Том 14 Глава 190

Глава 4: Плач

Прошло три дня с тех пор, как Нанахоши упала в обморок. Она еще не пришла в сознание, и мы до сих пор не знаем, что вызвало у нее кровавую рвоту.

В тот день Аруманфи мгновенно появился после того, как Сильфи ушла за помощью. Он осмотрел Нанахоши и отнес ее прямо в лазарет. Тем временем я собрал всех, чтобы объяснить ситуацию. Я сказал им, что состояние Нанахоши ухудшилось, и когда Сильфи попыталась применить на ней магию детоксикации, она выплюнула кровь и упала в обморок. Я также сказал им, что ее лечат в лазарете. Все это произошло слишком быстро, и это было практически все, что я знал. Они все были ошеломлены, но, по крайней мере, понимали, что происходит.

В данный момент Юрузу Искупления присматривает за Нанахоши. Она владеет способностью исцелять. Вернее передавать здоровье и жизненные силы от одного человека к другому. Поскольку тут совсем другой принцип, она способна справиться даже с болезнями неизлечимыми магией детоксикации… надеюсь. И всё же, поскольку её способности не работают сами по себе, тут необходимо ещё чьё-то участие. Сильфи, без колебаний, тут же предложила свою помощь.

Сильфи легла рядом с Нанахоши и лечение началось. И всё равно на лице девушки осталось это болезненное выражение, она так и не пришла в сознание и даже так продолжала всё время кашлять.

– Карованте, как она? - Перугиус взглянул на Нанахоши, прежде чем приказать одному из своих фамильяров осмотреть ее.

Этим человеком был Карованте Проницательный, чьи способности позволяют видит способности и тайны других. Даже в случае болезни, он похоже может увидеть её причины и очаги распространения. Ну прямо ходячий рентген. Но даже он, осмотрев Нанахоши, лишь покачал головой.

– Это не то, что Юрузу может вылечить своими силами.

– Тогда поищи в архивах, - сказал Перугиус.

– Как прикажете.

С этими словами его фамильяр отправился на поиски информации об этой болезни и о том, как ее вылечить. Карованте собирается сравнить симптомы, которые он наблюдал у Нанахоши, с литературой, хранящейся в крепости. Я предложил свою помощь, но Перугиус наотрез отказался: он не собирается впускать в свои архивы постороннего человека. Тем временем Юрузу продолжала лечение, а Сильфи оставалась в лазарете.

Мне нечем было себя занять. Конечно, я не просто сидел без дела эти три дня. Я вернулся домой и ввел Рокси в курс дела, сообщив ей, что Нанахоши упала в обморок, а Сильфи помогает ее лечить, из-за чего мы немного задержимся с возвращением домой.

Выслушав все, Рокси сразу же начала действовать. Она связалась с университетом и попросила отгул, а затем объяснила все нашей семье вместо меня. Она также пообещала позаботиться обо всех, пока нас не будет. Она была гораздо более спокойной и собранной, чем я. Несомненно, она привыкла к подобным ситуациям.

В конце концов, я фактически ничего не сделал. Рокси сделала все вместо меня. Все, что я сделал, это еще раз напомнил Аише и Норн, что мы вернемся поздно. Затем я захватил запасной комплект одежды и вернулся обратно в летающую крепость. По возвращении я ничего не мог сделать, кроме как молиться за благополучие Нанахоши.

– …Интересно, она поправится?

Как и мне, Клиффу было нечего делать, кроме как обращаться за помощью к высшим силам. В замке была часовня, и именно туда Клифф ходил возносить свои молитвы.

– Да будет воля твоя, Миллис-сама, - говорил он, сцепив руки и закрыв глаза.

Верующие люди часто молятся подобным образом в трудные времена. Что касается меня, то я никогда не верил ни в какие высшие силы. Я верю только в тех людей, которые помогали мне в этом мире. И я знаю, что даже если я буду молиться Рокси или Сильфи, это не снимет тревогу, которую я чувствую.

Внезапно я вспомнил один фильм, который смотрел когда-то. Известный фильм о вторжении инопланетян. Инопланетяне обладая подавляющей технологической мощью почти уничтожили землян. Но в самый последний момент их чудовищные машины вдруг остановились. У пришельцев не было иммунитета к местным болезням и они все погибли.

[П.П: “Война миров”, если кто не признал, по книге Герберта Уэллса.]

Нанахоши ведь тоже прибыла сюда из другого мира. В отличие от меня она не переродилась в новом теле. Она не стареет, у неё нет запасов маны, она даже магическими приспособлениями не может пользоваться.

Возможно у неё не только магической силы нет, но и иммунитета.

Но в таком случае она заболела бы давным-давно. С Катастрофы прошло уже восемь лет. Нет никакой причины, почему это случилось только сейчас.

Эта девушка. Неужели она действительно умирает?

Почему это случилось так внезапно?

Сегодня четвертый день с момента обморока Нанахоши. Нас всех позвали в комнату с круглым столом. Здесь присутствовали Перугиус и все его фамильяры, кроме Юрузу из Искупления. Они стояли позади своего короля, когда он занял свое место в экстравагантном кресле.

– Садитесь, пожалуйста, - сказала Сильварил.

Мы сделали то, что она просила, и уселись в кресла. Сильфи все еще помогала Юрузу с лечением Нанахоши, поэтому без нее нас осталось только шестеро.

– Мы выяснили, чем больна Нанахоши-сама, - сказала Сильварил, выйдя вперед, когда мы все расселись.

Наконец-то они выяснили, что это такое.

– Нанахоши-сама страдает от Иссушающей Болезни.

Иссушающая болезнь. Никогда не слышал о такой. Оглядевшись я понял, что и с остальными так же. Даже весьма осведомлённый о разных болезнях Клифф лишь озадаченно покачал головой.

– То что ни один из вас не слышал о таком прежде вполне ожидаемо. Это болезнь была ещё с незапамятных времён, когда у расы людей было куда меньше магических сил, чем сейчас. Если дети рождались вовсе без маны, то все они без исключения, достигнув возраста десяти лет, умирали от тех же симптомов.

С Нанахоши та же ситуация. Хотя ей уже не десять, но она прожила в этом мире уже больше восьми лет. И у неё нет ни капли маны… В любом случае, кажется, это не вина Сильфи. Это хорошо.

– Согласно записям, люди обладающие мизерными запасами магической энергии не способны нейтрализовать ману поступающую извне. И, после десяти лет накопления в организме такой внешней маны, она приводит к болезни.

Значит обладание собственной маной нейтрализует магическую энергию поступающую извне. Такое чувство, что мана это что-то вроде бактерий. Есть плохие и хорошие. Условно говоря собственная мана это что-то вроде хороших бактерий и они нейтрализуют плохих проникающих в организм извне. Не знаю можно ли действительно на сто процентов доверять этим записям. Но по крайней мере теория выглядит весьма убедительной.

– Вы нашли методы лечения? - спросил я.

– Нет. Написано, что болезнь была ликвидирована сама собой семь тысяч лет тому назад, когда запасы маны человеческой расы значительно увеличились.

Если уж речь зашла о временах семитысячелетней давности, то это как раз время Первой Человеческо-Демонической Войны. Я припоминаю, что эта война бушевала тысячи лет. Во время войны многое было достигнуто. В какой-то мере именно война, судя по всему, послужила усилению расы людей. А побочным следствием стало исчезновение этой болезни. Такое вполне вероятно.

И всё же, семь тысяч лет назад… Удивительно, что сохранились хоть какие-то записи с тех времён. То, что действительно удалось обнаружить название и природу этой болезни иначе как чудом и не назовёшь.

– В таком случае, что мы будем делать? - спросил я.

– Мы остановим время, - на этот раз мне ответила не Сильварил, а Перугиус, чья внушительная фигура неподвижно сидела в его роскошном кресле, – Сукеакото Время может использовать свою силу, чтобы заморозить время для тела Нанахоши.

Человек вышел вперед, когда Перугиус заговорил. На нем надета маска, выступающая изо рта. Она несколько напоминает надутые губы маски Хиоттоко - нет, может быть, скорее противогаз? Так он Сукеакото Время, да?

Насколько помню, его способностью была возможность остановить время того, кого он коснётся. Хотя он сам тоже потеряет возможность двигаться, но с этим возможно предотвратить ухудшение состояния Нанахоши и её смерть. И всё же неизвестно как надолго он сможет остановить время, к тому же это не решает саму проблему.

– Хорошо. Что мы будем делать после этого?

– Мы свяжемся с людьми на поверхности и будем искать способ лечения.

Хорошо. Это один из способов. С репутацией Перугиуса, конечно, мало кто откажет нам.

– Хотя я понятия не имею, сколько людей захотят попытаться спасти ее, - добавил Перугиус.

– Разве вы не можете использовать свое влияние, чтобы помочь ей? - спросил я.

– Мы с Нанахоши связаны лишь договором. Я не буду влезать в долги перед другими людьми, чтобы помочь ей.

По-моему, это звучит ужасно холодно.

Однако, я ничего не знаю об их отношениях, поэтому не собираюсь совать свой нос куда не следует.

– Не заблуждайтесь. Как гостям своего замка я окажу минимально необходимую помощь. Но не следует ждать от меня большего. Моя главная цель в том, чтобы отыскать Лапласа как только он возродиться и уничтожить его.

В общем, поскольку присмотр за Лапласом является его работой, он не станет прилагать дополнительных усилий, чтобы помочь ей. Если бы он попросил помощи у кого-то другого, это ввело бы его в долги, которые он в конечном итоге должен был бы вернуть. Это был бы особенно тяжелый долг, учитывая, что нам нужно лекарство от болезни, которого не существовало тысячи лет. Неизвестно, какую цену придется заплатить за подобную услугу.

У Перугиуса нет никаких обязательств перед кем-то вроде Нанахоши. Нет, на самом деле, он уже сделал даже больше, чем то что можно было ожидать. Он лечит ее состояние и поддерживает ее жизнь. Вот почему он сделал это заявление, сказав, что не сделает больше того, что уже сделал. Если кто-то из нас хочет спасти ее, мы должны сделать это своими усилиями. Я не думаю, что в этом есть что-то плохое.

– Значит, вы просто планируете бросить Нанахоши на верную смерть?! - вспыхнул Клифф, вскакивая на ноги.

– Когда это я такое говорил.

– Ложь! В вашем распоряжении весь этот невероятный замок и у вас больше влиятельных связей, чем у всех нас, вместе взятых! Если кто-то и может искать лекарство, то вы должны быть в состоянии!

Бровь Перугиуса дернулась.

– Наличие способности сделать что-то не означает, что человек обязан это сделать.

– Хватит шутить! - рыкнул Клифф. – Долг тех, кто обладает властью, помогать тем, кто в ней нуждается!

– Хмфп. Не перекладывай на меня надоедливые религиозные бредни Миллиса.

– Что вы сказали?!

Я знаю, что Клифф говорит просто от злости. Он - настоящий верующий церкви Миллиса, напоминающей христианство из моего предыдущего мира. Возможно, одно из учений Миллиса гласит, что люди должны протягивать руку милосердия агнцам, нуждающимся в помощи. Однако я подумал, что было ошибкой говорить это Перугиусу. Он опирается на собственное чувство морали. Последние 400 лет он работал над достижением одной цели. Его интересовали исследования Нанахоши по призыву существ из других миров, но это не имело приоритета перед Лапласом. Для него это был в основном способ убить время.

– Как вы можете так?! Если вы взялись помогать Нанахоши, то должны помогать до самого конца.

– Клифф, хватит! - закричала на него Элинализ, когда он пнул стул. Она схватила его за плечи и крепко держала, чтобы он не мог пошевелиться. – Я знаю, что ты чувствуешь, но держи себя в руках.

Его губы напряглись.

– Я не хочу потерять тебя из-за чего-то подобного, - продолжала она.

Если осмотреться, все одиннадцать фамильяров уже заняли боевые позиции. Видя, как Клифф отступает, Перугиус насмешливо усмехнулся.

– Если у тебя есть какие-то проблемы, то почему бы тебе не решить их самостоятельно? Твой Бог тоже так говорил. "Помогая людям, не полагайся на других", не так ли?

– Грр… - Клифф нахмурился, опустившись обратно в кресло, раздосадованный словами Перугиуса.

Конечно, в его намерения не входило наброситься на Перугиуса. Просто его расстроило, что кто-то настолько могущественный, казалось, способный на все, не попытался помочь нам.

Я сделал глубокий выдох. Ладно, и что теперь? Я хочу помочь Нанахоши, но понятия не имею, с чего начать. Остальные члены группы казались такими же озадаченными. Члены моей семьи, в частности, Аиша проводили много времени с Нанахоши и были бы опечалены, если бы она умерла. К тому же, если мы ничего не будем делать, кроме как просто смотреть, как Нанахоши увядает, Сильфи будет винить себя.

Разве я не могу ничего сделать?

– Простите, - произнес голос, когда дверь в комнату распахнулась. Юрузу из Искупления шагнула внутрь. – Нанахоши-сама пришла в сознание.

Как только я услышал это, я вскочил со стула.

– И-и? Как она?

– Внешнее состояние немного улучшилось.

– Внешнее состояние?

– Да. Иссушающая болезнь результат посторонней маны скопившейся в теле, именно это вызывает болезнь. Болезнь не излечить пока мана остаётся в теле.

Такое чувство, что она про СПИД говорит. Весь этот кашель и прочее был лишь последствиями её болезни. Другими словами, хотя внешние симптомы были вылечены, причина осталась.

– А вы можете извлечь эту ману из неё? - спросил я.

– Я не в состоянии сделать это.

– Тогда не знаете ли вы кого-нибудь, кто может это сделать?

Юрузу медленно покачала головой.

Неужели и правда нет никакого способа удалить эту вредоносную магическую энергию из её тела? Может какой-то магический инструмент или что-то в этом духе?

Всё-таки семь тысяч лет прошло, технологии и возможности должны были хоть немного продвинуться в этой области. Но что именно тут можно сделать? Возможно тут как-то поможет Манапоглощающий Камень? Нет, он ведь не взаимодействует с манной внутри тела. Но может быть удастся создать магический инструмент с подобными свойствами? Но сколько времени может уйти на его создание? В конце концов у нас даже идей толком никаких нет. Проклятье.

– В любом случае, мы должны проведать Нанахоши, - с этими словами я встал, все остальные последовали за мной.

В лазарете было пустынно. Здесь была та же мебель, что и в комнатах для гостей, но интерьер был выполнен из камня без окон. В центре комнаты стоял своеобразный операционный стол, а также шкаф с ножом, бинтами и другими медицинскими принадлежностями.

В воздухе повисла тишина.

Нанахоши лежала на кровати в углу комнаты. Вся кровь, которой она испачкалась, уже исчезла. Сильфи и Юрузу надели на нее идеально чистый белый халат, как будто она была пациенткой больницы. Со стороны не кажется, что ей угрожает опасность, но жизнь, как будто… Выкачали из нее.

– Нанахоши? Ты в порядке?

Она посмотрела на меня.

– А я выгляжу так, будто я в порядке?

Нет, это не так. Ее лицо было смертельно бледным, а под глазами были темные мешки. Любой бы сказал, что она больна, просто взглянув на нее. Возможно, сила Юрузу также истощала пациента.

Кстати, кровать рядом с кроватью Нанахоши была пуста. Юрузу унесла Сильфи в свою комнату для гостей, как только мы вошли. Я мельком видел Сильфи, и она также выглядела истощенной. Последние четыре дня она помогала в лечении Нанахоши. Хотя ее и не морили голодом, это все равно заметно сказалось на ее телосложении.

– Юрузу-сан сказала, что они не могут меня вылечить.

– Да, я знаю, - сказал я, садясь рядом с ней. Похоже, Юрузу не скрывала от Нанахоши никаких подробностей. – Ну, я уверен, что ты скоро поправишься.

– Мы оба знаем, что это не так, - она перевела взгляд на стену и замолчала.

Возможно, сказанное было немного опрометчиво с моей стороны.

После долгого, затянувшегося молчания Ариэль и остальные попытались поговорить с Нанахоши. Некоторые из них пытались утешить ее, некоторые призывали ее не падать духом, а другие обещали, что ей скоро станет лучше. Все они просто пытались поднять ей настроение, но, к сожалению, в такие моменты, как этот, иногда это имеет лишь обратный эффект. Для тех, кто испытывает боль, нет ничего более презренного, чем пустые заверения.

Нанахоши ничего не отвечала, и в конце концов им всем стало нечего сказать. В воздухе воцарилась гнетущая тишина.

– Ну, тогда, Нанахоши-доно, мне пора возвращаться в свою комнату. Я обязательно приду проведать тебя, - сказала Ариэль. Она ушла первой, и остальные вскоре вышли вслед за ней.

Клифф хотел остаться, но Элинализ убедила его тоже уйти. Когда они выскользнули за дверь, я услышал, как она сказала:

– У нас нет слов, которые мы могли бы ей сказать.

Я был единственным, кто остался. Я не знаю, почему я остался, но я чувствовую, что сейчас мне нужно быть здесь с ней, и что было бы опасно сейчас оставлять ее одну. Но мне нечего сказать. Больной девушке. Больной девушке, страдающей от неизлечимой болезни. Что бы я сейчас не сказал, это просто слова.

Это лишь ещё больше расстроило бы Нанахоши. До сих пор её исследования по призыву шли хорошо. Была некоторая заминка на первом этапе, но второй и третий прошли гладко и без проблем. Уверен, с помощью Перугиуса успешно завершили бы и четвёртый. Не уверен насчёт пятого, но всё равно это наверняка был бы только вопрос времени. Может уже через пару лет она вернулась бы домой. И вот теперь, узнав, что у неё неизлечимая болезнь, естественно она в отчаянии. Возможно не настолько ужасная как рак, но всё равно неизлечимая.

Не удивлюсь, если она даже впадёт в буйство.

Нет, если болезнь и правда неизлечима, если вся её жизнь внезапно сломана, впасть в ярость это совершенно нормально. Я бы даже подыграл ей. Не важно в чём, лишь бы это помогло ей хоть чуть-чуть прийти в себя.

– Хаа, я никогда не отличалась крепким здоровьем, - пока я хранил молчание, Нанахоши первой его нарушила со вздохом.

Её голос был более спокоен, чем я ожидал. И всё же Нанахоши явно сдерживается.

– Я болела, хоть и не так серьёзно… Я серьёзно простужалась каждый год.

Слова текли медленным потоком и я тихо слушал.

– У меня были неплохие оценки, но в спорте я была не очень хороша. Если спросишь, пожалуй я скорее как домосед. В этом мире ведь не особо продвинутая медицина. Знаешь? Может магия в этом мире и сильна, но без неё люди тут не могут даже как следует обработать раны. Из-за этого они умирают и теряют конечности, которые у нас можно было бы спасти. Это же сущая глупость. Ведь, чтобы избежать такого достаточно бы вовремя промыть рану чистой водой.

– Поскольку я не владею магией, я использовала все возможные предосторожности, чтобы предотвратить подобное. Старалась избегать контактов, не ела сырую пищу, не посещала места скопления множества человек.

– Конечно, может быть с твоей точки зрения это выглядело как нездоровый образ жизни, но я даже занималась упражнениями у себя в комнате. Я старалась как могла заботиться о своём здоровье! - сказала она. – Потому что если бы заболела, от болезни могло и не найтись лечения. Я имею в виду, что тут даже лекарств нет, я могла и не вылечиться. Если бы я заболела… Я бы даже не узнала чем…

– …Разве этот мир вообще не странное место? - продолжила она. – Тут существуют гигантские монстры, которые должны бы просто рухнуть под собственным весом. Я не знаю что это за магия, но разве это не противоречит всем законам природы? …Конечно же, даже мне, когда я попала сюда, было любопытно. Даже я играла во всякие игры. Я вовсе не ненавижу всю эту тему с мечами и магией. Сказать, что мне было совсем не интересно, было бы ложью. Пусть немного, но я завидую тебе, рождённому в этом мире, способному открыто наслаждаться жизнью…

Нанахоши вдруг замолчала. Её плечи задрожали. Медленно она повернулась ко мне. Её лицо исказилось, слезы хлынули из покрасневших глаз.

– Я не хочу умирать.

Словно прорвав дамбу, слёзы хлынули неудержимым потоком.

– Я не хочу умирать здесь! Я не хочу умирать в этом мире! Почему?! Почему?! Это смешно! Эй, знаешь?! Я никак не изменилась за эти восемь лет! Я не выросла, и мои волосы не стали длиннее! Я испытываю голод, хожу в туалет, но у меня даже ногти не отрастают, у меня даже месячных нет!

Нанахоши швырнула стоявший поблизости кувшин с водой. Ударившись о стену он разлетелся на осколки, залив водой пол.

– Я не принадлежу этому миру! Меня тут даже как будто и нет! Я и так словно труп! Так почему?! Почему я заболела?! Разве это не смешно?! Почему мне настолько не везёт?! Я не хочу умирать! Я не хочу умирать в этом странном мире!

Слёзы буквально брызгали из глаз Нанахоши, она не переставала кричать.

– У меня даже первого поцелуя ещё не было! Пусть у меня и есть любимый человек, я даже не сказала ему, что люблю его! Я так завидую тебе! Каждый день так весел и доволен жизнью! Что? Папа умер?! Мама заболела?! Ну и что?! Что тут настолько плохого?! А я даже отца больше никогда не увижу! Если я умру, моя мама даже и не узнает! Я так хочу снова их увидеть! Папа! Мама! Я до сих пор помню! Помню утро того дня. Папа сказал, чтобы я возвращалась пораньше. Мама сказала, что сегодня у нас будет жареная сайра. Я ответила папе, что сегодня зависаю с друзьями, так что задержусь немного, а маме, что уже устала от сайры. Почему, почему это случилось?! Папа и мама наверняка волнуются за меня. Я хочу домой. Я хочу увидеть их снова. Я не хочу умирать. Я не хочу умирать здесь… Ууу… Хнык…

Я почувствовал боль в груди. Я могу понять чувства Нанахоши.

Когда я только пришёл в этот мир, я ещё не понимал. Хочу вернуться, хочу снова встретиться с близкими. Даже если бы мне сказали такое, я бы не понял. Тогда я просто хотел забыть прошлое и наслаждаться жизнью в этом новом мире.

Но сейчас всё по другому. Я понимаю её желание вернуться назад, желание встретиться с близкими. Простая повседневность это очень важная вещь. Стоит упустить момент и её уже не вернуть. Стоит потерять её и понимаешь, что уже ничего не вернуть.

Пол погиб. Зенит утратила память, и стала инвалидом. Те тёплые семейные будни в деревне Буэна. Всё это исчезло навсегда. Теперь я могу лишь изо всех сил защищать свою собственную семью, свою собственную жизнь. Сильфи, Рокси, Люси. Лилия, Аиша, Норн, Зенит. Если бы мне пришлось расстаться с ними, я бы не вынес этого. Если бы кто-то вдруг исчез, я бы перевернул ад и небеса, лишь бы их отыскать.

Если бы я вдруг вернулся в родной мир. Пусть даже магии нет в нашем мире, я бы отчаянно искал любой способ. Я бы сделал всё, лишь бы вернуться сюда.

– Ууу… Уууу… - обняв себя за колени, Нанахоши беспомощно плакала.

Клифф, Заноба, Сильфи, она не была особо близка с кем-то из них. Лишь на меня она обращала некоторое внимание. Выслушивала мои просьбы, принимала мои приглашения на всякие вечеринки, что мы устраивали. Если припомнить, она никогда не делала мне ничего плохого.

Нанахоши выглядела такой взволнованной, когда мы общались на японском. Для неё я возможно был единственной связью с Японией в этом мире.

– Кто-нибудь, спасите меня…

Услышав её срывающийся шёпот, я решительно встал.

Я вернулся в комнату с круглым столом и обнаружил, что Перугиус все еще сидит внутри. Все его фамильяры ушли. Он был там один, как будто ждал меня.

– В чем дело? - спросил он.

– Я спасу ее. Я буду очень признателен, если вы окажете мне помощь, но я не попрошу большего, чем вы готовы дать.

Его брови поднялись от удивления, но он кивнул.

– Ты собираешься искать способ вылечить ее?

Он пристально смотрел на меня, словно пытаясь понять, насколько я искренен и насколько твердо намерен довести дело до конца. Я почувствовал его скептицизм, как будто он не думал, что я буду что-то делать, если это не принесет мне выгоды, но я не был расчетливым человеком. Поскольку мне нечего было скрывать, я смотрел прямо на него.

– Очень хорошо, - сказал он. – Даже мне будет жаль, если Нанахоши умрёт.

Однако, что же мне делать? Необходимо вылечить болезнь исчезнувшую семь тысяч лет назад. С чего мне вообще стоит начать? Мы уже выяснили, что и магия исцеления, и магия детоксикаци тут не помогут. Если бы это работало, Перугиус давно бы уже сам что-то с этим сделал.

Магические приспособления. Я не знаю что именно тут может помочь. Если дело идёт о магической энергии внутри тела, то стоит обратиться к Клиффу. Вот только его приспособления предназначены исключительно для Элинализ. Они создавались именно с учётом её состояния, кропотливо, шаг за шагом. И хотя результаты уже есть, но исследования ещё не закончены. Возможно потребуется только небольшие корректировки чтобы приспособить эти приспособления для контроля симптомов Нанахоши? Вот только у Нанахоши нет времени, на подробное изучение и настройку. Она кашляет кровью. Пусть эти симптомы и были подавлены, они могут проявиться вновь. Но в следующий раз это может стать смертельным. И даже если мы заморозим время, то это исключает проведение экспериментов.

Так что магические приспособления не выход. Может это и может сработать, но сейчас нам нужен какой-то более быстрый и эффективный метод.

Лекарство. Неужели никто ничего не знает о нём? Даже Хитогами или Орстед? Могут ли они знать?

Я не могу сам связаться с Хитогами. Он может появиться со своими советами этим же вечером. Но сам я не могу инициировать контакт.

– Перугиус-сама. Вы можете как-то связаться с Богом Драконом Орстедом?

– Невозможно. Его путь невозможно просчитать.

Значит и с Орстедом связаться невозможно.

– Он вероятно тоже не знает. Он прожил в этом мире лет сто, может быть. Хоть он мудр, сомневаюсь, что даже ему что-то известно о болезни семитысячелетней давности.

Так Орстеду всего сотня лет. Хоть он прожил немало, по сравнению с Перугиусом, он ещё совсем молод. Впрочем, если сравнивать со мной, он достаточно стар.

Но найти кого-то кто знает, что творилось в мире семь тысяч лет назад…Стоп, погодите-ка. Семь тысяч лет.

Есть одна. Есть кое-кто, кто и впрямь прожил так долго. Может она и не знакома с этой болезнью… Но если я поговорю с ней, то может смогу найти какую-то зацепку.

– Я знаю кое-кого…

Но я даже не знаю где её искать. Прошлый раз мы встретились чисто случайно. И так же разошлись. Между нами нет каких-то особых связей.

И всё же я должен хоть что-нибудь сделать. Если я ничего не сделаю, ничего не изменится.

– Перугиус-сама, вы можете доставить меня на континент демонов.

– Континент демонов? Что ты собираешься там делать?

Я встречал эту личность лишь однажды. Хотя Рокси тоже встречалась с ней. И всё же я даже не знаю, где она сейчас может быть. И всё же её имя знакомо мне с давних пор. Я узнал его ещё когда жил в стольном граде региона Фиттоа, изучая историю мира. А уж после той встречи я бы никогда не забыл его.

– Встретиться с Великой Императрицей Мира Демонов Киширикой Киширису.

Семь тысяч лет назад она была центральной фигурой Первой Человеческо-Демонической Войны.