…Соран послал вслед за рубящим ударом пронзающий.

Используя свою взрывную скорость и импульс, он прыгнул на лазутчика ящеролюдей.

Ужасная рыбная вонь наполнила его ноздри, но он держал меч и, не вздрогнув, пронзил клинком сердце врага, упав на землю вместе с ним.

Просто на всякий случай Соран воткнул меч снова, после чего медленно поднялся на ноги.Бой между разбойниками привлёк много внимания.

Соран поднял меч и крикнул: "Какого чёрта вы тут стоите?! Защищайте ворота!"И вновь он исчез в тенях.

Бой только начался; в деревню определённо проник не один ящеролюд.

Не часто в племенах встречалось сразу несколько особей с продвинутой профессией, но в деревню явно проникло не меньше двух лазутчиков.

Соран был в амбаре, когда он услышал звук, а уже в следующее мгновение склад горел; один ящеролюд на такое не способен.Хотя Интеллектом ящеролюди не блистали, их достойные Ловкость и Сила делали их сильными противниками.

Соран застал этого лазутчика врасплох, но другой будет знать о Соране после смерти своего товарища.

Совершить неожиданную атаку на него будет трудно.‘Что сделает лазутчик в такой ситуации?’Соран взглянул на распространяющийся огонь, но, как он и ожидал, никаких следов других лазутчиков не увидел.

На мгновение он задумался, после чего бросился к воротам острога.

Их целью было отвлечь противника, что они уже сделали, значит дальше, скорее всего, они попытаются убить самые видные фигуры в деревне; работой лазутчиков всё же было устранение целей, а не только скрытное перемещение.

В этом случае капитан, раздающий всем приказы, самая вероятная цель.

С его смертью оборона падёт в хаос, что облегчит работу ящеролюдей за воротами.Некоторые ящеролюди уже перебрались через стены; такой простой бревенчатый забор не мог задержать ловких противников.

Проникнув в деревню, они разделились; некоторые отправились сражаться со стражей, а другие пошли убивать детей, женщин и стариков, прячущихся в домах.

Стражник потерял самообладание и побежал защищать семью, но именно этого и хотел противник.— Ублюдок! Ты хочешь, чтобы все умерли?! — Соран поставил подножку убегающему от стены стражнику, который тут же шмякнулся на землю, и крикнул, — Защищай стену! Тыл оставь мне!Соран выстрелил в ящеролюда из своего арбалета, после чего догнал его и отрубил голову.

Безголовое тело повалилось на землю, а голова покатилась с широко открытыми в шоке глазами.

Женщина, крепко прижавшая ребёнка, завизжала; ей такие кровавые сцены были незнакомы.— Заткнись! — крикнул Соран и отвесил ей пощёчину, чтобы она пришла в себя. — Хочешь умереть здесь?! Если не хочешь, чтобы твой ребёнок стал едой для ящеров, то хватай оружие и сражайся! Мечом-то махать сумеешь?Женщина замерла на мгновение, её ноги дрожали.

Но она взяла себя в руки, когда поняла, что Соран пытается сказать.

Она посмотрела на плачущего ребёнка в своих руках, наверно только начавшего ходить, положила его на землю и взяла меч, который до этого использовал ящеролюд.

У неё был болезненный взгляд, пока она держала меч дрожащими руками, но она собралась с силами и воткнула меч в тело ящера, после чего ответила: "Да!"— Собери остальных, — сказал Соран, перезаряжая арбалет. — Собирайте всё оружие, которое можете использовать.

Рубите их мечами, лупите лопатами, кусайте зубами! Тут не только ящеры, но и куча голодных огров, а их любимая еда — свежие, маленькие детишки.

Теперь сражайся! Сражайся, если не хочешь, чтобы твой ребёнок стал чьим-то супом!Жестокие слова пробудили в женщине материнские инстинкты.

Страх в её глазах постепенно заменило желание защищать ребёнка.

Словно воин, решивший сражаться до последнего вздоха, женщина взяла ребёнка в одну руку, меч в другую, и закричала, пока бежала к остальным.

Женщины тоже могут сражаться, а годы, проведённые в полях, развили их мышцы.‘Хорошо’.Были времена, когда суровые и жестокие слова были полезнее обнадёживающих.

Десяток детей и стариков уже умерли от мечей ящеролюдей, а это самый быстрый способ поднять женщин на оборону себя и своих детей.Лицо Сорана стало зловещим; настало время настоящей битвы.

Он прыгнул на крышу и обнаружил воинов ящеролюдей, прежде чем спрыгнуть вниз.— Умри! — взревел Соран, разрубив шею ящеролюда по диагонали.

Импульс его прыжка усилил удар, позволив лезвию пройти шею насквозь.

Ящеролюд, лишившись головы и руки разом, безжизненно упал на землю.

Соран отдышался и пнул его оружие девушке из деревни, которая приходила к нему до этого, и сказал строгим голосом, — Подними его и сражайся, если не хочешь умереть.Времени, говорить с каждым индивидуально, у Сорана не было.

Он уже говорил на своей максимальной громкости, когда обливал женщину жестокими словами; ближайшие должны были его услышать.

Если это не пробудило их инстинкты выживания, то он уже не сможет помочь.Девушка с веснушками дрожала, подбирая меч, её челюсть задвигалась, как если бы она хотела что-то сказать, но Сорана уже не было рядом; юноша бежал к следующему воину ящеролюдей.

Девушка глубоко вдохнула и побежала к группе жителей.В бою пол не имел значения, люди делились лишь на живых и мёртвых.Соран не сдерживался в использовании драгоценного яда и амуниции.

Он продолжил стрелять из арбалета, парализовав шестерых ящеролюдов ядом виверны.

Парализованные, они могли лишь дёргаться, пока женщины, неспособные убить их в прямом бою, нарезали тела на куски.

Первое убийство, сделанное женщиной, показало ей и остальными, что они тоже способны внести вклад, что ракетой запустило их уверенность и боевой дух.Воинов ящеролюдей вокруг ещё было полно, но у Сорана не было ни энергии, ни времени с ними разбираться.

Его целью были лазутчики.

Пока в тенях прячутся убийцы врага, он не сможет полностью сфокусироваться на сражении с остальными ящеролюдами.

Хотя деревенские не были так хорошо натренированы, их было достаточно, чтобы у него хватило времени выловить убийц; закалённые суровой жизнью мышцы и воля жителей поднимали их боевую доблесть.‘Вот он!’Соран достал метательный нож и бросил его со всей силы.

Пространство за спиной капитана исказилось, показав лазутчика ящеролюдей.

Он уже занёс кинжал к сердцу капитана, но дёрнулся из-за ножа, воткнувшегося в спину.

Атака, которая должна была стать смертельной, оставила просто царапину на спине капитана, который тут же развернулся и отрубил ящеролюду голову.Капитан хотел поблагодарить Сорана за спасение его жизни, но не успел.— Ворота разваливаются! Лучники! Всем лучникам открыть огонь по ограм! — закричал Соран, приготовив свой изогнутый меч.Никто из присутствующих не мог защититься от могущественных огров.

Если они войдут в деревню, то защитный строй тут же развалится.

Огры редко носили тяжёлую броню, безопаснее всего было убивать их из луков и арбалетов.В следующее же мгновение ворота развалились.

Трёхметровые огры со свирепым видом рванули внутрь с дубинами размером с человека.

Стражник рефлекторно заблокировал надвигающуюся атаку щитом, но всё в пустую.

Щит порвало в щепки, а стражника послало в полёт.

Он приземлился в нескольких метрах, но явно доживал свои последние вдохи; его грудь была полностью раздавлена.‘Выдающаяся Сила!..’Соран помрачнел, потянувшись в свой многомерный мешок.

Соран послал вслед за рубящим ударом пронзающий.

Используя свою взрывную скорость и импульс, он прыгнул на лазутчика ящеролюдей.

Ужасная рыбная вонь наполнила его ноздри, но он держал меч и, не вздрогнув, пронзил клинком сердце врага, упав на землю вместе с ним.

Просто на всякий случай Соран воткнул меч снова, после чего медленно поднялся на ноги.

Бой между разбойниками привлёк много внимания.

Соран поднял меч и крикнул: "Какого чёрта вы тут стоите?! Защищайте ворота!"

И вновь он исчез в тенях.

Бой только начался; в деревню определённо проник не один ящеролюд.

Не часто в племенах встречалось сразу несколько особей с продвинутой профессией, но в деревню явно проникло не меньше двух лазутчиков.

Соран был в амбаре, когда он услышал звук, а уже в следующее мгновение склад горел; один ящеролюд на такое не способен.

Хотя Интеллектом ящеролюди не блистали, их достойные Ловкость и Сила делали их сильными противниками.

Соран застал этого лазутчика врасплох, но другой будет знать о Соране после смерти своего товарища.

Совершить неожиданную атаку на него будет трудно.

‘Что сделает лазутчик в такой ситуации?’

Соран взглянул на распространяющийся огонь, но, как он и ожидал, никаких следов других лазутчиков не увидел.

На мгновение он задумался, после чего бросился к воротам острога.

Их целью было отвлечь противника, что они уже сделали, значит дальше, скорее всего, они попытаются убить самые видные фигуры в деревне; работой лазутчиков всё же было устранение целей, а не только скрытное перемещение.

В этом случае капитан, раздающий всем приказы, самая вероятная цель.

С его смертью оборона падёт в хаос, что облегчит работу ящеролюдей за воротами.

Некоторые ящеролюди уже перебрались через стены; такой простой бревенчатый забор не мог задержать ловких противников.

Проникнув в деревню, они разделились; некоторые отправились сражаться со стражей, а другие пошли убивать детей, женщин и стариков, прячущихся в домах.

Стражник потерял самообладание и побежал защищать семью, но именно этого и хотел противник.

— Ублюдок! Ты хочешь, чтобы все умерли?! — Соран поставил подножку убегающему от стены стражнику, который тут же шмякнулся на землю, и крикнул, — Защищай стену! Тыл оставь мне!

Соран выстрелил в ящеролюда из своего арбалета, после чего догнал его и отрубил голову.

Безголовое тело повалилось на землю, а голова покатилась с широко открытыми в шоке глазами.

Женщина, крепко прижавшая ребёнка, завизжала; ей такие кровавые сцены были незнакомы.

— Заткнись! — крикнул Соран и отвесил ей пощёчину, чтобы она пришла в себя. — Хочешь умереть здесь?! Если не хочешь, чтобы твой ребёнок стал едой для ящеров, то хватай оружие и сражайся! Мечом-то махать сумеешь?

Женщина замерла на мгновение, её ноги дрожали.

Но она взяла себя в руки, когда поняла, что Соран пытается сказать.

Она посмотрела на плачущего ребёнка в своих руках, наверно только начавшего ходить, положила его на землю и взяла меч, который до этого использовал ящеролюд.

У неё был болезненный взгляд, пока она держала меч дрожащими руками, но она собралась с силами и воткнула меч в тело ящера, после чего ответила: "Да!"

— Собери остальных, — сказал Соран, перезаряжая арбалет. — Собирайте всё оружие, которое можете использовать.

Рубите их мечами, лупите лопатами, кусайте зубами! Тут не только ящеры, но и куча голодных огров, а их любимая еда — свежие, маленькие детишки.

Теперь сражайся! Сражайся, если не хочешь, чтобы твой ребёнок стал чьим-то супом!

Жестокие слова пробудили в женщине материнские инстинкты.

Страх в её глазах постепенно заменило желание защищать ребёнка.

Словно воин, решивший сражаться до последнего вздоха, женщина взяла ребёнка в одну руку, меч в другую, и закричала, пока бежала к остальным.

Женщины тоже могут сражаться, а годы, проведённые в полях, развили их мышцы.

Были времена, когда суровые и жестокие слова были полезнее обнадёживающих.

Десяток детей и стариков уже умерли от мечей ящеролюдей, а это самый быстрый способ поднять женщин на оборону себя и своих детей.

Лицо Сорана стало зловещим; настало время настоящей битвы.

Он прыгнул на крышу и обнаружил воинов ящеролюдей, прежде чем спрыгнуть вниз.

— Умри! — взревел Соран, разрубив шею ящеролюда по диагонали.

Импульс его прыжка усилил удар, позволив лезвию пройти шею насквозь.

Ящеролюд, лишившись головы и руки разом, безжизненно упал на землю.

Соран отдышался и пнул его оружие девушке из деревни, которая приходила к нему до этого, и сказал строгим голосом, — Подними его и сражайся, если не хочешь умереть.

Времени, говорить с каждым индивидуально, у Сорана не было.

Он уже говорил на своей максимальной громкости, когда обливал женщину жестокими словами; ближайшие должны были его услышать.

Если это не пробудило их инстинкты выживания, то он уже не сможет помочь.

Девушка с веснушками дрожала, подбирая меч, её челюсть задвигалась, как если бы она хотела что-то сказать, но Сорана уже не было рядом; юноша бежал к следующему воину ящеролюдей.

Девушка глубоко вдохнула и побежала к группе жителей.

В бою пол не имел значения, люди делились лишь на живых и мёртвых.

Соран не сдерживался в использовании драгоценного яда и амуниции.

Он продолжил стрелять из арбалета, парализовав шестерых ящеролюдов ядом виверны.

Парализованные, они могли лишь дёргаться, пока женщины, неспособные убить их в прямом бою, нарезали тела на куски.

Первое убийство, сделанное женщиной, показало ей и остальными, что они тоже способны внести вклад, что ракетой запустило их уверенность и боевой дух.

Воинов ящеролюдей вокруг ещё было полно, но у Сорана не было ни энергии, ни времени с ними разбираться.

Его целью были лазутчики.

Пока в тенях прячутся убийцы врага, он не сможет полностью сфокусироваться на сражении с остальными ящеролюдами.

Хотя деревенские не были так хорошо натренированы, их было достаточно, чтобы у него хватило времени выловить убийц; закалённые суровой жизнью мышцы и воля жителей поднимали их боевую доблесть.

Соран достал метательный нож и бросил его со всей силы.

Пространство за спиной капитана исказилось, показав лазутчика ящеролюдей.

Он уже занёс кинжал к сердцу капитана, но дёрнулся из-за ножа, воткнувшегося в спину.

Атака, которая должна была стать смертельной, оставила просто царапину на спине капитана, который тут же развернулся и отрубил ящеролюду голову.

Капитан хотел поблагодарить Сорана за спасение его жизни, но не успел.

— Ворота разваливаются! Лучники! Всем лучникам открыть огонь по ограм! — закричал Соран, приготовив свой изогнутый меч.

Никто из присутствующих не мог защититься от могущественных огров.

Если они войдут в деревню, то защитный строй тут же развалится.

Огры редко носили тяжёлую броню, безопаснее всего было убивать их из луков и арбалетов.

В следующее же мгновение ворота развалились.

Трёхметровые огры со свирепым видом рванули внутрь с дубинами размером с человека.

Стражник рефлекторно заблокировал надвигающуюся атаку щитом, но всё в пустую.

Щит порвало в щепки, а стражника послало в полёт.

Он приземлился в нескольких метрах, но явно доживал свои последние вдохи; его грудь была полностью раздавлена.

‘Выдающаяся Сила!..’

Соран помрачнел, потянувшись в свой многомерный мешок.