Том 3 Глава 50

Глава 13. Игра пройдена

Мари сидела с недовольной миной на лице. Стражник вывел её из подземелья и теперь охранял гостевую комнату, в которую её перевели.

— Меня отошлют куда-то на задворки? Фу, — проворчала она.

— Это так ты благодаришь меня за своё спасение?

Мы говорили с глазу на глаз, потому что мне о многом нужно было её спросить. Отчасти поэтому я постарался, чтобы её не успели никуда отослать… мне хотелось узнать больше о том, что было с нашими родителями. Когда я пришёл в себя, я осознал, что её убийство вызвало бы у них только грусть. Впрочем, на личном уровне я так её и не простил, и с радостью выбью всю дурь из её бригады придурков, если выдастся такая возможность.

Стоп. Если я займусь этим прямо сейчас, никто же на меня не разозлится, да?

— Я из тех девушек, которые ярче всего сияют в столице! — взвыла Мари.

Я наклонил голову.

— Имеешь что-то против земли, в которую я вложил свой пот кровь и слёзы?

— Тебе стоит перестать жаловаться на то, что у тебя не выйдет зажить мирной жизнью где-нибудь в глубинке. Люди начинают думать, что ты пессимистичный и настроен негативно.

В простой и лёгкой жизни где-нибудь на окраине нет ничего пессимистичного и негативного, но спасибо за совет.

— В прошлой жизни, единственной пользой родителям от тебя была внучка, — хмыкнул я. — Наверняка, если её не считать, родители в тебе разочаровались.

— А тебе ли говорить?! Ты умер раньше, чем они!

— Ты виновата в моей смерти!

— Да ты всегда лыбился, когда играл в какой-нибудь дейтсим про девчушек! Обычно от марафона какой-нибудь игры не умирают!

— А ты всегда

, когда играла в дейтсимы про парней!

— Всё из-за тебя! — ответила Мари.

— Нет из-за тебя!

Люксион парил рядом, намеренно отвернувшись.

— Люксион, скажи ей, что это она захотела себе гаремный рут. Скажи, что она виновата во всех бедах!

— Зато ты хапнул себе протагонистку и соперницу!

Я бросил на Мари испепеляющий взгляд.

— Наши отношения невинны! В отличие от твоих!

— Только потому, что ты жалкий цыплёнок, которому смелости на поступки не хватает!

— Люксион! Скажи ей, насколько она жалкая… и что она не права!

Мари тоже перевела взгляд на Люксиона:

— Давай, круглая штука, подтверди моему жалкому, ни на что не годному брату, что он не прав!

Люксион окинул нас взглядом.

— Раз уж мне позволено, озвучу своё мнение: мне очень жаль родителей, у которых вы оба родились.

Придурок, вот, значит, как ты считаешь?! Серьёзно?

Впрочем, его слова заменили мою злость на чувство вины.

Мари шепнула:

— Слушай, а не слишком ли это грубо? Он что не знает, как с людьми общаться?

— Он всегда бьёт в больное место, понимаешь? Не хотелось бы, чтобы он был в этой комнате голосом разума.

— Может мои слова показались вам грубыми, потому что они правдивы? — Люксион повернулся к Мари. — Позвольте спросить, готовы ли вы взглянуть в лицо своей дочери после всего, что сделали?

Мари схватилась за сердце.

— Н-но её же даже рядом нет. И-и ещё, после того как я оставила её на родителей, я продолжала с ней общаться. Она точно меня бы не оставила.

Хах, то есть родительские чувства у неё всё-таки были?

— Она была такой милой. Когда мы вместе обедали, она частно за меня беспокоилась, спрашивала: «Мама, ты можешь о себе позаботиться?».

Кажется, моя племяшка росла хорошим человеком.

Сложно думать о том, что кроме пожеланий счастья для неё и родителей я ничего сделать не смог.

— Если бы она узнала, что её мать соблазнила пятерых… шестерых, включая вашего раба, мужчин, включив их в реверсивный гарем, наверняка у неё бы слёзы навернулись на глаза, — сказал Люксион.

Мари ошеломлённо рухнула на колени.

Я расхохотался, вцепившись в живот.

— Видишь? Я же сказал! Ты настоящая стерва!

— Хозяин, вы не лучше.

— Анжелика и Оливия признались вам в любви, а вы продолжаете уходить от ответа, — сказал он. — Вам пора перестать бегать и принять решение.

Люксион напомнил мне о том дне, когда Анжи и Ливия позвали меня в сад, расположенный на крыше дворца. Они стояли передо мной, смущаясь и нервничая, и это заставило разнервничаться и меня.

Я собирался успокоиться, залюбовавшись красотой заката, но Анжи, посмотрев мне в глаза, выпалила:

— Леон, я тебя люблю.

У меня перехватило дыхание.

— Я не знаю, когда именно это случилось, — продолжила она, — но настал момент, когда я перестала думать о принце и начала гораздо больше думать о тебе. Быть с тобой всегда приятно. И спокойно.

Мой рот открывался и закрывался.

На лице Анжи сияла улыбка. «Я тебя люблю», — повторила она.

Второе признание, в любви которое я услышал в своей жизни. А рядом с Анжи стояла девушка, которая призналась мне первой… Ливия. Я озадаченно перевёл взгляд на неё. Она улыбалась.

Чёрт. Понятия не имею, что означает эта улыбка. Почему она улыбается? Мне обратиться к Люксиону?

Я начал бегать взглядом, надеясь обратиться за поддержкой к Люксиону. Но вместо него обнаружил сферу белого цвета, висящую в воздухе.

— А ты что, чёрт возьми, такое?! — выпалил я.

— Можете звать меня Клэр. Давно не виделись.

Она говорила так, будто мы встречались раньше. Хотя механический женский голос и правда звучит знакомо… Точно так же, как звучал голос ИИ запертого в древних руинах на территории эльфийских поселений.

— Где Люксион?!

— Он удалился, поскольку счёл, что его присутствие станет помехой. Я сказала ему: «Если вас не будет рядом, хозяин окажется загнан в угол и его ждут огромные затруднения», – после чего он с большой радостью улетел.

Этот придурок точно себе на уме.

— Леон. — сказала Ливия.

— Д-да?! — я вытянулся по струнке и уставился на неё.

— Я люблю тебя точно так же, как и раньше. И я уверена, что никто не любит тебя так сильно, как я.

— Т-точно. — Хоть и прозвучало, будто я понял, что она имеет в виду, на самом деле я никак не мог понять положения, в котором оказался. Никогда в моей жизни я даже мечтать не мог, что два человека признаются мне в любви одновременно.

— Поэтому мы хотим услышать твой ответ. Хотим знать.

Анжи приложила руку к груди и заговорила снова:

— Ливия, я… или кто-то другой, это не важно. Мы не будем держать на тебя зла, кого бы ты ни выбрал, и даже если ты предпочтёшь сейчас никого не выбирать. Просто дай нам знать, что ты чувствуешь.

Как можно было сбежать в такой момент? Чёрт, они говорили со мной предельно честно! Поэтому, вместо побега я набрался храбрости.

Налетевший ветерок колыхал их волосы. Вечернее солнце придавало им неземной вид.

Я распахнул руки и торжественно объявил:

— Я люблю вас обеих!

Продолжая улыбаться, они ударили меня по лицу.

Это было просто невероятно. Удар Анжи был первым, но не прошло и секунды, как я ощутил пощёчину Ливии, с другой стороны. Идеальная координация.

— Вы истинный подонок, — сказал Люксион в настоящем.

— Да ладно. У меня идёт вторая жизнь, но

миленьких девушки признались мне одновременно впервые.

Лицемерная стерва Мари поморщила нос:

— Невероятно. Какой

— Да ладно? Девушка, окрутившая шестерых мужчин мне это говорит?

Она заметно разозлилась, но вместо злости вздохнула:

— Я уже пожалела о том, что сделала. Держать реверсивный гарем оказалось сложнее, чем я думала… и со стороны это кажется жалким. Я хотела бы положить этому конец.

Теперь, когда я убедился в том, что она прибыла в этот мир зная об игре, её действия стали понятны. Однако наши взгляды на историю оказались разными. И теперь ей приходится мириться с позорным званием бывшей Святой и присматривать за шестерыми парнями.

— В этом могу тебе посочувствовать, — признал я.

Вообще-то за прошедшие пару дней Мари собиралась разорвать связи со всеми, кроме Кайла. К несчастью, пятеро наследничков неправильно поняли её слова и стали преследовать её ещё активнее. «Когда-нибудь ты нас полюбишь», — так они говорили. И теперь она застряла с пятерыми парнями, у которых нет никакого будущего.

Что же, мы оба совершали ошибки.

— Ну, желаю удачи, — сказал я. — Дальнейшие события никакого отношения ко мне не имеют.

Её глаза округлились.

— Я сделал даже больше, чем было положено, — объяснил я. — Откуда мне было знать, что у Гертруды есть младшая сестра. И исправлять твои ошибки было той ещё болью в заднице. — Я старался. Это уж точно.

— Младшая сестра? Гертрауда?

— Ага. Всё, что случилось, как-то слишком сильно вылезло за рамки сюжета игры. Я по ошибке предположил, что все персонажи и события будут такими же, как в игровом мире. В общем, страна спасена от возможной опасности. Моё дело сделано.

Больше мне делать нечего, верно? Технически игра пройдена, несмотря на то что протагонистка осталась одна, а у Мари шестеро парней. Плохой концовки удалось избежать. Довольно странно, если принять во внимание всё, что случилось, но все битвы и события я прошёл.

Мари уставилась на меня удивлённым взглядом, но потом кивнула:

— Я предполагала, что ты можешь не знать, но…

После этого она рассказала мне правду об этом мире… правду, о которой я не знал совершенно ничего.

Прошёл ещё день, огромная толпа собралась на кладбище столицы, чтобы почтить тех, кто пал в битве. Пришли их семьи, друзья, любимые… те, кто выжил. Мрачное напоминание о том, что несёт война. Победа не конец, это только начало.

Я смотрел на мелькавших людей из окна кареты, оторванный от прощальной церемонии.

— Приношу свои извинения вашей семье, но я хотела бы переговорить с вами лично. Хоть мне и жаль, что я недостаточно молода, чтобы вы говорили честно. — Королева Милена сидела напротив.

— Какие интересные слова, — ответил я. — Я вас чем-то разозлил?

— Вы всегда так себя ведёте. Вы улыбаетесь, оставляя то, что вас заботит, при себе. Но, знаете, мешки под глазами так просто не скрыть.

Я провёл пальцами по своему лицу. Я и правда не сомкнул глаз прошлой ночью.

Надо бы попросить Люксиона сделать какое-нибудь снотворное

— Я хотела бы искренне поблагодарить вас за всё, что вы сделали. Осталась всего одна церемония.

Последние дни были заполнены различными церемониями до отказа, от празднований в честь победы, до тризны по погибшим.

— Вы имеете в виду мою награду и лишение меня титулов?

— Да, — сказала она. — Хоть и временно, но вы были главнокомандующим. И привели королевство к победе.

Все вокруг уверены, что меня должны представить к ошеломительной награде. Я многое сделал для королевства, и мне обязаны вручить компенсацию. Иначе это негативно отразится на королевском роде. Если заслуги не будут вознаграждаться, а провинности — получать наказание, это приведёт к волнениям в стране.

— Разумеется, впервые за историю кто-то попросил лишения титулов в качестве награды, — продолжила Её Величество.

Несмотря на то, что лишить меня всех титулов не представляется возможным, после церемонии при мне останется только звание рыцаря.

— Титул виконта и низкий четвёртый придворный ранг накладывают на меня слишком высокие обязательства, — сказал я. — Я потерял свои земли, так что обычное рыцарское звание подходит мне гораздо лучше. Вдобавок, я больше не могу принести вам пользы. Я не могу использовать ни

, ни Арроганз.

В глазах королевы мелькнуло чувство вины.

— Мне просто захотелось поддеть вас так же, как вы поддели меня.

Её щёки слегка полыхнули, и она отвернулась.

Боже, как это мило. Как же хочется взять и обнять её.

— Что же до вашей просьбы, мы без труда её исполним.

— Замечательно. — Я откинулся на спинку сидения. Всё происходит просто чудесно.

— Хотелось бы уточнить одну вещь… о ваших Затерянных Предметах, — сказала королева. — Их действительно нельзя восстановить?

— Я их забрал, но, похоже, пытаться их переработать не имеет никакого смысла. Поэтому сейчас они находятся в ремонтном цехе моего отца.

Её лицо смягчилось.

— Похоже, я возложила на вас слишком много забот. Если есть хоть что-то, что я могу для вас сделать, просто скажите. Я готова на всё, что в моей власти.

Меня тут же посетили развратные мысли, но всего на пару секунд, правда… я их отогнал. Она королева. Если я её хоть пальцем трону, король мне голову снимет.

— Буду помнить о ваших словах и когда-нибудь воспользуюсь предложением, — ухмыльнулся я. — Так интереснее.

— Хорошо. Мне за многое нужно вам отплатить.

После мы погрузились в обычный разговор, наслаждаясь видами из окна кареты.

Вот и моя последняя задача в королевстве.

Моя семья ждала меня в зале ожидания, шумно подготавливаясь к церемонии. Поскольку отец также участвовал в бою, его продвинули до высшего шестого придворного ранга.

— В-вот так хорошо? — спросил он.

— Ты несколько пуговиц перепутал, — сказала мама, поправляя его одежду.

Никс стоял перед зеркалом, проверяя свой внешний вид.

— А мне зачем участвовать? — пробормотал он. — Понятно, почему пойдут отец и Леон, я-то вам не нужен.

Я похлопал его по спине:

— Ты же теперь наследник, так? Радуйся, что твой первый бой закончился великой победой.

— Но я даже ничего не сделал! К тому же, что случилось со старшим братом, Рутартом? В смысле, мы не связаны кровью, как оказалось… но мне интересно, что произошло с их семьёй.

У Золы и её детей не осталось ничего. Во время налёта на столицу корабль упал на поместье, которое им купил отец. Вообще-то очень многие здания пострадали и столицу придётся долго отстраивать, даже с учётом использования в строительстве бронекостюмов.

— Из-за того, что он струсил и бежал перед боем, дворец отобрал у него рыцарский титул, — ответил я. — Так как и Зола всего лишилась, наверное, с ними теперь можно обращаться, как с простолюдинами.

Когда отец оставил Золу, ей пришлось вернуться к своему роду. Их семья пыталась бежать из столицы в тяжёлое время, и поэтому они всё потеряли. Довольно много аристократов лишились титулов из-за этой войны.

— Как-то слишком много ты об этом знаешь, — нахмурился Никс.

— Мне рассказала королева Милена.

Никс скривился:

— Ты теперь и с королевой любезничаешь? Мне хотелось бы думать, что ты достаточно умён, чтобы не заходить дальше этого, но, на всякий случай… Даже не думай и пальцем её касаться, понял? Нет, правда, не смей! Не хочу из-за тебя влезать в очередные неприятности.

Как грубо. Даже мне понятно, что с королевой шутить не стоит.

— Кстати, как там наша дражайшая сестра? — спросил я. — Обычно она первая, кто рвётся участвовать в подобных церемониях.

— Дженна заперлась в своей комнате в поместье. Она обиделась, потому что отец обезглавил её раба. Юмерия за ней присматривает.

Как мне кажется, она бы мигом раздобрела, если бы ей просто купили нового.

Впрочем, наверное, теперь этот вариант отпадает, поскольку правила обучения в академии претерпели значительные изменения. Уже начали ходить слухи о том, что систему личных слуг собираются упразднить. То, как меня подставил Мяулер, сыграло в этом немалую роль. Практически все студенты-парни выступили за запрет на содержание личной прислуги. Женские обиды, конечно, страшны, но мужские им почти не уступают. Оказанное давление заставило академию изменить правила.

Раздался стук в дверь.

Похоже, время пришло.

— Пора исполнить мой последний долг.

И в этот раз всё будет кончено.

Красная ковровая дорожка проходила посреди приёмного зала, она вела прямиком к тронам. Я встал перед королём на колено и ждал. Его движения были величественными и театральными, когда он раздавал похвалы и награды участвовавшим в войне дворянам.

«Да заканчивай ты быстрее».

Словно прочитав мои мысли, король подошёл ко мне.

— Виконт Леон фон Бартфорт… Нет, ГРАФ Бартфорт! Для начала, я снимаю с вас титул главнокомандующего. И дарую вам титул графа и нижний третий придворный ранг!

Среди собравшихся дворян начались перешёптывания.

Я продолжал смотреть в пол, ощущая, что мои глаза готовы вывалиться из орбит.

Придурок, что ты несёшь?!

— В-ваше Величество, позвольте высказаться! — выпалил я, ощущая головокружение.

Он запустил руку в свою бороду и свысока посмотрел на меня.

— Дозволяю, говори.

— Я благодарю вас за проявленную щедрость, но могу я узнать, по какой причине вы даровали мне столь высокий титул и придворный ранг? Я слишком молод. Подобный статус кажется… — я растерялся, пытаясь подыскать нужные слова. Мне хотелось на весь зал завопить: «Не могу я быть чёртовым графом! И придворный ранг мне тоже никуда не впился!»

Со всех сторон я слышал перешёптывания дворян.

— Граф? В таком-то возрасте?

— Выскочка забирается всё выше и выше.

— Всего в одно поколение достичь графского титула — это неслыханно.

— Нижний третий? Это же самый высокий из тех, что можно получить.

Нижний третий ранг получают только члены кабинета министров. Выше могут быть только члены королевской семьи.

Не хочу я такого положения!

Если бы кто-то вдруг подошёл к школьнику и сказал ему: «С завтрашнего дня ты будешь одним из правительственных министров», — наверняка этот школьник бы ответил: «Что за фигня?». Ну, правда же? Всё равно что интерна, поступившего на работу в компанию, усадить в кресло директора! Я не справлюсь с такой ответственностью! Я не могу получить такой титул!

Когда я поднял голову, Его Величество… этот ублюдок, Роланд, ухмыльнулся:

— После стольких свершений вы просто обязаны получить достойную награду. И она может быть выражена лишь дарованием вам положения и придворного ранга. Вам не стоит беспокоиться. Поскольку мне прекрасно известно, насколько талантливый вы человек, я могу уверенно заявить, что вы проявите себя достойно вашему положению и внесёте подобающий вашему новому статусу вклад в развитие.

Замечательно, спасибо, я так рад, что ты обо мне высокого мнения. Надеюсь, ты не против, если меня сейчас стошнит прямо на твои ноги?

. Он знал, что я этого не хочу… и именно поэтому даровал мне новый титул. Чиновники явно были в замешательстве. Даже королева Милена прикрыла рот рукой от удивления.

Ты решил продвинуть меня самостоятельно, гнилой ты змей.

Я уже собирался возразить, но Роланд нанёс превентивный удар.

— Кто из присутствующих считает принятое мной решение неприемлемым?

Никто ничего не сказал.

Пусть дворяне были недовольны, попытка выступить после такой многозначительной фразы сулит одни проблемы. Если королевство оставит меня без награды, это создаст неприятный прецедент, и, возможно, люди перестанут стараться совершать подвиги на благо королевства, потому что их усилия не будут вознаграждены. Если я после того, что совершил, не получу повышения — никто его не достоин.

— Граф Бартфорт, с нетерпением жду ваших будущих свершений, — подытожил король.

— Для меня это великая честь.

Куда охотнее в ответ я бы заорал: «Пошёл ты!». Только вот моя семья сейчас в зале. Если я что-нибудь подобное проверну — это принесёт им огромные неприятности. А они и без этого из-за меня натерпелись.

Увидев довольную ухмылку Роланда, я поклялся про себя, что когда-нибудь я ему отомщу.

Когда мы снова оказались в выделенной для моей семьи комнате дворца, я пришёл в ярость.

— Ублюдок! Я же говорил ему, что не хочу званий, а он повысил меня до графа! — я схватил одну из подушек с дивана и бросил её. По большей части потому, что кидать что-то тяжелее и твёрже было бы опасно.

Родители стояли в дверях и перешёптывались.

— Раз наш сын теперь граф, как нам его называть? Может нужно обращаться формально?

— Н-наверное? Впрочем, не думаю, что он из тех, кто станет на этом зацикливаться.

— Он же граф, да ещё и с нижним третьим придворным рангом. Мы ему и в подмётки не годимся.

— Значит, будем обращаться формально.

Я обернулся и ткнул в них пальцем:

— Я граф только по званию! Король надо мной издевается. Не смейте обращаться ко мне формально. У меня мурашки от одной только мысли.

Никс усмехнулся:

— Слушай, а у меня появилась отличная идея. Отец может вернуть тебе твои мастерские. Будешь получать доход, который положен тебе по званию.

— Если бы это решало все мои проблемы, я бы сейчас не бесился!

Ремонтные мастерские приносят достойную прибыль, но и её и близко не хватит, чтобы платить положенные налоги. Звание графа — это не шутка. От меня потребуют столько, что доход с мастерских покажется мелочёвкой.

Отец ударил кулаком в ладонь, светлея, будто от прозрения.

— Почему бы тогда тебе не стать придворным во дворце? Будешь получать правительственное жалование. И о территориях можно не беспокоиться!

— Нет. Ни за что! Меня заставят войти в кабинет министров. А я такой работы не хочу.

— И то правда. Если ты войдёшь в правительство, наша страна обречена.

Я швырнул подушку с дивана в отца и пулей вылетел из комнаты.

— Я вообще из этой чёртовой страны уеду!

За спиной раздался выкрик мамы:

— Но чтобы вернулся к ужину!

Я нёсся по коридорам дворца, когда услышал крик:

Анжи, подобрав полы длинной юбки, бежала ко мне. Для церемонии она надела шикарное платье. Когда она оказалась со мной рядом, она успела запыхаться, а её лицо было красным. Она заметила издалека… только поэтому она могла быть в таком состоянии.

— Что это сейчас было? — выпалила она, кивая в сторону приёмного зала. — Ты об этом знал?

Я помотал головой, плечи сами собой опустились.

— Король принял решение лично. Мне никто ничего не сказал.

— Что же, я могу понять, почему тебя не стали лишать званий, и почему королевству было выгодно даровать тебе новый титул. Но мой отец тоже ничего об этом не знал.

Так этот придурок в одиночку всё задумал, даже ни с кем не посоветовавшись, да? Причинять другим людям проблемы, наверное, у них в крови. Я думал принц идиот, но его отец ещё хуже.

— Как думаешь, что мне делать? — спросил я её. — Если весь этот бред с графским титулом всерьёз, у меня будут огромные проблемы.

— Ммм. Статус не несёт ничего хорошего, если тебя не поддерживает благородный род и у тебя нет территорий. Попытка стать придворным дворянином также повлечёт определённые неприятности. Наверное, лучшим решением будет войти в чей-нибудь род через брак.

Жениться, чтобы заручиться чьей-то поддержкой?

— Дворяне высоких рангов могут обеспечить своих дочерей и их мужей землями и поместьем. Вдобавок, если ты войдёшь к кому-то в семью, у тебя всегда будет политическая поддержка. Во всех смыслах ты останешься в выигрыше.

Я начал размышлять об этом варианте, но краем глаза заметил появление другой девушки в шикарном платье, Клэрис.

— Вам совсем не обязательно вступать в чью-то семью, — сказала она. — Ведь вы можете просто стать родоначальником новой дворянской семьи. Королевство потеряло немало аристократов. Сейчас самое время получить независимость.

И правда, множество домов сейчас лишаются своего статуса и земель после прошедшей войны. Те, кто был связан с Фаноссом, те, кто проигнорировал призывы к оружию. Многих дворян ожидает наказание в зависимости от тяжести их преступлений. Останется множество земель, которым требуется управление и у безземельных лордов есть шанс их получить.

— Клэрис, — нахмурилась Анжи, — что тебе нужно?

— Я просто указываю на возможные решения проблемы. Поднимется настоящий скандал, если граф попытается войти через брак в чей-нибудь род, — сказала Клэрис.

— Случай Леона отличается от остальных.

Девушки начали препираться, а я задумался о предложенных решениях.

— Значит, жениться на ком-нибудь и войти в семью, или начать свой собственный род, да? Что одно, что другое, приведёт к одному результату, — пробормотал я.

Деидра, наряженная в броское вечернее платье, возникла будто из ниоткуда.

— Я случайно услышала ваш разговор. Что за чушь вы обе несёте? — спросила она.

Клэрис одарила её недобрым взглядом.

— Держитесь от наших разговоров подальше.

— Вы обе говорите о независимости или положении местного правителя, как о единственной возможности. И мыслите слишком узко.

Анжи изогнула бровь:

— Что вы имеете в виду?

Деидра ухмыльнулась.

— Дом Розблейд как раз подыскивает человека на роль представителя нашего дома. Этот представитель будет жить в столице, как придворный. Идеальная возможность при учёте того, что сейчас открыто немало позиций. Дом Розблейд берёт все обязанности на себя. От графа потребуется лишь его имя и положение.

Другими словами, она хочет, чтобы я стал главой побочной ветви дома Розблейд? Разве это не то же самое, о чём говорит Анжи?

Трое девушек принялись сверлить друг друга взглядами.

Инстинкты подсказали мне, что пора ретироваться. Удалившись на цыпочках, я услышал испуганный девичий возглас. Естественно, я тут же поспешил к его источнику. Забежав за угол, я обнаружил Ливию, сидящую на полу. Кажется, она не привыкла подбирать полы платья и споткнулась.

Над ней навис мужчина, протянув ей руку.

— Вы не ушиблись, милочка?

— Н-нет со мной всё хорошо.

— Рад слышать. Могу я сопроводить вас в ближайшую комнату, в которой вы сможете расслабиться и отдохнуть?

Взгляд Ливии метался из стороны в сторону, неожиданное предложение явно заставило её запаниковать.

Я двинулся на перехват придурка, пытающегося её склеить, но, увидев его лицо, слегка растерялся.

— Пытаетесь цеплять девушек прямо во дворце, Ваше Величество? У вас стыда нет?

— В этом ведь нет ничего тако… А, это вы, — ухмылка возникла на лице Роланда, — граф Бартфорт. Ну и каково вам снова быть в центре внимания?

— Дерьмово. Что там насчёт моего понижения? Мне казалось, разговор был о том, что, если я стану рангом повыше, будет гораздо сложнее потом его лишиться!

— А, вы об этом? — он пожал плечами. — Вашу просьбу я обдумал, но она сулила слишком много проблем. Ведь вы герой, который спас нашу страну. Если я обойдусь с вами несправедливо, это плохо на мне отразится. После тщательных размышлений, я решил, что будет гораздо лучше вас повысить.

— Разумеется, чтобы позже лишить меня всех титулов, не так ли?

— Определённо. Если, конечно же, вы совершите что-то достойное лишения титулов, — сказал он.

Этому придурку просто нравится надо мной издеваться.

— Не так мы договаривались.

— Вы правы, — король положил руку на сердце. — Это может принести мне немало неприятностей, но я

вас ненавижу. И я поклялся, что никогда не сделаю ничего, что может принести вам счастье.

Какой же ты мудак. Ты же только что мне в лицо сказал о своей ненависти.

Довольный выражением на моём лице Роланд изысканно махнул рукой.

— Видите ли, граф Бартфорт, я затаил на вас обиду… вы отняли славу, которая по праву принадлежала перед битвой мне. Как вы посмели использовать броскую фразу: «Если того желает Ваше Величество»? Этого я вам с рук не спущу. Я должен был быть согрет лучами славы, а вы это у меня отняли!

— Что, правда? Из-за этого?

Ливия смогла подняться на ноги и теперь переводила взгляд с короля на меня и обратно. Её взволнованное лицо, безусловно было очень милым, но разговор мне придётся вести со старым пердуном.

— Вы должны были действовать несмело и робко, дабы я мог вас подразнить, как подобает это делать умудрённому годами человеку, которым я являюсь, — продолжил его величество. — Но вы меня подвели. А потом вы лично занялись маркизом и приковали всё внимание к себе. Я был в бешенстве.

— То есть, злишься ты не потому, что я выбил из твоего сына дурь и пытался соблазнить твою жену?

Он скрестил руки на груди, и окинул меня надменным взглядом.

— Вы мерзкая крыса, но, если бы подобных мелочей было достаточно, чтобы вызвать мою злость, я бы и дня во дворце не протянул. Мой сын сам виноват в том, что проиграл вам с таким треском. Время беспокойства о том, что другой мужчина может сблизиться с королевой также для меня прошло. Впрочем, я бы казнил вас не раздумывая, если бы вы положили глаз на одну из моих любовниц.

Серьёзно? Да он куда больший урод, чем я!

Роланд снова обратился к Ливии, с джентльменской улыбкой на лице и протянул ей руку:

— Идёмте, милочка, насладимся этой ночью вместе.

Если подумать, королева почти всегда была врагом протагонистки в игре, а король, почему-то, всегда был добрым и понимающим. Кто же мог подумать, что это, потому что он мерзкий извращенец, который любит девочек помладше? Я думал я в отомэ-игру попал! Неужели разработчики не могли хоть короля сделать положительным персонажем?!

— Если я прямо сейчас надеру твою дряхлую задницу, это лишит меня всех титулов? — процедил я сквозь сжатые зубы.

Он уставился на меня:

— Кажется кто-то напрашивается на казнь. Ну, как хочешь, молокосос, я прямо сейчас стражу позову.

Как жалко он будет выглядеть, если сразу позовёт на помощь.

— Ваше Величество, — в разговор вмешалась королева Милена, вышедшая из-за угла в сопровождении слуг.

Роланд тут же попытался отступить, но я схватил его за руку.

— Отпусти меня!

— Куда это ты собрался? — ухмыльнулся я, хватая его ещё сильнее. От ужаса на его лице хотелось хохотать.

— Ах т-ты! Я прикажу тебя головы лишить за это!

— Королева Милена, — взмолился я, — его Величество угрожает меня казнить. Спасите!

— Сначала вы пытались соблазнить эту юную особу, а теперь смеете угрожать графу казнью за то, что он вам помешал?!

спас нашу страну. Вы ему задолжали и ваше поведение безнаказанным не останется, не сегодня!

— Н-нет, — пискнул король, — я всего лишь исполнял долг члена королевского рода! Мой долг произвести потомство. Разве неправильно полагаться для этого на помощь юных дев?!

— И скольких любовниц ты успел себе завести, используя одно и то же оправдание?! — Королева Милена схватила его за ухо и утащила.

— Вот зло и испарилось, — объявил я.

Ливия сдержанно улыбнулась:

— Ммм, Леон, я, мммм…

— А? Кстати, платье на тебе выглядит просто превосходно.

— Спасибо. Но я не об этом хотела с тобой поговорить! — Ливия положила руку на грудь и сделала глубокий вдох. — Я хотела бы обратиться к тебе по поводу прошлого нашего разговора.

Я тут же отвёл взгляд, но она схватила меня за руку.

— Почему ты не ответил нам честно? — Ливия сверлила меня грустными щенячьими глазами.

Как было бы здорово, если бы у меня была такая девушка

, мечтательно подумал я. Если бы ничто мне не мешало, я с радостью принял бы признания и Анжи, и Ливии. Но я так и не могу представить, что во мне их привлекло? И как парень вроде меня должен кого-то из них выбрать?

— Если тебе никто из нас не нравится, мы с этим смиримся, — сказала она, — но я хотела бы услышать честный ответ.

Ливия всегда говорит искренне, всегда старается, чтобы эмоции не мешали ей наслаждаться жизнью. Ей явно было нелегко набраться смелости и завести со мной прямой разговор, а я же обращался с этим миром, как с игрой, когда ко мне вернулись воспоминания. Есть ли у меня право на её любовь? Я издевался над Мари, но разве мы такие уж разные?

Ливия не сводила с меня взгляда. Вдруг в её глазах мелькнул огонёк решимости.

— Если ты не можешь принять решение, действовать начну я.

— Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы ты в меня влюбился!

Невероятно громкое заявление. Когда пятеро лузеров говорили такие же слова Мари, я думал: «Что за придурки». Но теперь, услышав, как эти же слова говорит Ливия, я едва в ответ не крикнул: «О, да!» Будь я девушкой, я бы тут же в неё влюбился.

— Пожалуйста, будь со мной рядом… отныне и навсегда! — в её глазах появились слёзы.

Я почесал затылок.

— Прости, но… в ближайшее время не смогу.