Том 6 Глава 99

Глава 12. Правда о доме Леспинасс

Несколько дней прошло с инцидента, устроенного пиратской вылазкой Леона. В поместье Эмиля пришёл Клемент.

— Леди Лелия, Шесть Великих домов завершили обсуждение ситуации с дипломатом из королевства.

В прошлом Клемент служил дому Леспинасс. В данный момент он работал учителем в академии. Лелия слушала его доклад, удобно развалившись на диване. За окном падал снег.

— Итак? Что они сделают с Леоном и его бригадой? — спросила она.

Разумеется, Леона ожидало наказание за то, что он посмел напасть на республику. По крайней мере, сама Лелия была в этом уверена. К удивлению девушки, предчувствие её обмануло.

— Все обвинения в криминальной деятельности были с него сняты.

— Н-но почему?! Я бы поняла, если бы они смягчили приговор, но они же должны были сделать хоть что-то!

Леон поднял пиратский флаг и напал на один из кораблей республики. Это очень серьёзное оскорбление. Хуже того, он ранил членов Шести Великих Домов. Как он мог уйти невредимым? Лелия не могла этого понять.

— Дипломат королевства оказался очень умелым переговорщиком. Также, дом Ролт вступился за Леона. — Клемент нахмурился. Ролты были врагами Леспинасов. Должно быть, его подобное вмешательство очень сильно злило.

— Ролты? Снова?

Неужели королевство всерьёз сговорилось с Ролтами? Объединяться с врагом… Немыслимо.

Лелия считала договор с Ролтами предательством. Леон и Мари пообещали ей защитить Священное Древо и восстановить в республике мир, а вместо этого запятнали себя сделками с финальным боссом игры, Альбергом.

Клемент продолжил:

— Кажется, главы Шести Великих Домов официально объявили, что требование человеческого жертвоприношения не имеет никакого отношения к Священном Древу.

— Как-то слишком уж быстро они переменили своё мнение, — пробормотала Лелия. — До меня донеслись слухи о том, что Священное Древо не имеет к этому отношения, но почему они так быстро в это поверили?

Республика относится ко всему, что связано со Священным Древом, очень трепетно. Сложно поверить, что они с такой лёгкостью поверили в слова Леона о внешнем вмешательстве.

Клемент кивнул, он разделял её подозрения:

— Я также не ожидал подобного развития событий, но, возможно, Ролтам удалось ввести остальных в заблуждение.

Лелия ничего не могла знать о том, что случилось на самом деле.

— Я должна поговорить с Леоном и остальными.

— Леди Лелия, полагаю общение с ним представляет для вас опасность, учитывая обстоятельства. Велика вероятность, что он принял сторону Ролтов.

Лелия покачала головой.

— От простого разговора это меня не удержит.

К тому же, у меня есть Идеал.

Мощь её ИИ ставила её в равное положение с Леоном, и это придавало ей уверенности, которой ей недоставало раньше.

После завершения разговора Лелии и Клемента, в комнату вошёл Эмиль. Он был одет в костюм, на его руке висела зимняя куртка.

— Давно не виделись, профессор, — сказал он.

— Рад видеть вас в добром здравии. Что-то сегодня случилось?

— Меня вызывали в родовое поместье. Похоже, они вступили в какую-то перепалку с Ролтами.

— Перепалку, значит?

Заметив потрёпанность Эмиля, Лелия решила призвать его к ответу:

— Что это за «перепалка», Эмиль?

— Тебе интересно? Ну, подробности мне неизвестны, но похоже Альберг решил, что Серж не годится на роль наследника его дома.

Лелия едва не лишилась дара речи.

— Д-да что в Серже могло ему не понравиться?

— Успокойся, Лелия. Это всего лишь слух. Говорят, его могут лишить права наследования, и главой дома станет избранник Луизы. Разумеется, меня подобные слухи не интересуют, я уже с тобой помолвлен. Но у Луизы в скором времени не будет отбоя от парней.

Если Серж выходит из игры, а место главы Ролтов остаётся свободным, у множества аристократов появится шанс пробиться на самую вершину.

Лелию, впрочем, это не интересовало. Зачем лишать Сержа наследства?

Неужели Леон и его шайка имеют к этому какое-то отношение

До конца зимнего перерыва осталось всего ничего, поэтому настал день возвращения Анжи и Ливии в королевство. Мы отправились в гавань, день выдался довольно прохладным.

— Берегите себя, — сказал я, в глазах стояли слёзы.

Анжи смотрела на меня с явным недовольством.

— Прямо с языка снял. Вообще-то это тебе нелегко сейчас в чужих землях.

Стоявшая со сведёнными бровями Ливия натянуто улыбнулась:

— Похоже я смогла хоть как-то помочь. А ещё, Леон, не думай нам изменять.

Что? Ты мне такое говоришь? Почему сейчас? Это всё какое-то недопонимание. Я скривился.

Анжи повернулась к Люксиону.

— Присматривай за ним, чтобы он точно не завёл кого-нибудь на стороне.

— Можете не беспокоиться, если от него хотя бы повеет чем-то подобным, вы первыми об этом узнаете, — ответил он.

Хотя бы повеет? Что это значит?

— Выходит, ты можешь заподозрить меня в измене, основываясь только на своём субъективном мнении?

— Верно. Потому я бы посоветовал вам действовать с максимальной осторожностью.

— Это… не то, что должен говорить кто-то, кого оставляют за мной присматривать.

Ливия посмотрела на Ноэль, также пришедшую их проводить.

— Леон, если ты не против, мы переговорим с Ноэль? Это важный разговор между нами, девочками, так что не подслушивай. — улыбка… если то, что отразилось на её лице, можно было так назвать, отчётливо мне намекала, что отказать я не могу.

Я несколько раз кивнул.

Ноэль скользнула к девушкам, ощущая жуткую неловкость. Теперь она знала, как именно Анжи и Ливия к ней относятся.

Я знала, что они не слишком меня жалуют, но такой ревности представить себе не могла.

Она ощутила чувства девушек, когда они вместе оказались в астрале, ради спасения Луизы. Анжелика испытывала страстную злость, а зависть Ливии была тягучей и липкой. На вид обе девушки были очень даже прекрасны, но эмоции, которые они утаивали, могли вызвать настоящий ужас. Ноэль пыталась не придавать значения увиденному в астрале, но ощущение страха никуда не делось.

Анжи бросила на Ноэль пристальный взгляд.

— В масках больше нет никакого смысла. Ты прекрасно видела, что именно мы чувствуем, не так ли?

Ноэль кивнула:

— Эмоции Ливии были похожи на тягучий и липкий сироп.

Ливия просто улыбнулась, вместо неё ответила Анжи:

— Вот значит, как выглядит её ревность? Как миленько. Ливия, не нужно ничего менять, ты прелестна такой, какая ты есть.

— Анжи! Ноэль же рядом.

Отношения невест Леона вызывали у Ноэль немало вопросов.

Если бы не Леон, скорее всего они оказались бы вместе, только вдвоём

, подумалось Ноэль. Скорее всего, единственной причиной, по которой они вообще интересуются парнями был… сам Леон. По крайней мере, такое ощущение сложилось у Ноэль, когда она увидела их связь.

Ливия стала серьёзной.

— Нам всё-таки нужно обсудить Леона.

— М-можете не беспокоиться об измене, правда. Скоро я съеду из поместья Ри.

— Вообще-то мы не возражаем.

— Чего? — выпучила глаза Ноэль.

Казалось, Анжи взорвётся от ярости, если Ноэль посмеет хотя бы тронуть Леона, но, несмотря на это, она сложила руки и сказала Ноэль прямо:

— Не скажу, что буду рада на этот счёт, но делай, что хочешь. Если сможешь присвоить его себе, попытайся.

— Ч-что вы имеете в виду? Хотите сказать, у меня ничего не выйдет? — подумав, что девушки смотрят на неё свысока, Ноэль вспылила. — Будете вот так меня недооценивать, и я стану для Леона самой важной девушкой, вот увидите. Осталось всего несколько месяцев, но, если вы ничего не будете делать, вы об этом пожалеете.

Ливия хлопнула в ладоши и улыбнулась. Её взгляд, впрочем, был мрачным.

— Поступай, как знаешь. Если бы Леона было так просто заполучить, нам было бы гораздо проще, — она секунду помолчала, словно вспоминая о чём-то горьком. —О да,

Анжи кивнула.

— Этот придурок… прошлой ночью всё испортил.

Прошлым вечером, когда было решено что Анжи и Ливия возвращаются в королевство, они решили посетить комнату Леона в Альзере поздней ночью. Ему они сказали, что хотят спать вместе, поэтому все трое устроились в одной кровати. Ожидалось, что Леон не сможет сопротивляться своим низменным желаниям, но…

— Так, с-стоп. А с кого я должен начать? — Леон схватился за голову.

Девушки притворились что уснули, вслушиваясь в окружавшие звуки.

подумала Ливия,

он сейчас своими разговорами в угол себя загонит

Анжи, в свою очередь думала:

Леон, какой же ты дурак. Неужели ты не набросишься на нас после того, как мы зашли так далеко?

Какое-то время царила тишина, Леон и не думал к ним притрагиваться.

— С-с кого я должен начать? С Анжи? Или с Ливии? А может будет неправильно сейчас их трогать. Всё-таки они мне доверились. Будет неправильно что-то с ними делать, так ведь?! — наконец, Леон пришёл к заключению. — Да, точно, будет неправильно делать с ними что-то, раз здесь они

. Да, так будет лучше. И нет, дело не в том, что я не могу решиться! Просто я настоящий

. Вот именно, я истинный джентльмен, поэтому просто возьму и усну. Люксион! — он позвал своего напарника-ИИ, и Люксион тут же поднёс ему снотворное.

— Какой же вы трус.

— Заткнись ты,— бросил в ответ Леон. — Не хочу, чтобы девочки во мне усомнились. Я лягу спать, давай сюда таблетки.

— Как пожелаете. Когда примете, ложитесь сразу.

— Какой-то ты слишком предусмотрительный.

— Я с самого начала подозревал, что так и будет. Вы бесхребетны ровно настолько, насколько я себе представлял. Было бы приятно, если бы вы хоть изредка не оправдывали мои ожидания.

Леон проглотил пилюли, упал на кровать и тут же заснул. Когда он отключился, Анжи и Ливия сели в кровати.

— К несчастью, — сказал им Люксион, — пребывание за границей не исцелило хозяина от мандража.

Услышав об этом, Ноэль могла лишь посочувствовать девушкам.

— Как-то это… жестоко, с его стороны?

Хотя, скорее его выбило из колеи то, что они были вдвоём

Конечно, поведение Леона в её глазах не было правильным, но действия Анжи и Ливии, Ноэль также нашла довольно странными. А самая большая проблема заключалась в том, что сами они своей ошибки не поняли.

— Может, сначала надо было как-нибудь создать настроение, — пробормотала Анжи.

— Как поступим в следующий раз, Анжи? — спросила Ливия.

Может просто зайдёте в его комнату по одной за раз?

Подумала Ноэль.

Я начинаю понимать, почему он так себя ведёт.

Стоявшим перед ней девушкам явно не хватало житейской мудрости. Неудивительно, ведь одна была опекаемой аристократкой, а вторая — невинной девочкой из глубинки. По крайней мере, такими их увидела Ноэль.

Анжи повернулась к Ноэль и нахмурилась.

— В общем, как видишь, он практически неприступная крепость. Если сможешь поставить его на колени, дерзай.

— Знаете, обычно невесты не подсылают других девушек своему жениху, — сказала Ноэль.

Ливия захихикала:

— Тут ты права. Но после той связи, мы с Анжи поговорили. Мы решили, что, если кто-то должен добраться до Леона, лучше это будешь ты, чем кто-то другой.

Ноэль растерялась:

— Я не собираюсь ничем таким заниматься с обручённым парнем!

Анжи словно видела её насквозь.

— Ну так найди себе кого-нибудь другого. Ой, подожди, ты же не можешь, потому что не способна отпустить чувства к нашему жениху.

Ноэль начала сожалеть о той психической связи, которая между ними была.

Обнажить перед кем-то все свои эмоции — это не шутка

— Нам пора улетать. — Анжи начала поворачиваться, но остановилась, задержав взгляд на Ноэль. — Про подчинение Леона, я говорила не всерьёз, кстати. Реши чего хочешь сама. И не забудь…

Ноэль сунула руки в карманы и опустила взгляд.

— Да, да, знаю. Куча людей нацелилась на меня. Это ты хотела сказать, так?

— Да. Если прибудешь в королевство, мы за тобой присмотрим. Если ты будешь где-то ещё, помогать мы не сможем.

Ливия озабоченно свела брови.

— Если что-то случится, сразу обращайся к Леону. Он порой перебарщивает, но обязательно тебя спасёт, если ты этого захочешь.

Ноэль улыбнулась. Леон приходил ей на помощь уже не раз.

Девушки ещё раз попрощались с Леоном и поднялись на борт

Анжи и Ливия отправились в королевство. Когда я вернулся в поместье, обнаружил Мари, рыдающей у главных ворот.

— И ничего-то не меняется, да? — я бросил на неё усталый взгляд.

Совсем недавно она бросилась ко мне рыдая водопадами практически в таком же состоянии.

— Это невозможно! Я отказываюсь верить! — взвыла Мари.

Джилк растерянно смотрел на неё.

— Пожалуйста, придите в себя, Мари!

Рядом с ним возвышалась небольшая гора непроданных предметов антиквариата.

Мари посмотрела на него и крикнула:

— Слышать ничего от тебя не хочу!

— П-прошу прощения!

Я уставился на гору вещей. Для меня все они выглядели бесполезным хламом.

— Поразительно. Ни одна из этих вещей не является подлинной, — отметил Люксион. — Чтобы приобрести так много, вы должны были растратить все деньги, которые хозяин выделил на ваше проживание. Просто поразительно, что среди такого огромного количества вещей не оказалось ни одной настоящей древности.

Ого, оказывается это всё и правда мусор.

— Каждый раз, когда я брал что-то в руки, я представлял себе ваше лицо, Леди Мари. Поэтому я не мог выбрать ни одной вещи, которую мог бы кому-то продать, — объяснил Джилк. Объяснение стало вишенкой на торте горечи, он набрал столько подделок только потому, что представлял будто берёт их для Мари.

Как же она отреагирует?

! Что ты имел этим в виду? Хочешь сказать, я не достойна ни одного подлинника?! Мне казалось, ты пообещал, что найдёшь вещи, которые будут искренне меня радовать! Я, по-твоему, дешёвка, которая будет довольна грудой подделок? — Мари вскочила на ноги и схватила Джилка за грудки.

Джилк не мог подобрать ответа, а мы с Люксионом переглянулись.

— Что же, — сказал я, — всё-таки она была

— Хозяин, они же вас слышат. Кстати, тот факт, что он собрал только подделки вызывает неподдельный интерес. Как вы думаете, не мог ли он сделать это намеренно?

Мари снова обмякла и рухнула на землю.

— Что же нам делать дальше?! Мы потратили всё до последней монетки. Как мы теперь хоть что-то можем себе позволить? Ты же поклялся мне, что справишься, когда забирал все деньги, хотя я хотела оставить не меньше половины!

Замечательно. Этот долб… в смысле, Джилк, опустошил их счёт подчистую ради своего замысла.

Стоп, зачем я поправился. Он точно долб… А вообще, Мари тоже хороша. Она, вроде, не любит рисковать деньгами, но решила вложиться в начинание Джилка, несмотря на сомнительную природу его бизнеса. Со стороны же предельно ясно видно, что это лотерея.

— Сама себе соломку подстелила, сама и ложись, — сказал я.

— Могу я предположить, что вам следует больше узнать о том, как распоряжаться деньгами? — добавил Люксион.

Мари бросилась ко мне и вцепилась в ноги.

— С-спаси, пожалуйста! Пожалуйста, дай нам денег, чтобы мы могли хотя бы есть могли последние три месяца!

— Хватит ко мне цепляться! Ты всё это заварила.

— Я же не знала, чем это обернётся! — бросила в ответ Мари. — И ещё я не думала, что этот придурок все наши деньги заберёт!

Шумиха привлекла внимание прочей четвёрки идиотов, они снова показались один за другим.

— Мари, что происходит? — спросил Джулиус. Его тон подсказывал, что они действительно не в курсе, что происходит. Однако, стоило ему бросить взгляд на гору безделушек, как он одарил Джилка ледяным взглядом. — Мы почти братья, как же мне за тебя стыдно.

Брад начавший крутить пряди своих волос, фыркнул:

— Я давно подозревал, что на самом деле у тебя нет никакого эстетического вкуса.

— За то, что заставил Мари рыдать, ты сполна получишь, — бросил Грег.

Очки Криса зловеще блеснули.

Они утащили Джилка на задний двор.

Мари задрала голову наверх и маниакально расхохоталась:

— Аха-ха-ха-ха!.. Вот и кончилась наша жизнь в роскоши. Мы снова нищие. Каким коротким был это приятный сон. — её взгляд потускнел. Смотреть на неё было больно.

Карла выбежала из дома.

— Леди Мари, можете не беспокоиться!

— Я почти не тратила своё жалование. Здесь немного, но мне, кажется, на это можно прожить целый месяц. — с этими словами она попыталась сунуть Мари деньги.

Мари почти набросилась на них, но в последний момент сдержалась. Протянутую правую руку она остановила левой.

— У-убери. Ты заработала эти деньги, Карла.

— Я же сказала тебе нет! Убери их с глаз моих, пока я ещё себя контролирую… Вряд ли я продержусь дольше. Пожалуйста, Карла, убери их. Не делай меня ещё более жалкой.

— Леди Мари-и-и-и!

Сцена была очень драматичной. Как в каком-нибудь фильме ужасов, когда кто-то начал обращаться в зомби. «Пожалуйста, избавь меня от страданий! Я не хочу потом прийти за вами. Убейте меня, пока я ещё человек!»

Ладно, нет. Совсем на это не похоже.

В этот момент в главные ворота поместья вошла Ноэль, в руках она держала пакеты из магазина неподалёку.

— Я вернулась! Ой? Ри, неужели что-то случилось? Какая большая гора древностей!

— А, ты про это? Видишь ли… — я объяснил ей что случилось.

Ноэль тут же посочувствовала Мари:

— Ри, я могу помочь, хоть и немного. После того как я стала жрицей, мне выделили небольшое жалование на повседневные нужды. Вы с ребятами неплохо обо мне заботитесь, поэтому я могу платить ренту, если хочешь.

Слёзы катились по щекам Мари.

— Рента… какое благородное слово.

Благородное, да? Как-то я не представляю, как она благородство сюда приплела.

— Мы же подруги, правда, Ри? Не нужно сдерживаться. Можешь на меня положиться!

— Спасибо тебе огромное, Ноэль! — Мари обняла Ноэль.

Ого. Пожалуй, придётся тоже как-то помочь, иначе это обернётся сущим кошмаром.

— Я такую кучу денег им дал на летних каникулах, как они могли всё промотать…

Тем же вечером мы с Люксионом обсуждали события прошедшего дня. В конце концов я согласился выделить Мари достаточно, чтобы покрыть их общие нужды в следующие три месяца. Иначе Карла отдала бы всё, что заработала. Если бы пострадала только Мари, я бы пожал плечами и пустил всё на самотёк. Денег я ей дал, только потому что другого выбора не было.

Дело в Ноэль. Если Мари будет одалживать у неё деньги, это не приведёт ни к чему, кроме проблем. Разобраться с этим нужно было раз и навсегда. Нет ничего хуже, чем трения из-за денег. Даже самую крепкую дружбу они могут разрушить. У Мари не так много подруг, и разбрасываться ими не стоит. В основном потому, что ей ещё за кучкой неудачников присматривать. В общем, не могу её не пожалеть. Да и разворошить весь этот улей и потом наблюдать что будет иногда весело.

— Хозяин, каким же вы становитесь мягким, когда дело касается Мари.

— Ничего я не мягкий, я её до жути ненавижу, — сказал я. — Но ладно тебе, даже ты должен был ей посочувствовать, правда? Всё-таки, она повязана с придурком вроде Джилка.

— Со стороны может показаться будто вы её опекаете, — сказал Люксион.

её? Что-то я не понял. Вряд ли ты имел в виду традиционное значение. Это же какой-то новомодный жаргон?

Вообще не понимаю, почему люди постоянно присматривают за своими младшими сёстрами. Что это вообще такое? Моим умом этого не понять.

— Что же, пора вернуться к основному разговору. Могу я доложить о результатах своего расследования?

— Приступай, — сказал я. Видимо, время для шуток кончилось. Слишком много странностей случилось за эти каникулы.

— Начну с решения Шести Великих Домов, которое показалось вам любопытным. В частности, почему ваши слова были восприняты на веру с такой лёгкостью.

— Да, это было до ужаса необычно. Я знаю, что Альберг за нас вступился, но никто даже не попытался его оспорить. Кажется, против выступил только дом Фейвел?

— Верно, — ответил Люксион. — Судя по всему, главы домов понимали высокую вероятность того, что Священным Древом манипулирует кто-то со стороны.

— Серьёзно? Они об этом знали?

— По моим сведениям, один из домов проводил исследования данной тематики, однако сейчас его не существует.

— В каком это смысле? — нехорошее у меня предчувствие. А мои нехорошие предчувствия имеют обыкновение сбываться.

— Дом Леспинасс искал способ подчинить себе древо.

— Ты же шутишь. Хочешь сказать, за инцидентом могли стоять они?

— Это невозможно.

— Но тогда?..

Пока ответы порождают лишь больше вопросов. Леспинассы занимали место председателя во времена Семи Великих Домов и представляли интересы республики в целом. Сложно поверить, что обладавший властью и влиянием род втайне проводил исследования, чтобы подчинить божественную сущность.

— Судя по найденным мной данным, Шесть Великих Домов не знали о подробностях происшествия, однако основная информация была им доступна. Поэтому они с такой готовностью приняли наш вариант событий. Конечно, свою роль в вынесенном решении сыграло и сотрудничество Альберга.

— Надо бы заглянуть к Ролтам завтра и что-нибудь преподнести в знак благодарности. — пробормотал я. — А что обо всём этом думаешь ты?

Собранные Люксионом данные породили у меня очень нехорошее предчувствие. Насколько мне известно, Альберг чертовски добрый человек для главного злодея, а Луиза была злодейкой только номинально. Зато Леспинассы, местные мученики, втайне проводили исследования по подчинению Священного Древа. В этом смысле, история очень сильно отличается от игрового сценария.

— Если верить докладам Мари и Лелии, что-то было не так с самого начала, — ответил Люксион.

— Что-то пошло не так настолько давно?

— Если я правильно помню, игровой сценарий начинался с падения дома Леспинасс, не так ли?

— Так. Ролты их повергли, и Ноэль наблюдала, как дом её семьи пожирает пламя. Обе об этом говорили.

Люксион как-то уже говорил, что в этом есть нечто необычное. Леспинассы должны обладать более высоким рангом божественной защиты, а это означало, что тем, кто ниже их рангом их не одолеть, как в случае с Ролтами. Такова навязанная Священным Древом иерархия, те, кто стоит в цепи управления ниже, не может противостоять тем, кто выше рангом.

— Когда я услышал, что рассказала Луиза, у меня родилась теория, — продолжил Люксион. — Вам не кажется возможным, что Леспинассы на самом деле потеряли свою защиту, проводя исследования? Именно поэтому они не прибыли на похороны юного Леона.

— И что? Простое их присутствие… погоди. Это действительно объясняет, почему на похоронах их могло не быть. Крупные шишки демонстрируют возможности своих меток на подобных мероприятиях, не так ли?

— Именно так. На подобных церемониях, обладатели меток демонстрируют свою мощь.

Точно. Республика придерживается этого правила. Скорее всего, родители Ноэль не смогли явиться, потому что должны были продемонстрировать свои метки.

— Скорее всего, проводя исследование подчинения Священного Древа, они его разозлили, и растение лишило их защиты. В этом есть определённая логика. Также это объясняет, почему прочие Великие Дома закрыли глаза на смещение Леспинассов Ролтами. Известия о проводимых исследованиях привели их в ярость.

— Это может полностью поменять план действий, на который мы должны опираться. Злодеи на самом деле…

— Леспинассы, — закончил Люксион, — по крайней мере, в этом уверены представители республики.

— Пока непонятны причины, по которым Леспинассы хотели подчинить Священное Древо. Что если они пытались спасти своих людей от какой-то неизвестной нам опасности. Вы не считаете это возможным?

— Если это правда, то действия Леспинассов оправданы.

— Судя по всему, здесь замешано гораздо большее, чем подразумевал игровой сценарий.

Чёрт возьми, нам нужно об этом узнать! Почему эта игра всё-таки не пошла по сценарному руслу? Откуда взялись все эти нестыковки? Почему всё не могло остаться чёрным и белым! Чтобы добро было добром, а зло — злом. Так было бы гораздо проще!

Секундочку. Так ведь именно поэтому в этом мире так кошмарно жить.

В общем, пустая злость нужных ответов мне не подкинет. Всё-таки я больше по рациональным размышлениям.

— Как думаешь, стоит говорить об этом с Лелией? — спросил я.

— Считаете, она нам поверит? Мне кажется, она вас опасается.

— Сдаётся мне, ты пугаешь её куда больше, чем я, — ответил я. — Ты ведёшь себя со мной совершенно не как подобает послушному слуге и при первом же удобном случае кричишь об уничтожении всего нового человечества. Ты опасный ИИ. Даже я в тебе сомневаюсь.

— Тот факт, что вы стоически игнорируете все результаты, которые я предоставил и продолжаете в чём-то меня подозревать, лишь выставляет напоказ вашу чёртствость, хозяин.

— Да, да, расскажи кому-нибудь, кого это волнует. Ну а я самый обычный парень с самыми обычными благодетелями. Мне хватает.

Ладно, пора бы прекратить эту бессмысленную перебранку.

— В общем, — сказал я, — как думаешь, ты сможешь ужиться с Идеалом?

— Ни при каких обстоятельствах.