращивать влияние. Из-за этого пропасть между ними стала настолько большой, что её уже нельзя преодолеть. Затем, когда у Филиппа родился сын, Джеймс напомнил ему, что мальчики должны быть отданы Джеймсу на усыновление.

— Разве это не излишнее варварство с его стороны — забирать у вас всех сыновей?

— Нет, всё в порядке. Такова традиция.

Традиция семьи Бореас Грейрат гласила, что все мальчики, воспитывались под присмотром главы семьи. Благодаря этому отцы, которые проиграли в борьбе за власть, не могли вмешиваться в будущую борьбу помогая своим сыновьям.

Подобные проблемы возникали по всему королевству Асура. Гордон после женитьбы стал членом семьи Эвр, у которых были другие традиции и очевидно подчинялся им, но Филипп принадлежал роду Бореас и отдал всех своих сыновей Джеймсу, пока они были ещё маленькими и ничего не понимали. Когда они вырастут, они будут считать своим отцом Джеймса и только его.

— Ситуация была бы обратной, если бы я победил.

То, как Филипп спокойно принял ситуацию, заставляет задуматься, что он, возможно, не был родным сыном Сауроса.

Но если Филипп смирился с этой ситуацией, то вот его жена нет. Хильда была из обычной дворянской семьи. То, что у неё отняли новорожденного ребёнка, не могло быть воспринято ею так спокойно. После потери старшего сына она надолго впала в депрессию. После рождения Эрис она вроде бы пришла в себя, но когда забрали младшего брата Эрис, она снова стала неуравновешенной.

— Она ненавидела тебя. В конце концов, почему сын чужака может расхаживать здесь, как будто он здесь хозяин, в то время как её собственные сыновья этого не могут?

Я знал, что она меня ненавидит. По крайней мере, теперь я знаю по каким причинам.

— К тому же, наш единственный оставшийся ребёнок, Эрис, оказалась сорванцом, а не леди. Я думал, что вся надежда потеряна.

— Что вы имеете в виду?

— Было бы трудно попытаться использовать Эрис, чтобы свергнуть Джеймса.

Под свержением он имел в виду?.. Ах, он всё ещё не отказался от мысли стать главой семьи.

— Но в последнее время, после встречи с тобой, я начал чувствовать небольшую надежду.

— Твоя игра достаточно хороша, чтобы обмануть даже Хильду и моего отца.

Значит он заметил, что я разыгрываю представление. Но слово «обмануть» звучало не очень приятно. Я просто старался вести себя так, чтобы не было неприятно.

Филипп продолжил: — Ты понимаешь важность денег и разбираешься в лести. Ты не отказываешься от необходимости подвергать себя опасности, чтобы завоевать сердца людей.

Вероятно, он имел в виду инцидент с похищением. Или тот факт, что я остался здесь, несмотря на то, что кто-то моего возраста (Эрис) постоянно избивала меня.

— Но самое главное, Эрис очень выросла под твоим руководством.

Филипп говорил так, будто никогда не мог себе этого представить.

Пол рассказывал ему какой я особенный, но учитывая что Пол в моём возрасте только и делал, что задирал девушкам юбки, он думал, что его сын будет точно таким же. Он полагал, что, если свести такого человека с его дикой дочерью то, можно добиться чего-то интересного, это как наблюдать за химическими реакциями в ходе научного эксперимента. По-видимому, примерно так он себе это и представлял.

— Я до сих пор помню тот день, когда Пол прибежал сюда в слезах, — пробормотал про себя Филипп.

Я попросил Филиппа объяснить, и он сказал, что Пол пришёл плакаться, потому что собирался жениться, но у него не было денег, чтобы позволить себе жильё, и ему нужна была стабильная работа. Но в то же время Пол не хотел возвращаться в свою дворянскую семью. Видимо, ради меня он встал на колени, чего не делал даже тогда, когда произошёл инцидент с Лилией. Ну, во всяком случае, это было в прошлом.

— Разве Эрис не исправилась бы как-нибудь даже без меня?

— Как-нибудь? Конечно, нет. Даже я считал Эрис безнадёжной. Я думал, что она уже никогда не станет благородной леди. Поэтому я нанял Гислен, чтобы она обучила её фехтованию, чтобы она хотя бы стала искательницей приключений.

Сказав это, Филипп пересказал несколько эпизодов из жизни Эрис до моего приезда, каждый из которых было больно слушать.

— Так как насчет этого? Ты женишься на Эрис и поможешь мне захватить власть над родом Бореас? Если ты согласен, то я сейчас же свяжу Эрис руки и брошу в твою постель.

Это было заманчивое предложение... Мой разум представил себе, как на экране появляется всплывающее окно, как в игре: «Вы уверены, что хотите избавиться от этого (своей девственности)? Как только она исчезнет, она исчезнет навсегда!»

Нет, нет, стоп, стоп, стоп! Это не шутка!

«Захватить власть над родом Бореас?» — не так быстро.

— Во что вы собираетесь втянуть десятилетнего ребёнка?

— Ты также ребёнок Пола, да?

— Я спрашивал не об этом!

— Переворотом заниматься буду я, тебе лишь нужно будет занять освободившееся место. Если тебе нужны женщины, я дам их тебе.

Неужели он действительно думал, что я буду слушаться только потому, что он сказал, что даст мне женщин? Дурная репутация Пола действительно была отвратительной.

— Я притворюсь, что вы сказали всё это, потому что вы пьяны.

Филипп тихо засмеялся, когда я это сказал.

— Ха-ха. Правильно. Так будет неплохо. Если забыть о захвате рода Бореас, ты волен продолжать любые отношения с Эрис, какие захочешь и тебе не надо принимать какую-либо ответственность. Даже если бы я выдал её замуж за кого бы то ни было, она бы обязательно вернулась. Я бы предпочел отдать её тебе.

Если бы он выдал Эрис замуж, она, вероятно, за пару дней забила бы своего мужа до смерти. Я легко могу себе это представить. Так же легко, как я могу представить себя пляшущим под дудку Филиппа, если приму его предложение.

— Время уже позднее, думаю пора отправляться спать.

— Да, спокойной ночи, — ответил я.

Так закончился праздник по случаю дня рождения, который устроила для меня Эрис.

Когда я вернулся в свою комнату, Эрис, которая должна была спать, сидела на моей кровати.

— О, с в-возвращением!

На ней был красный пеньюар. Чрезвычайно сексуальный.

Видимо, она никогда раньше не надевала ничего подобного. Что происходит? И разве она не должна была спать?

— Что ты делаешь здесь в такой час?

Когда я спросил, её щёки покраснели, и она отвела глаза.

— Я-я думала, что тебе будет одиноко одному, поэтому я собиралась поспать с тобой сегодня!

Она, кажется, много думала о том моменте, когда сказала, что мои родители не придут. Всё-таки Эрис двенадцать лет, а она всё ещё привязана к своим родителям. Может быть, мысль о том, что я не видел своих три года, подтолкнула её к тому, чтобы прийти сюда.

Нет. Как бы маловероятно это ни казалось, возможно, это была идея Хильды. Возможно, она разбудила Эрис, заставила её переодеться и отправила сюда.

Я ещё раз внимательно посмотрел на Эрис. Её тело ещё не полностью созрело, но уже начало меняться. Вероятно, из-за всех этих тренировок с мечом, её руки и ноги были хорошо подтянуты. То ли потому, что она была выше обычной девушки, то ли из-за пеньюара, который был на ней, она выглядела взрослее, чем обычно.

В конце концов, Эрис было уже двенадцать. Пусть она ещё не стала по настоящему женственной, но она уже почти вошла в мою зону интересов.

Моё тело тоже было ещё незрелым. Я ещё не достиг половой зрелости, хотя через несколько лет она обязательно наступит. Может быть, тогда я буду рад возможности попробовать себя с этой избалованной, цундере-лоли.

Как только эта мысль пришла мне в голову, я снова почувствовал себя тем тридцатичетырёхлетним, бездомным, безработным извращенцем. Я увидел его лицо, покрытое прыщами, и губы, растянутые в отвратительной улыбке, надвигающиеся на Эрис.

Я привёл себя в чувство. Нет, я не мог. Я не мог прикоснуться к ней. Тогда я начну плясать под дудку Филиппа. Меня бы втянули прямо в центр напряжённой борьбы за власть. Той самой, которую Филипп уже проиграл, и от которой Пол сбежал.

Я не хочу впутываться в то что может принести мне проблем. Поэтому я просто молился о том, чтобы мирно выйти из этого.

Ей не нравились мои сексуальные домогательства, так что, я могу сказать что-нибудь в этом роде, чтобы отпугнуть её?

— Вот именно! Мне очень одиноко, поэтому, если ты не уйдёшь, я могу сделать с тобой что-нибудь извращённое!

Так я думал, но я получил совершенно неожиданный ответ.

— Т-ты можешь это сделать. Т-только чуть-чуть!

Ты действительно смелая сегодня, Эрис! Как я должен сопротивляться, когда ты так говоришь? Что же делать…

Я размышлял и, наконец, решил принять её предложение. Совсем немного.

Я сел рядом с ней. Кровать издала небольшой скрип.

Я больше не думал ни о чём, ни о каких сложных вещах. Плясать под дудку Филиппа? Ну и ладно. Три года назад Эрис была такой цундеркой, но теперь она наконец-то показала мне другую свою сторону. Как я мог отказаться, когда она сама предлагала себя? В такие моменты лучше всего просто принять риск и сделать шаг вперёд, верно?

— Твой голос дрожит, — сказал я.

— Т-тебе кажется.

Я погладил её по голове. Её волосы были такими гладкими. Пусть Эрис и её семья были высокородными дворянами, в поместье не было ванны, поэтому мыть волосы каждый день было не принято. Обычно её волосы были грубыми и жёсткими из-за того, что она каждый день проводила на улице, занимаясь фехтованием с утра до заката. Должно быть, сегодня она привела их в порядок специально для меня. Для меня…

— Ты такая милашка.

— П-почему это ты говоришь такое так внезапно...

Она отвернулась, её лицо покраснело до ушей. Я слегка приобнял её за плечи и поцеловал в щёку.

Её тело напряглось, но она не попыталась убежать.

Ах, так она действительно не против? Обычно, она из тех, кто убегает, если ей что-то не нравится.

— Я сейчас собираюсь прикоснуться к тебе.

Не в силах сдерживать себя, я потянулся к её груди. Бугорки были ещё маленькими, но это определенно были груди. Возможность прикоснуться к ним была доказательством того, что она дала мне разрешение. Не то что все предыдущие разы, когда я с трепетом протягивал руку, полностью готовый к тому, что меня ударят, когда я буду их лапать. Это было через слой одежды, но не было никаких сомнений, что в моих маленьких руках сейчас настоящая грудь лоли.

Кажется, она хмыкнула не от удовольствия.

Она осознает, насколько постыдным кажется то, что мы делаем. Я знаю это. Она смотрела на меня с плотно сжатыми губами, в её глазах стояли слёзы, когда она пыталась подавить своё смущение и растерянность.

Я успокаивающе погладил её по спине. Благодаря всем её тренировкам с мечом, по всей спине чувствовались крепкие мышцы. Естественно они были не такие накаченные, как у Гислен, но хорошо подтянутые и гладкие.

Эрис закрыла глаза и обхватила меня за плечи, словно прижимаясь ко мне. Согласна? Ведь так и должно быть, верно? Если так, то пора идти до конца. Прямо сейчас.

Х-хорошо, тогда д-давайте сделаем это.

Я протянул руку к внутренней стороне её бедра. Это был мой первый раз, когда я прикасался к девушке там. Оно было, конечно, тёплым и мягким, но упругим, с мускулами.

Она оттолкнула меня. Затем ударила меня по щеке, громко и сильно. Потом она пнула меня и я упал на пол. Она продолжала бить, звуки её ударов наполняли комнату.

Я был в полном замешательстве и не защищался, принимая все её удары. Когда всё закончилось, я посмотрел на неё, лежа на спине.

Надо мной стояла Эрис. Её щёки были красными от смущения.

— Я же говорила тебе совсем немного! Ты дурак!

Дверь осталась широко открытой после того, как она пнула её ногой и вышла.

Я так и остался лежать тупо уставившись в потолок. Моё возбуждение уже улетучилось.

— Эх, все девственники тупые.

Я ненавижу себя. Я совершенно неправильно оценил обстановку. Я действовал слишком быстро. Я был слишком озабочен и забыл, что девушка передо мной ещё ребёнок и я сделал ужасную ошибку.

— Ах, проклятье, о чём, чёрт возьми, я думал...

После стольких эротических игр я подумал, что, возможно, понимаю, что чувствуют героини. В прошлой жизни я наблюдал за тем, как тупоголовые герои не обращают внимания на происходящее, и думал про себя: «Поторопись, сделай свой ход, и всё закончится».

То, что я только что сделал, было результатом этих мыслей. С точки зрения игрока ты можешь видеть истории героинь. Главный герой, тем временем, не имел ни малейшего представления о том, о чём она думает. Именно поэтому большинство протагонистов осознавали, что нечто подобное может произойти, даже если знали, что нравятся другому человеку. Поэтому они не торопились и медленно развивали отношения.

По сравнению с ними я был совершенно недальновиден. Особенно после того разговора с Филиппом. О чём я думал, когда говорил, что сделаю вид, что он сказал всё это только потому, что был пьян? То, что я говорил, и то, что я делал, полностью противоречило друг другу.

Я знал, к чему это приведёт, если бы занялся сексом с Эрис. Сначала мы бы переспали, она бы забеременела от меня и мы были бы вынуждены пожениться. И по этой цепочке событий я так или иначе стал бы официальным членом семьи Бореас. И что бы я делал? Всеми силами пытался бы избежать последующей ужасной борьбы за власть? Буду совершенно безответственным и не захочу отвечать за свои поступки? Неужели я просто выдам это за секс на одну ночь?

Идиот. Если такое случится, я буду пытаться тискать Эрис каждую ночью. Мое сексуальное влечение было довольно сильным в моей прошлой жизни, и я чувствовал, даже если не учитывать что во мне течёт кровь Пола, что оно может быть таким же и в моем нынешнем теле. Я бы никак не смог удовлетвориться всего одной ночью. Она могла прийти ко мне сегодня, но в следующий раз я буду тем, кто придет к ней.

Филипп и Хильда, видимо, надеялись на это. Никто бы меня не остановил. Я заглотил бы наживку временного удовлетворения и попал бы в грязную ловушку из политической борьбы за власть в семье Бореас.

Посох, стоящий в углу комнаты, привлек моё внимание.

Я также не мог забыть о чувствах Эрис. Может, деньги на него и дали Филипп и Саурос, но именно она спланировала для меня праздник и придумала подарить мне этот посох. Это она переживала из-за нашего разговора на празднике и пришла сюда, чтобы утешить меня сегодня перед тем, как я засну. Она думала обо мне сегодня весь день.

А ведь ещё мгновение назад я был охвачен своей похотью и едва не изнасиловал её. Эта девушка искренне считалась с моими чувствами и я был для неё полноценной личностью, а я просто пытался над ней надругаться.

Вспомни какой счастливой она была, когда разговаривала с той служанкой. Ты просто пытался растоптать всё это.

Я был куском дерьма. У меня нет никакого права осуждать Пола. У меня не было права читать кому-либо нотации. Я был куском дерьма в своей предыдущей жизни, и ничего не изменилось, когда я попал в другой мир. Завтра же я соберу свои вещи и покину это место. Мне следует умереть, на обочине по пути домой, как мусору, которым я и был.

Я вдруг понял, что Эрис стоит в дверном проёме. Она выглядывает из-за двери показывая только половину лица.

Я в панике попытался сесть, но не устоял... Нет! Может, мне просто пасть ниц!

— Я-я сожалею о том, что сейчас произошло.

Я свернулся в клубок, как черепаха, и распростёрся перед ней.

Я поднял голову.

Она посмотрела на меня украдкой и вновь отвела взгляд, а если посмотреть на её ноги, то она нервно перебирала пальцами. Затем она медленно прошептала.

— С-сегодня особенный день, поэтому я сделаю исключение и прощу тебя.

О-она простила меня!

— Кроме того, я уже знаю, что ты Рудеус, извращенец.

Кто, чёрт возьми, сказал ей это!

Нет, это правда. Я извращенец. Я был извращенцем. Это моя вина.

Все посмотрите сюда. Это я, извращенец. Да, тот самый!

— Но... нам ещё рано это делать, так что... пять лет! Через пять лет, когда ты как следует повзрослеешь, тогда... м-м-м-м... можно. Но до тех пор, руки не распускай!

— Хахах! Слушаюсь, госпожа!

Я наклонился вперёд.

— Н-ну, тогда я возвращаюсь в постель. Пока, Рудеус. Спокойной ночи. Увидимся завтра.

После этого отрывистого, беспорядочного прощания Эрис исчезла из виду. Я слышал ритм её шагов, когда она уходила.

Я подождал, пока звук полностью исчезнет, прежде чем закрыть дверь.

Я прислонился к двери и сполз вниз.

— Слава Богине!

Я был рад, что сегодня мой день рождения. Я был рад, что сегодня особенный день. Я был рад, что не сделал ничего хуже того, что сделал.

Через пять лет. Уверенное обещание! От Эрис! Обещание!

Ладно, никаких больше домогательств до тех пор.

Пять лет. Мне будет пятнадцать. Это было ещё очень долго, но я смогу продержаться. Если в конце будет гарантированный приз, я смогу упорно трудиться. А до тех пор я буду джентльменом. Не извращенцем, а джентльменом. Я прекращу все сексуальные домогательства.

Вино приобретает глубину вкуса только после того, как вы выдержите его в течение многих лет. Чем дольше заряжать заряжаемые навыки из игр, тем сильнее будет атака, в конце концов. Я бы стал таким мужчиной, который не сдаётся, с каким бы искушением я ни столкнулся. На этот раз я хотел стать таким же твердолобым главным героем. Я зажму кнопку "А" и не отпущу её, пока не пройдут эти пять лет. Это было обещание, которое я дал себе.

Лоли — хорошо, прикосновения — плохо.

Подождите, через пять лет?.. Тупоголовый протагонист? Образ бледного, ангельского лица Сильфи и её милой улыбки внезапно всплыл в моей голове.

На следующее утро я проснулся в грязном нижнем белье. Кажись, я случайно отпустил кнопку «А». Ну что ж, завтра придётся начинать всё сначала.

Я переговорил с горничной, которая приходила за бельём, и попросил её молчать об этом, чтобы Эрис не узнала. Она хихикнула с весельем в глазах. Это немного неловко.

ИМЯ: Эрис Бореас Грейрат

РОД ЗАНЯТИЙ: Внучка лорда Фиттоа

ХАРАКТЕР: Иногда жестокая, иногда мягкая, в зависимости от ситуации.

ОБЩЕНИЕ: Внимательно слушает

ГРАМОТА: Почти идеально

АРИФМЕТИКА: Умеет делить

МАГИЯ: Нет таланта к невербальной магии, сложности с заклинаниями среднего уровня

ФЕХТОВАНИЕ: Стиль Бога Меча — Продвинутый уровень

ЭТИКЕТ: В настоящее время изучает сложный королевский придворный этикет

ЛЮДИ, КОТОРЫЕ ЕЙ НРАВЯТСЯ: Дедушка, Гислен

ЧЕЛОВЕК, КОТОРОГО ОНА ЛЮБИТ: Рудеус