Рафаль не впечатлила ни моя атака, ни вкус Жадности, потому что, выплюнув меч, он отлетел назад, но только и всего.Когда он врезался во внешнюю стену здания, я понял, что несколько минут у меня есть, поэтому тут же бросился на помощь Аарону.― Аарон, ты в порядке?― Да.

Но, думаю, он поглотил часть моей крови.Из-за высоких характеристик Аарона рана выдалась не смертельной, но он всё же потерял много крови.

Из-за этого сейчас он был слаб, а лицо казалось неестественно бледным.

И всё же этот упрямый старик заставил своё тело подчиняться ему, встал и сфокусировал свой взгляд на Рафале, который уже успел выбраться из-под завала.Раны, которые мы с таким трудом нанесли ему, уже почти полностью зажили, хотя голова всё ещё до конца не восстановилась, а в груди зияла дыра.Неужели он теперь тоже бессмертен? Я снёс ему голову, а Аарон разорвал сердце, однако Бурикс снова на ногах и готов к продолжению веселья.— Монстр.

Просто монстр в теле человека, — вот что сказал о нём Аарон. ― Рафаль, ты зашёл слишком далеко.

Неужели твоя мать хотела этого?― Заткнись, шумный старик.― Печально видеть, что её сын опустился до такого.― Я же велел тебе заткн… Кха.Внезапно Рафаль упал на колено, а его дыхание стало хриплым и учащённым.

Создалось такое ощущение, что он пытается что-то подавить.Да… я знаю, на что похоже это чувство.

Испытываю его каждый раз, когдаОбжорствотребует поглотить очередную душу.

Разве это отличается от того, что сейчас испытывает Рафаль?Единственное отличие в том, что мне постоянно помогали его подавить.

Победив Ханиэля, я поглотил душу Луны.

Благодаря тому, что она подавляетОбжорство, я могу жить относительно нормальной жизнью, питаясь не слишком сильными монстрами.

Однако это будет работать только до тех пор, пока я полностью не паду во грех.

Если я полностью обнажу свой Голод, случится ровно то, что было в битве с Небесным драконом.

Только благодаря Рокси я тогда не утратил разум, поэтому больше ту силу использовать желания нет.

Луна сказала мне, что Рокси — моя опора.

А значит, она — единственное, что может помочь мне победить влияниеОбжорства.

И если мой<Грех>возьмёт верх, то первым делом он попытается навредить Рокси, чего я допустить не могу.У Рафаля же, похоже, нет такой опоры.

Именно поэтому, стоя перед ним, я чувствую зловещее присутствие, что импульсами расходится от Бурикса.― Чёрт, только не сейчас… тц.Рафаль проклинал кого-то несуществующего и сжимал голову, будто мучился от невыносимой боли.

Не в силах больше чему-то сопротивляться, он достал из кармана два флакона, в которых плескалась красная жидкость.

Откупорив их нервным движением, Рафаль жадно выпил содержимое этих флаконов.― Мало? До сих пор мало?Наряду с Рафалем другие Ночные бродяги также начали испытывать дискомфорт.

Они замедлились, а некоторые и вовсе впали в ступор.

И, конечно, это не осталось незамеченным другими Святыми рыцарями.

Силы королевства потихоньку начали подтягиваться к месту событий, а кое-где даже уже началось сражение.

Кроме того, среди сражающихся я заметил латы королевских гвардейцев.― Похоже, в бой вступила королевская гвардия.― Да.

Думаю, они справятся и сами, особенно если учесть, что Ночные бродяги ослабли.― Значит, нам можно сосредоточиться на нём.Аарон повернулся к Рафалю и продолжил говорить уже глядя на него.― Рафаль, ты действительно силён.

Однако с большой силой приходит и большая ответственность, от которой ты, впрочем, удачно бежишь.

Ты попусту тратишь её, причиняя вред как окружающим, так и себе.― Заткнись! Тот мальчишка возле тебя тоже желал силы, потому что ненавидел меня.

Ненависть ко мне подтолкнула его к обретению силы.

Не так ли, Фэйт? Ты ведь ненавидел меня, я прав?Рафаль пытался спровоцировать меня, однако ответить я не успел — Аарон успел вмешаться.― Я не знаю, что произошло между вами двумя, да и не имею особого желания в этом копаться.

Может быть ты и прав.

Но я знаю точно, что в тот день, когда я встретил этого мальчика в Хаузене, в его глазах не было ненависти.Аарон похлопал меня по плечу и с улыбкой кивнул.

В ответ на это я решил внести и свои пять медяков в этот разговор.― Рафаль, мне жаль тебя.― Нет, не смей этого говорить.

Только не ты! Вспомни, в тот день, когда ты убил Хадо, ты не испытывал ничего, кроме ненависти.― Может и так.

Я не буду этого отрицать.

Но я не смогу идти вперёд, движимый лишь одной ненавистью.С этими словами я поднял меч и указал им в сторону Бурикса.Хадо, которого я разрубил на две части, до сих пор не восстановился, а значит сила Рафаля начала угасать.

Теперь, даже несмотря на его бессмертие, у меня появился шанс на победу.

Стоит отдать Рафалю должное, он бросился в атаку со всей яростью.

Вот только на это раз его копьё было просто холодным оружием, без всяких пространственных прыжков, что ещё раз доказывает мою правоту насчёт состояние Бурикса.

Ну а когда я без труда смог заблокировать его оружие своим, уверенность в победе стала почти стопроцентной.― Я кое-что хочу узнать.

Где ты получил эту силу? И это копьё?― С чего ты взял, что я тебе отвечу?― Ладно, позже спрошу ещё раз.Понемногу я начал подавлять Рафаля, отталкивая его копьё от себя, пока мой меч не начал вонзаться в его плечо.

Это было не сильно приятно, и от боли парень даже сжал зубы.Значит, ты до сих пор чувствуешь боль? Каково тогда тебе было, когда Аарон проделал в твоей груди дырку, а я размозжил голову? И после всего этого ты до сих пор держишься… Но я не сказал этого вслух, а лишь продолжил смотреть на своего противника спокойным, с ноткой жалости, взглядом.

Глаза Бурикса же источали чистую, всепоглощающую ярость.― Хадо, перестань валяться.

Немедленно иди сюда.Разрубленное тело Хадо начало шевелить крыльями и устремилось в мою сторону.

Одну из частей перехватил Аарон, но вот второй удалось до нас добраться, так что мне пришлось в спешке отпрыгнуть, уворачиваясь от атаки сзади.

Теперь монструозный обрубок стоял точно между мной и Рафалем, прикрывая последнего.― Ха-ха-ха-ха, как хорошо. что тебя можно использовать даже в таком состоянии.Закрывшись Хадо как щитом, Рафаль начал отступать к дыре на внешней стене Лаборатории, в которой я нашёл Мимир и Хадо.― Не позволяй кому-либо беспокоить меня, Хадо.И бывший человек, а теперь половина монстра начал орудовать обломкам Святого меча, послушно выполняя приказ.

Но что он был способен мне противопоставить в таком виде?Лёгкий взмах меча, и вот половина монстра превращается в две четверти.

Пусть это его и не убьёт, так он уж точно не станет помехой ни мне, ни Аарону.― Фэйт, оставь Хадо и Ночных бродяг мне и иди за Рафалем.

Пора вам решить все свои дела.― Понял.

Не перенапрягай себя, Аарон.Пусть рана, нанесённая копьём, уже закрылась, Святой рыцарь до сих пор был бледен.

По хорошему счёту, ему бы сейчас лежать и отдыхать, а не махать мечом, но Аарон — этот старик не из таких.

Чтобы он дал слабину во время битвы? Нонсенс.Я вошёл в здание лаборатории и сразу же предстал перед сложнейшим вопросом.

А куда дальше? Верхние этажи? Подземные?― Кьяааааааааааа…Содержательно.

Звук доносился из дыры, которую не так давно сделал Хадо моей бренной тушкой.

В общем плане эта часть лаборатории относилась к подземным уровням.

Где были Мимир, Хадо и ямы с Ночными бродягами.И ещё, это был крик не Рафаля.

Уровень децибел явно говорил про женский голос, а значит… Мимир.Теперь понятно.

Когда Хадо ещё в человеческом облике ударил меня в живот и выбил из здания, я отпустил Мимир.

Неужели Рафаль собирается использовать собственную сестру? Что-то мне это не нравится.Видимо, в этот момент я неосознанно крепче сжал меч, потому что Жадность решил меня окликнуть."Что, нерешимость закончилась?"― Нет, просто задумался.

Как думаешь, Рафаль тоже стал обладателем<Смертного греха>?Ответ я решил дослушать уже в падении."По-моему, ты должен знать это лучше остальных, разве нет? В конце концов, ты сам обладатель<Греха>”― Как бы сказать… Это похоже, и в то же время отличается.

Странно."Мда.

Такой ответ как нельзя лучше подходить кому-то, вроде тебя".― Что ты хочешь этим сказать?"Скоро сам поймёшь".Я приземлился на пол и осмотрелся.

Это была та же комната, где я обнаружил Хадо.

Странное место с кучей существ, плавающих в стеклянных контейнерах.

Рафаль не впечатлила ни моя атака, ни вкус Жадности, потому что, выплюнув меч, он отлетел назад, но только и всего.

Когда он врезался во внешнюю стену здания, я понял, что несколько минут у меня есть, поэтому тут же бросился на помощь Аарону.

― Аарон, ты в порядке?

Но, думаю, он поглотил часть моей крови.

Из-за высоких характеристик Аарона рана выдалась не смертельной, но он всё же потерял много крови.

Из-за этого сейчас он был слаб, а лицо казалось неестественно бледным.

И всё же этот упрямый старик заставил своё тело подчиняться ему, встал и сфокусировал свой взгляд на Рафале, который уже успел выбраться из-под завала.

Раны, которые мы с таким трудом нанесли ему, уже почти полностью зажили, хотя голова всё ещё до конца не восстановилась, а в груди зияла дыра.

Неужели он теперь тоже бессмертен? Я снёс ему голову, а Аарон разорвал сердце, однако Бурикс снова на ногах и готов к продолжению веселья.

Просто монстр в теле человека, — вот что сказал о нём Аарон. ― Рафаль, ты зашёл слишком далеко.

Неужели твоя мать хотела этого?

― Заткнись, шумный старик.

― Печально видеть, что её сын опустился до такого.

― Я же велел тебе заткн… Кха.

Внезапно Рафаль упал на колено, а его дыхание стало хриплым и учащённым.

Создалось такое ощущение, что он пытается что-то подавить.

Да… я знаю, на что похоже это чувство.

Испытываю его каждый раз, когдаОбжорствотребует поглотить очередную душу.

Разве это отличается от того, что сейчас испытывает Рафаль?

Единственное отличие в том, что мне постоянно помогали его подавить.

Победив Ханиэля, я поглотил душу Луны.

Благодаря тому, что она подавляетОбжорство, я могу жить относительно нормальной жизнью, питаясь не слишком сильными монстрами.

Однако это будет работать только до тех пор, пока я полностью не паду во грех.

Если я полностью обнажу свой Голод, случится ровно то, что было в битве с Небесным драконом.

Только благодаря Рокси я тогда не утратил разум, поэтому больше ту силу использовать желания нет.

Луна сказала мне, что Рокси — моя опора.

А значит, она — единственное, что может помочь мне победить влияниеОбжорства.

И если мой<Грех>возьмёт верх, то первым делом он попытается навредить Рокси, чего я допустить не могу.

У Рафаля же, похоже, нет такой опоры.

Именно поэтому, стоя перед ним, я чувствую зловещее присутствие, что импульсами расходится от Бурикса.

― Чёрт, только не сейчас… тц.

Рафаль проклинал кого-то несуществующего и сжимал голову, будто мучился от невыносимой боли.

Не в силах больше чему-то сопротивляться, он достал из кармана два флакона, в которых плескалась красная жидкость.

Откупорив их нервным движением, Рафаль жадно выпил содержимое этих флаконов.

― Мало? До сих пор мало?

Наряду с Рафалем другие Ночные бродяги также начали испытывать дискомфорт.

Они замедлились, а некоторые и вовсе впали в ступор.

И, конечно, это не осталось незамеченным другими Святыми рыцарями.

Силы королевства потихоньку начали подтягиваться к месту событий, а кое-где даже уже началось сражение.

Кроме того, среди сражающихся я заметил латы королевских гвардейцев.

― Похоже, в бой вступила королевская гвардия.

Думаю, они справятся и сами, особенно если учесть, что Ночные бродяги ослабли.

― Значит, нам можно сосредоточиться на нём.

Аарон повернулся к Рафалю и продолжил говорить уже глядя на него.

― Рафаль, ты действительно силён.

Однако с большой силой приходит и большая ответственность, от которой ты, впрочем, удачно бежишь.

Ты попусту тратишь её, причиняя вред как окружающим, так и себе.

― Заткнись! Тот мальчишка возле тебя тоже желал силы, потому что ненавидел меня.

Ненависть ко мне подтолкнула его к обретению силы.

Не так ли, Фэйт? Ты ведь ненавидел меня, я прав?

Рафаль пытался спровоцировать меня, однако ответить я не успел — Аарон успел вмешаться.

― Я не знаю, что произошло между вами двумя, да и не имею особого желания в этом копаться.

Может быть ты и прав.

Но я знаю точно, что в тот день, когда я встретил этого мальчика в Хаузене, в его глазах не было ненависти.

Аарон похлопал меня по плечу и с улыбкой кивнул.

В ответ на это я решил внести и свои пять медяков в этот разговор.

― Рафаль, мне жаль тебя.

― Нет, не смей этого говорить.

Только не ты! Вспомни, в тот день, когда ты убил Хадо, ты не испытывал ничего, кроме ненависти.

― Может и так.

Я не буду этого отрицать.

Но я не смогу идти вперёд, движимый лишь одной ненавистью.

С этими словами я поднял меч и указал им в сторону Бурикса.

Хадо, которого я разрубил на две части, до сих пор не восстановился, а значит сила Рафаля начала угасать.

Теперь, даже несмотря на его бессмертие, у меня появился шанс на победу.

Стоит отдать Рафалю должное, он бросился в атаку со всей яростью.

Вот только на это раз его копьё было просто холодным оружием, без всяких пространственных прыжков, что ещё раз доказывает мою правоту насчёт состояние Бурикса.

Ну а когда я без труда смог заблокировать его оружие своим, уверенность в победе стала почти стопроцентной.

― Я кое-что хочу узнать.

Где ты получил эту силу? И это копьё?

― С чего ты взял, что я тебе отвечу?

― Ладно, позже спрошу ещё раз.

Понемногу я начал подавлять Рафаля, отталкивая его копьё от себя, пока мой меч не начал вонзаться в его плечо.

Это было не сильно приятно, и от боли парень даже сжал зубы.

Значит, ты до сих пор чувствуешь боль? Каково тогда тебе было, когда Аарон проделал в твоей груди дырку, а я размозжил голову? И после всего этого ты до сих пор держишься… Но я не сказал этого вслух, а лишь продолжил смотреть на своего противника спокойным, с ноткой жалости, взглядом.

Глаза Бурикса же источали чистую, всепоглощающую ярость.

― Хадо, перестань валяться.

Немедленно иди сюда.

Разрубленное тело Хадо начало шевелить крыльями и устремилось в мою сторону.

Одну из частей перехватил Аарон, но вот второй удалось до нас добраться, так что мне пришлось в спешке отпрыгнуть, уворачиваясь от атаки сзади.

Теперь монструозный обрубок стоял точно между мной и Рафалем, прикрывая последнего.

― Ха-ха-ха-ха, как хорошо. что тебя можно использовать даже в таком состоянии.

Закрывшись Хадо как щитом, Рафаль начал отступать к дыре на внешней стене Лаборатории, в которой я нашёл Мимир и Хадо.

― Не позволяй кому-либо беспокоить меня, Хадо.

И бывший человек, а теперь половина монстра начал орудовать обломкам Святого меча, послушно выполняя приказ.

Но что он был способен мне противопоставить в таком виде?

Лёгкий взмах меча, и вот половина монстра превращается в две четверти.

Пусть это его и не убьёт, так он уж точно не станет помехой ни мне, ни Аарону.

― Фэйт, оставь Хадо и Ночных бродяг мне и иди за Рафалем.

Пора вам решить все свои дела.

Не перенапрягай себя, Аарон.

Пусть рана, нанесённая копьём, уже закрылась, Святой рыцарь до сих пор был бледен.

По хорошему счёту, ему бы сейчас лежать и отдыхать, а не махать мечом, но Аарон — этот старик не из таких.

Чтобы он дал слабину во время битвы? Нонсенс.

Я вошёл в здание лаборатории и сразу же предстал перед сложнейшим вопросом.

А куда дальше? Верхние этажи? Подземные?

― Кьяааааааааааа…

Содержательно.

Звук доносился из дыры, которую не так давно сделал Хадо моей бренной тушкой.

В общем плане эта часть лаборатории относилась к подземным уровням.

Где были Мимир, Хадо и ямы с Ночными бродягами.

И ещё, это был крик не Рафаля.

Уровень децибел явно говорил про женский голос, а значит… Мимир.

Теперь понятно.

Когда Хадо ещё в человеческом облике ударил меня в живот и выбил из здания, я отпустил Мимир.

Неужели Рафаль собирается использовать собственную сестру? Что-то мне это не нравится.

Видимо, в этот момент я неосознанно крепче сжал меч, потому что Жадность решил меня окликнуть.

"Что, нерешимость закончилась?"

― Нет, просто задумался.

Как думаешь, Рафаль тоже стал обладателем<Смертного греха>?

Ответ я решил дослушать уже в падении.

"По-моему, ты должен знать это лучше остальных, разве нет? В конце концов, ты сам обладатель<Греха>”

― Как бы сказать… Это похоже, и в то же время отличается.

Такой ответ как нельзя лучше подходить кому-то, вроде тебя".

― Что ты хочешь этим сказать?

"Скоро сам поймёшь".

Я приземлился на пол и осмотрелся.

Это была та же комната, где я обнаружил Хадо.

Странное место с кучей существ, плавающих в стеклянных контейнерах.