— Хи-и-и-и, м-м-мва-а-а-а! Я к-кончаю, опять кончаю-у-у!Свежая струя из аппетитной круглой задницы оросила пол онсена тёмных эльфов.Связав леди-рыцаря и сорвав с неё броню, я поставил её на пол с отклянченным задом.

С тех пор я ковырялся в её чувствительной вагине средним и безымянным пальцами.— Ну всё по канону: в одну секунду гордо говорит, что ни за что не проиграет, а в следующую уже сдаётся.

Сколько ещё раз ты собираешься кончить, пока я разрабатываю твою дыру пальцами, а, Селеста?— Эт… этого не… не может бы-ы-ыть… а-а-а!Я выдернул из неё пальцы, и этого хватило, чтобы ещё раз увеличить счётчик оргазмов девушки.

Вязкая белая жидкость, окутавшая мои пальцы, наглядно показывала, что она и правда уже вовсю обкончалась.— Ты стала такой чувствительной… видимо, вовсю мастурбировала после того, как я лишил тебя девственности?— Что?! К-к-как ты уз… хгя! Т-только не та-ам!— Будто сложно понять.

Как ты вообще надеялась что-то скрыть, когда у тебя так легко оголяется клитор?— П-прекра… ти-и-и-и… Н-нет, не надо, не трогай его-о-о-о!Нину я отправил сообщить остальным о случившемся.

Возможно, союзники Селесты попытаются воспользоваться суматохой и напасть с другой стороны, так что тёмным эльфам нужно быть начеку.

Уходя, она обиженно бросила, что тоже хотела поиздеваться над леди-рыцарем, но я лучше буду думать, что ничего не слышал.А что касается Кирики…— У-у… зачем ты заставляешь меня смотреть на это?!— Чтобы ты защитила меня, если она вдруг вырвется из оков.

В одиночку я ведь с ней не справлюсь.— Т-тогда почему ты не даёшь мне хотя бы отвести взгляд?— О? А я был уверен, что ты смотришь на нас сама, потому что тебе интересно…— К-как ты смеешь, извращенец?! Ты сам отдал мне приказ магией!Принцесса рыцарь стояла неподалёку, кусала нижнюю губу и недовольно смотрела на нас.У укрощения Селесты есть и другая цель.

Я хочу, чтобы Кирика всё увидела.— Уа-а-а-а… Н-не смотри на меня, Кирика, я больше не могу вынести этого позора… х-хги-и! П-пальцы опять ускорили-и-ись! А-а-а-ай, м-м-м-м!— Я на тебя не по своей воле смотрю!..

У, ого… к… как ты громко стонешь…Когда я встретился с Кирикой после секса с двумя эльфийками, у принцессы-рыцаря были мокрые волосы, и она тоже пахла онсеном.

Когда я трахал Пальмиру, я слышал за дверью чьи-то шаги.

Сейчас она, хоть и покрасневшая, смотрит на происходящее куда внимательнее, чем обычно.

Нетрудно догадаться, что происходит… начинает сказываться то, что я ей уже давненько не занимался.— И-из-за твоего приказа я даже уши заткнуть не могу… з-заканчивай скорее!..Вот и прекрасно… значит, буду дразнить её.

Я не упущу такой замечательный шанс, Кирика.

Постепенно твоё тело растает, не выдержав пламени недотраха.

Твоё серьёзное лицо поплывёт от похоти, а упрямая душа наконец-то сломается.

Жду не дождусь.— Уа-а-а-а! Подож… ди, или я сейчас… а-а-а-а-а-а!!!— О-о.

Ну-ка, что тут у нас.Из гениталий селесты выплеснулась не смазка, а кое-что другое.

Тёплая струя стекала по упругим бёдрам и разливалась по полу онсена.— Ха-ха-ха, вот так дела.

Багровая роза, лучший рыцарь Ранбадии, обоссалась словно маленькая девочка!— Нет, не-е-ет! П-прекрати-и-и-и! Умоляю, хватит! Не смотри, не смотри, не смотри-и-и-и, а-а-а-а!— Ничего себе…Селеста позорилась перед нами ещё сильнее, чем раньше, и ничего не могла с собой поделать, Кирика потрясенно смотрела на неё, ну а я с незаметной под маской улыбкой извращенца наблюдал за внезапным фетиш-шоу.А затем… случилась одна неожиданность.— К… ик… хнык, уа-а-а!— Хм?— Не могу… я больше не могу-у!..

Я пошла на такие мерзкие шаги, но всё равно проиграла… а теперь меня унизили на глазах Кирики… я не хочу больше жи-и-ить!..Закончив истекать мочой, Селеста разрыдалась так, что задрожал хвост на голове.

Она плачет серьёзно, не в шутку.

И секунду, она всё это время знала, что поступает не по-рыцарски?— Селеста?..— Оставь меня, Кирика… ни в бою, ни в войне за благосклонность принцессы я ни разу не победила её, а теперь он меня так унизил… Вся моя жизнь — сплошной позор! Уа-а-а-а!Кирике явно было жаль Селесту, но она не знала, чем её утешить.

Наружу вырвались годами копившиеся чувства, и Селеста могла только обливаться слезами, словно ребёнок.

Она даже не пыталась вытирать глаза.— Ради того, чтобы оправдать надежды отца, я, хнык, столько работала над собой и стала рыцарем, но всё равно не смогла спасти принцессу.

С тех пор ничего, кроме унижений, в моей жизни не было-о-о!— А-а-а, Селеста, не надо т…— В-выходит, я просто бестолковая, слабая, бесполезная дура-рыцарь, которая только и умеет, что швырять непонятное оружие, чтобы надо мной смеялись! Лучше бы я сдохла! Уа-а-а-а-а!Гм-м-м.

Она так разошлась, что мне её даже немного жалко… но что важнее, эта сцена влияет на Кирику совсем не так, как мне нужно.Я произнёс команду, и веревки на руках и ногах Селесты развязались.Благодаря моим действием её порабощение уже практически завершилось.

Я уже мог обездвижить её одним приказом, однако нарочно не стал этого делать.

Тем более, после такого количества оргазмов Селеста всё равно даже на ноги встать не сможет.— У… уа? Ч-что ты…Я взял небольшое ведёрко с тёплой водой, сполоснул Селесту, поднял её за плечи.

И, пока она недоумевала, крепко обнял.— М?! Что это, рабомант?! Ч-что ты задумал?!— Да так, захотелось.

Знаешь, я удивлён, что у тебя такая низкая самооценка.— О-о чём ты?..Я погладил её светлую головку, успокаивая словно ребёнка.

Селеста недоумённо моргала — она явно не ожидала такого поворота.— Во время битвы ты так хорошо использовала позиционное преимущество и разнообразное оружие, что чуть не одолела нас с Кирикой.

Я побеждал могущественных демонов, но ты в одиночку заставила меня попотеть.— И что с того?..— Неужели неясно? Тебе незачем упрекать себя, Селеста.

Ты сильный воин, достойный быть противником рабоманту и принцессе-рыцарю.

Правильно я говорю, Химено-сан?— Что?..

Да, правильно, мне тоже кажется, что мы бы проиграли, если бы не поймали тебя в засаду.— У… Н-но ведь я всё равно проиграла!..Остановившиеся от удивления слёзы вновь появились в глазах.

Мне всё больше кажется, что я успокаиваю не взрослую девушку, а капризного ребёнка.— Поражение — обычное дело для любого солдата.

Или твой рыцарский дух может сломаться уже после одного-двух поражений?— К-конечно…— ...нет, правильно? Проиграв в первый раз, ты умудрилась сбежать, а затем, движимая обидой, нашла новую силу… и в одиночку проникла во вражескую крепость.

Я других таких воительниц не знаю.— И правда.

Я, в отличие от тебя, уже после первой битвы попала в рабство… — с самоиронией заметила Кирика, догадавшись, чем именно надо меня поддержать.Безусловно, её аргумент по-хорошему не выдерживает никакой критики, но сейчас её ложь мне на руку.

Расклеившейся Селесте нужны в первую очередь твёрдые заявления.— Ну и прости, что я так над тобой издевался Селеста.

На этот раз я…— Хья?! Ч-что ты…— Трахну тебя нежно.— …Селеста и Кирика шумно вдохнули, когда я осторожно обхватил леди-рыцаря сзади.

Не давая опомниться, я обнял снизу её немаленькие груди, прикрытые такой же блузкой, как у Кирики.— Подож… а-а-а?! К-какая разница, нежно или нет, я вообще не хочу, чтобы ты меня трахал!— Твоё тело говорит иначе.

И даже тут ты… мокрее чем раньше, чувствуешь?— Хья-а-а-а, а-а, нельзя так внезапно… а-а-а! Т-ты трогаешь меня совсем не так… как раньше!Я водил пальцами, словно пёрышками, почти не касаясь упругой кожи рыцаря.

Она чутко реагировала на касания, и я без труда находил многочисленные эрогенные зоны.

Скорее всего, с ней никогда в жизни не обращались настолько бережно, и от этого ощущения становились ещё сильнее и красочнее.— Расслабься, Селеста.— Уа… м-м..

М-м?!Я припал к расслабленным полуоткрытым губам.

Белые зубки сжались, сопротивляясь, но я не стал грубо идти напролом и нежно провёл по ним языком.

На это Селеста уже ничем не могла ответить.Внезапный вихрь чувств и незнакомые ощущения овладели телом и душой Селесты.

Мы целовались, словно любовники.— Мч… апх, пха-а! Что, что со мно-ой?!От жарких, влажных губ леди-рыцаря протянулась серебристая нить к моему рту и через секунду оборвалась.

Я принялся поглаживать её бедра, постепенно раздвигая их.

Уже скоро я приставил восставший член к низу её живота.— Ты чувствуешь?..

Ощущаешь, как нагрелся мой член?— Уа-а… к-какой горячий.

Это ведь тот самый…— Это он реагирует на твою красоту и очарование.

Он так хочет снова заняться с тобой сексом, что сгорает от нетерпения.— Ч-ч-что?! Можешь сколько угодно говорить о “красоте” и “очаровании”, но я не поведусь на ложь!— Это не ложь, я и правда так считаю.

И могу повторить.

Ты сильная, красивая и очаровательная леди-рыцарь.

Так что начни себя ценить, ладно?— А… а-а-а, прекрати… не шепчи мне такое на ухо…Я видел, как с каждым моим словом слабела защита, которую она воздвигла вокруг своей души. “Надо же, как всё просто”, — мысленно усмехнулся я.

Но должен признать, что сейчас Селеста излучает очарование разрушительной, без шуток, силы.

На редкость бурная реакция моего члена — тому доказательство.— Я не могу устоять перед твоим очарованием.

Я начинаю… ты готова?— Что?..Селеста замерла, будто не понимая, о чём я.

Я смахнул слезинки, ещё оставшиеся в глазах леди-рыцаря, и надавил бёдрами, проникая в её вагину.

Она так и не остыла после тех ласк.— Уа… уа-а-а-а, он входит в меня… это… это тот же, что и в тот раз?!Я раздвигал её как можно медленнее, как можно нежнее, проникая всё глубже и глубже.Вместе с этим я ласкал то отвердевшие сосочки, то шейку с нежнейшими волосками, то покрасневшие мочки ушей.

Я словно спрашивал разрешения у её эрогенных зон.

Получив его, я осторожно достиг её глубин.— Всё… я вошёл.

Тебе не больно, Селеста?— Н-нет… фха… хьа-а-а… я не могу… сдержать голос… ай-й-й, хьян-н-н!— Кх, я тоже.

Я уже забыл, насколько у тебя внутри хорошо!..— Хоро… шо-о? В-в моём теле?..— Да, ты шикарна, — успокаивающе подтвердил я, гладя её по взмокшей спине и плечам.Вдруг стенки узкой, почти как у девственницы, вагины, радостно сжались, покусывая мой член.— Я тебя ещё раз поцелую, ладно?— Фха?! Н-нет, я не разре… м-м-м! М-м-м-м, пха-а-а!Я клевал губы, уже неспособные сопротивляться и размеренно водил бёдрами, вспахивая её недра.

Когда наши языки сплелись, её вагина залила мой член новым потоком смазки, словно самка, благодарящая инструмент самца за визит.— Ты такая милая, Селеста.

Ты милая как никогда.— Хва! Хватит называть меня мил… мга-а-а-а! Ч-что, что это-о… внутри меня разливается жар… мне страшно-о-о!— Не бойся, доверься этому жару… Я вознесу тебя в рай и ты познаешь новое наслаждение.

Вот… так!— Хьяй-й-й, а-а-а-а, ч-что это-о-о! Я сейчас… когда я делала это одна, такого не было-о-о! А-а-а-айя-а-а-а-а-а-а… а-а-а… а-а-а-а-а-а-а!!!Нежный секс переполнил её незнакомым блаженством, и Селеста кончила.

Её душа поплыла, улетая в рай высоко над облаками.

Хвост на голове подпрыгнул, словно и до него докатилась волна оргазма, пробежавшая по телу.

Тело выгнулось, на секунду замерло… и рухнуло на пол.— А-а-а-а… я… я не знала… что секс… это такое-е-е!..Её вагина билась в последних судорогах, нежно покусывая мой член.

Наслаждаясь этими чувствами, я ещё раз поцеловал снова “проигравшую” девушку.***Я осторожно вытащил член, стараясь не разбудить счастливо спящую Селесту.Обернувшись, я увидел ровно то, что ожидал.

Кирика неровно дышала и смотрела на меня, не зная, как быть дальше.

Зрелище нашего с Селестой нежного секса полностью лишило её дара речи… и заставило немного прослезиться.— Тут такое дело, Химено-сан.

Я всё ещё не кончил, но Селеста потеряла сознание, и её беспокоить как-то жалко.

Однако, как ты прекрасно видишь, сам собой стояк не пройдёт.— И… и что?Я пару раз напряг блестящий от женской смазки член, чтобы Кирика получше его рассмотрела.

Хотя я не очень ясно вижу её лицо, она точно смотрит прямо на него.— И я просто подумал, что ты могла бы мне “помочь”, Химено-сан.

Если ты не против, конечно.— А?..

П-помочь?..Я даже предложил ей отговорку.

Она будет не заниматься сексом для удовольствия, а помогать мне избавиться от стояка.

Уж теперь-то она должна согласиться?— Ну?..

Ты согласна? — прошептал я в ухо беззащитной девушки, подойдя к ней вплотную и отведя в сторону длинные чёрные волосы.— М… а!..Я даже не прикасался к ней, но всё равно ощущал, как колотится её сердце.

Внутри она промокла насквозь, я почти ощущал запах похотливой сучки.— Л…Давай.

Скажи “ладно”.

Не мучай себя.

И когда ты впервые признаешься, что хочешь заняться со мной сексом, ты сделаешь первый шаг к тому, чтобы полностью покориться мне.Докажи, что я сломил дух некогда серьёзной старосты класса, благородного цветка по имени Химено Кирика.

Скажи, что ты настолько жаждешь члена парня, которого в своё время ни во что не ставила, что готова сама отдать своё тело во власть похоти.Давай, сделай шаг в пропасть.

Покажи мне лицо страсти.

Покажи лицо женщины.

Сойди с проторенного пути.

Брось жизнь отличницы!..— Л… ла-а-а-а?!Вдруг её слова прервал глухой рокот.Вуаль похоти, застлавшая глаза Кирики, мигом развеялась… но сейчас не время сожалеть.— Откуда это?! Снизу?!Землетрясение? Нет… По моей спине пробежало нехорошее предчувствие.Что это было?!***“Отвечай”.— Что?..“Отвечай, Альма V7”.— Ты… зовёшь меня?“Т… и… зара...н.

Пробужд… Исп...ни приказ, исп...ни свою цель”.— Ты не можешь мне приказывать.

У меня есть хозяин и друзья.“Повт...ю.

Исп...ни свою цель.

Време… Альм… Ва…”— Что?! Не может быть!..***Глаз-линза вспыхнул красным.

Бронированный голем, неподвижно стоявший у стены в своей комнате, пробудился.Хотя Нане не нужен сон, она израсходовала много ресурсов в недавней битве.

После них ей необходимо ненадолго отключаться, чтобы не ослабнуть.— Это… то, что они называют сном?Нина и Тору говорили ей, что люди видят сны, но Нана никогда не видела их, когда дремала сама.Память о сне уже размывалась, но она помнила, что услышала нечто очень важное…— У?!Фрагмент останков катаклизма на правой руке вздрогнул изнутри.

Нана ощутила нечто, что человек описал бы как “боль”.

Опять же, это чувство магическое создание никогда ещё не испытывало.Линза-глаз сузилась, словно приглядываясь.— М… рокот? Откуда он?..***— А, суп? Наконец-то!Радостно захлопав перепончатыми крыльями, Фламия повернулась к открывающейся двери.

Но улыбка пропала с её лица, едва она увидела посетителя.— Курусу!..— Да, госпожа младшая сестра, это я.

Приветствую.В дверях стояла не принцесса Систина, а обманчиво вежливый человек в белом костюме и серебристой маске.

Загадочный бездельник, которого Фламия невзлюбила с самого начала.— Ну во-от… я думала, за мной придёт сестра, а вместо этого пришёл ты.Безумная принцесса резко отвернулась, недовольная тем, что ненавистный ей человек увидел её в плену.Курусу непринуждённо подошел к кровати, на которой сидела Фламия.— Ну что же вы, не обижайтесь.

Я принёс сообщение от вашей сестры.— Что? Сообщение? Какое? Говори скорее! — Фламия вмиг просияла в ожидании слов дражайшей сестры.Курусу нагнулся к её уху и…— Она сказала, вы ей больше не нужны.— Что? А…Маленькое тело дёрнулось, выгнулось, и из раскрытого рта вырвался беззвучный вопль.Эмблема на лбу Фламии, символ её клятвы Иврис, засияла как никогда ярко, и извергла чудовищный поток энергии.— У… уа-а-а-а-а-а-а-а!— Боюсь, вы неправильно меня поняли.

Я пришёл не спасти вас, а лишь “разобраться с последствиями”.— За… что… поче… му…В комнате бушевала буря, от которой содрогался весь подземный город, но маска даже не вздрогнула.

Сквозь неё просочился всё тот же равнодушный голос:— Ваша драгоценная сестра Иврис просила передать вам последний приказ… “Пожертвуй собой ради захвата останков катаклизма, пока не присоединилась к врагам, моя бесполезная пешка”.Комментарий к навыку(Характеристикам проставлены оценки от А до Е.

А самая высокая)Circle Aerial: навык святого меча 1 уровняРазрушительная мощь: EТочность: EВремя подготовки: AЧастота использования: AПотребление энергии: AДальность действия: ближний бойВспомогательный навык — призывает в воздух или под ноги светящуюся магическую диаграмму, которую можно использовать в качестве платформы.Этот навык — одна из незаменимых способностей святого рыцаря, приученного сражаться в трёх измерениях.

Он почти не потребляет энергию и хорошо сочетается с другими навыками, что обеспечивает ему самое широкое применение.Обладая врождённым чувством высоты и устойчивостью к перегрузкам, Кирика приспособила его для быстрых перемещений по полю боя, а также для ускорения и усиления других атак.

— Хи-и-и-и, м-м-мва-а-а-а! Я к-кончаю, опять кончаю-у-у!

Свежая струя из аппетитной круглой задницы оросила пол онсена тёмных эльфов.

Связав леди-рыцаря и сорвав с неё броню, я поставил её на пол с отклянченным задом.

С тех пор я ковырялся в её чувствительной вагине средним и безымянным пальцами.

— Ну всё по канону: в одну секунду гордо говорит, что ни за что не проиграет, а в следующую уже сдаётся.

Сколько ещё раз ты собираешься кончить, пока я разрабатываю твою дыру пальцами, а, Селеста?

— Эт… этого не… не может бы-ы-ыть… а-а-а!

Я выдернул из неё пальцы, и этого хватило, чтобы ещё раз увеличить счётчик оргазмов девушки.

Вязкая белая жидкость, окутавшая мои пальцы, наглядно показывала, что она и правда уже вовсю обкончалась.

— Ты стала такой чувствительной… видимо, вовсю мастурбировала после того, как я лишил тебя девственности?

— Что?! К-к-как ты уз… хгя! Т-только не та-ам!

— Будто сложно понять.

Как ты вообще надеялась что-то скрыть, когда у тебя так легко оголяется клитор?

— П-прекра… ти-и-и-и… Н-нет, не надо, не трогай его-о-о-о!

Нину я отправил сообщить остальным о случившемся.

Возможно, союзники Селесты попытаются воспользоваться суматохой и напасть с другой стороны, так что тёмным эльфам нужно быть начеку.

Уходя, она обиженно бросила, что тоже хотела поиздеваться над леди-рыцарем, но я лучше буду думать, что ничего не слышал.

А что касается Кирики…

— У-у… зачем ты заставляешь меня смотреть на это?!

— Чтобы ты защитила меня, если она вдруг вырвется из оков.

В одиночку я ведь с ней не справлюсь.

— Т-тогда почему ты не даёшь мне хотя бы отвести взгляд?

— О? А я был уверен, что ты смотришь на нас сама, потому что тебе интересно…

— К-как ты смеешь, извращенец?! Ты сам отдал мне приказ магией!

Принцесса рыцарь стояла неподалёку, кусала нижнюю губу и недовольно смотрела на нас.

У укрощения Селесты есть и другая цель.

Я хочу, чтобы Кирика всё увидела.

— Уа-а-а-а… Н-не смотри на меня, Кирика, я больше не могу вынести этого позора… х-хги-и! П-пальцы опять ускорили-и-ись! А-а-а-ай, м-м-м-м!

— Я на тебя не по своей воле смотрю!..

У, ого… к… как ты громко стонешь…

Когда я встретился с Кирикой после секса с двумя эльфийками, у принцессы-рыцаря были мокрые волосы, и она тоже пахла онсеном.

Когда я трахал Пальмиру, я слышал за дверью чьи-то шаги.

Сейчас она, хоть и покрасневшая, смотрит на происходящее куда внимательнее, чем обычно.

Нетрудно догадаться, что происходит… начинает сказываться то, что я ей уже давненько не занимался.

— И-из-за твоего приказа я даже уши заткнуть не могу… з-заканчивай скорее!..

Вот и прекрасно… значит, буду дразнить её.

Я не упущу такой замечательный шанс, Кирика.

Постепенно твоё тело растает, не выдержав пламени недотраха.

Твоё серьёзное лицо поплывёт от похоти, а упрямая душа наконец-то сломается.

Жду не дождусь.

— Уа-а-а-а! Подож… ди, или я сейчас… а-а-а-а-а-а!!!

Ну-ка, что тут у нас.

Из гениталий селесты выплеснулась не смазка, а кое-что другое.

Тёплая струя стекала по упругим бёдрам и разливалась по полу онсена.

— Ха-ха-ха, вот так дела.

Багровая роза, лучший рыцарь Ранбадии, обоссалась словно маленькая девочка!

— Нет, не-е-ет! П-прекрати-и-и-и! Умоляю, хватит! Не смотри, не смотри, не смотри-и-и-и, а-а-а-а!

— Ничего себе…

Селеста позорилась перед нами ещё сильнее, чем раньше, и ничего не могла с собой поделать, Кирика потрясенно смотрела на неё, ну а я с незаметной под маской улыбкой извращенца наблюдал за внезапным фетиш-шоу.

А затем… случилась одна неожиданность.

— К… ик… хнык, уа-а-а!

— Не могу… я больше не могу-у!..

Я пошла на такие мерзкие шаги, но всё равно проиграла… а теперь меня унизили на глазах Кирики… я не хочу больше жи-и-ить!..

Закончив истекать мочой, Селеста разрыдалась так, что задрожал хвост на голове.

Она плачет серьёзно, не в шутку.

И секунду, она всё это время знала, что поступает не по-рыцарски?

— Селеста?..

— Оставь меня, Кирика… ни в бою, ни в войне за благосклонность принцессы я ни разу не победила её, а теперь он меня так унизил… Вся моя жизнь — сплошной позор! Уа-а-а-а!

Кирике явно было жаль Селесту, но она не знала, чем её утешить.

Наружу вырвались годами копившиеся чувства, и Селеста могла только обливаться слезами, словно ребёнок.

Она даже не пыталась вытирать глаза.

— Ради того, чтобы оправдать надежды отца, я, хнык, столько работала над собой и стала рыцарем, но всё равно не смогла спасти принцессу.

С тех пор ничего, кроме унижений, в моей жизни не было-о-о!

— А-а-а, Селеста, не надо т…

— В-выходит, я просто бестолковая, слабая, бесполезная дура-рыцарь, которая только и умеет, что швырять непонятное оружие, чтобы надо мной смеялись! Лучше бы я сдохла! Уа-а-а-а-а!

Она так разошлась, что мне её даже немного жалко… но что важнее, эта сцена влияет на Кирику совсем не так, как мне нужно.

Я произнёс команду, и веревки на руках и ногах Селесты развязались.

Благодаря моим действием её порабощение уже практически завершилось.

Я уже мог обездвижить её одним приказом, однако нарочно не стал этого делать.

Тем более, после такого количества оргазмов Селеста всё равно даже на ноги встать не сможет.

— У… уа? Ч-что ты…

Я взял небольшое ведёрко с тёплой водой, сполоснул Селесту, поднял её за плечи.

И, пока она недоумевала, крепко обнял.

— М?! Что это, рабомант?! Ч-что ты задумал?!

— Да так, захотелось.

Знаешь, я удивлён, что у тебя такая низкая самооценка.

— О-о чём ты?..

Я погладил её светлую головку, успокаивая словно ребёнка.

Селеста недоумённо моргала — она явно не ожидала такого поворота.

— Во время битвы ты так хорошо использовала позиционное преимущество и разнообразное оружие, что чуть не одолела нас с Кирикой.

Я побеждал могущественных демонов, но ты в одиночку заставила меня попотеть.

— И что с того?..

— Неужели неясно? Тебе незачем упрекать себя, Селеста.

Ты сильный воин, достойный быть противником рабоманту и принцессе-рыцарю.

Правильно я говорю, Химено-сан?

Да, правильно, мне тоже кажется, что мы бы проиграли, если бы не поймали тебя в засаду.

— У… Н-но ведь я всё равно проиграла!..

Остановившиеся от удивления слёзы вновь появились в глазах.

Мне всё больше кажется, что я успокаиваю не взрослую девушку, а капризного ребёнка.

— Поражение — обычное дело для любого солдата.

Или твой рыцарский дух может сломаться уже после одного-двух поражений?

— К-конечно…

— ...нет, правильно? Проиграв в первый раз, ты умудрилась сбежать, а затем, движимая обидой, нашла новую силу… и в одиночку проникла во вражескую крепость.

Я других таких воительниц не знаю.

— И правда.

Я, в отличие от тебя, уже после первой битвы попала в рабство… — с самоиронией заметила Кирика, догадавшись, чем именно надо меня поддержать.

Безусловно, её аргумент по-хорошему не выдерживает никакой критики, но сейчас её ложь мне на руку.

Расклеившейся Селесте нужны в первую очередь твёрдые заявления.

— Ну и прости, что я так над тобой издевался Селеста.

На этот раз я…

— Хья?! Ч-что ты…

— Трахну тебя нежно.

Селеста и Кирика шумно вдохнули, когда я осторожно обхватил леди-рыцаря сзади.

Не давая опомниться, я обнял снизу её немаленькие груди, прикрытые такой же блузкой, как у Кирики.

— Подож… а-а-а?! К-какая разница, нежно или нет, я вообще не хочу, чтобы ты меня трахал!

— Твоё тело говорит иначе.

И даже тут ты… мокрее чем раньше, чувствуешь?

— Хья-а-а-а, а-а, нельзя так внезапно… а-а-а! Т-ты трогаешь меня совсем не так… как раньше!

Я водил пальцами, словно пёрышками, почти не касаясь упругой кожи рыцаря.

Она чутко реагировала на касания, и я без труда находил многочисленные эрогенные зоны.

Скорее всего, с ней никогда в жизни не обращались настолько бережно, и от этого ощущения становились ещё сильнее и красочнее.

— Расслабься, Селеста.

— Уа… м-м..

Я припал к расслабленным полуоткрытым губам.

Белые зубки сжались, сопротивляясь, но я не стал грубо идти напролом и нежно провёл по ним языком.

На это Селеста уже ничем не могла ответить.

Внезапный вихрь чувств и незнакомые ощущения овладели телом и душой Селесты.

Мы целовались, словно любовники.

— Мч… апх, пха-а! Что, что со мно-ой?!

От жарких, влажных губ леди-рыцаря протянулась серебристая нить к моему рту и через секунду оборвалась.

Я принялся поглаживать её бедра, постепенно раздвигая их.

Уже скоро я приставил восставший член к низу её живота.

— Ты чувствуешь?..

Ощущаешь, как нагрелся мой член?

— Уа-а… к-какой горячий.

Это ведь тот самый…

— Это он реагирует на твою красоту и очарование.

Он так хочет снова заняться с тобой сексом, что сгорает от нетерпения.

— Ч-ч-что?! Можешь сколько угодно говорить о “красоте” и “очаровании”, но я не поведусь на ложь!

— Это не ложь, я и правда так считаю.

И могу повторить.

Ты сильная, красивая и очаровательная леди-рыцарь.

Так что начни себя ценить, ладно?

— А… а-а-а, прекрати… не шепчи мне такое на ухо…

Я видел, как с каждым моим словом слабела защита, которую она воздвигла вокруг своей души. “Надо же, как всё просто”, — мысленно усмехнулся я.

Но должен признать, что сейчас Селеста излучает очарование разрушительной, без шуток, силы.

На редкость бурная реакция моего члена — тому доказательство.

— Я не могу устоять перед твоим очарованием.

Я начинаю… ты готова?

Селеста замерла, будто не понимая, о чём я.

Я смахнул слезинки, ещё оставшиеся в глазах леди-рыцаря, и надавил бёдрами, проникая в её вагину.

Она так и не остыла после тех ласк.

— Уа… уа-а-а-а, он входит в меня… это… это тот же, что и в тот раз?!

Я раздвигал её как можно медленнее, как можно нежнее, проникая всё глубже и глубже.

Вместе с этим я ласкал то отвердевшие сосочки, то шейку с нежнейшими волосками, то покрасневшие мочки ушей.

Я словно спрашивал разрешения у её эрогенных зон.

Получив его, я осторожно достиг её глубин.

— Всё… я вошёл.

Тебе не больно, Селеста?

— Н-нет… фха… хьа-а-а… я не могу… сдержать голос… ай-й-й, хьян-н-н!

— Кх, я тоже.

Я уже забыл, насколько у тебя внутри хорошо!..

— Хоро… шо-о? В-в моём теле?..

— Да, ты шикарна, — успокаивающе подтвердил я, гладя её по взмокшей спине и плечам.

Вдруг стенки узкой, почти как у девственницы, вагины, радостно сжались, покусывая мой член.

— Я тебя ещё раз поцелую, ладно?

— Фха?! Н-нет, я не разре… м-м-м! М-м-м-м, пха-а-а!

Я клевал губы, уже неспособные сопротивляться и размеренно водил бёдрами, вспахивая её недра.

Когда наши языки сплелись, её вагина залила мой член новым потоком смазки, словно самка, благодарящая инструмент самца за визит.

— Ты такая милая, Селеста.

Ты милая как никогда.

— Хва! Хватит называть меня мил… мга-а-а-а! Ч-что, что это-о… внутри меня разливается жар… мне страшно-о-о!

— Не бойся, доверься этому жару… Я вознесу тебя в рай и ты познаешь новое наслаждение.

— Хьяй-й-й, а-а-а-а, ч-что это-о-о! Я сейчас… когда я делала это одна, такого не было-о-о! А-а-а-айя-а-а-а-а-а-а… а-а-а… а-а-а-а-а-а-а!!!

Нежный секс переполнил её незнакомым блаженством, и Селеста кончила.

Её душа поплыла, улетая в рай высоко над облаками.

Хвост на голове подпрыгнул, словно и до него докатилась волна оргазма, пробежавшая по телу.

Тело выгнулось, на секунду замерло… и рухнуло на пол.

— А-а-а-а… я… я не знала… что секс… это такое-е-е!..

Её вагина билась в последних судорогах, нежно покусывая мой член.

Наслаждаясь этими чувствами, я ещё раз поцеловал снова “проигравшую” девушку.

Я осторожно вытащил член, стараясь не разбудить счастливо спящую Селесту.

Обернувшись, я увидел ровно то, что ожидал.

Кирика неровно дышала и смотрела на меня, не зная, как быть дальше.

Зрелище нашего с Селестой нежного секса полностью лишило её дара речи… и заставило немного прослезиться.

— Тут такое дело, Химено-сан.

Я всё ещё не кончил, но Селеста потеряла сознание, и её беспокоить как-то жалко.

Однако, как ты прекрасно видишь, сам собой стояк не пройдёт.

— И… и что?

Я пару раз напряг блестящий от женской смазки член, чтобы Кирика получше его рассмотрела.

Хотя я не очень ясно вижу её лицо, она точно смотрит прямо на него.

— И я просто подумал, что ты могла бы мне “помочь”, Химено-сан.

Если ты не против, конечно.

П-помочь?..

Я даже предложил ей отговорку.

Она будет не заниматься сексом для удовольствия, а помогать мне избавиться от стояка.

Уж теперь-то она должна согласиться?

Ты согласна? — прошептал я в ухо беззащитной девушки, подойдя к ней вплотную и отведя в сторону длинные чёрные волосы.

Я даже не прикасался к ней, но всё равно ощущал, как колотится её сердце.

Внутри она промокла насквозь, я почти ощущал запах похотливой сучки.

Скажи “ладно”.

Не мучай себя.

И когда ты впервые признаешься, что хочешь заняться со мной сексом, ты сделаешь первый шаг к тому, чтобы полностью покориться мне.

Докажи, что я сломил дух некогда серьёзной старосты класса, благородного цветка по имени Химено Кирика.

Скажи, что ты настолько жаждешь члена парня, которого в своё время ни во что не ставила, что готова сама отдать своё тело во власть похоти.

Давай, сделай шаг в пропасть.

Покажи мне лицо страсти.

Покажи лицо женщины.

Сойди с проторенного пути.

Брось жизнь отличницы!..

— Л… ла-а-а-а?!

Вдруг её слова прервал глухой рокот.

Вуаль похоти, застлавшая глаза Кирики, мигом развеялась… но сейчас не время сожалеть.

— Откуда это?! Снизу?!

Землетрясение? Нет… По моей спине пробежало нехорошее предчувствие.

Что это было?!

“Отвечай, Альма V7”.

— Ты… зовёшь меня?

“Т… и… зара...н.

Пробужд… Исп...ни приказ, исп...ни свою цель”.

— Ты не можешь мне приказывать.

У меня есть хозяин и друзья.

Исп...ни свою цель.

Време… Альм… Ва…”

— Что?! Не может быть!..

Глаз-линза вспыхнул красным.

Бронированный голем, неподвижно стоявший у стены в своей комнате, пробудился.

Хотя Нане не нужен сон, она израсходовала много ресурсов в недавней битве.

После них ей необходимо ненадолго отключаться, чтобы не ослабнуть.

— Это… то, что они называют сном?

Нина и Тору говорили ей, что люди видят сны, но Нана никогда не видела их, когда дремала сама.

Память о сне уже размывалась, но она помнила, что услышала нечто очень важное…

Фрагмент останков катаклизма на правой руке вздрогнул изнутри.

Нана ощутила нечто, что человек описал бы как “боль”.

Опять же, это чувство магическое создание никогда ещё не испытывало.

Линза-глаз сузилась, словно приглядываясь.

— М… рокот? Откуда он?..

— А, суп? Наконец-то!

Радостно захлопав перепончатыми крыльями, Фламия повернулась к открывающейся двери.

Но улыбка пропала с её лица, едва она увидела посетителя.

— Курусу!..

— Да, госпожа младшая сестра, это я.

Приветствую.

В дверях стояла не принцесса Систина, а обманчиво вежливый человек в белом костюме и серебристой маске.

Загадочный бездельник, которого Фламия невзлюбила с самого начала.

— Ну во-от… я думала, за мной придёт сестра, а вместо этого пришёл ты.

Безумная принцесса резко отвернулась, недовольная тем, что ненавистный ей человек увидел её в плену.

Курусу непринуждённо подошел к кровати, на которой сидела Фламия.

— Ну что же вы, не обижайтесь.

Я принёс сообщение от вашей сестры.

— Что? Сообщение? Какое? Говори скорее! — Фламия вмиг просияла в ожидании слов дражайшей сестры.

Курусу нагнулся к её уху и…

— Она сказала, вы ей больше не нужны.

Маленькое тело дёрнулось, выгнулось, и из раскрытого рта вырвался беззвучный вопль.

Эмблема на лбу Фламии, символ её клятвы Иврис, засияла как никогда ярко, и извергла чудовищный поток энергии.

— У… уа-а-а-а-а-а-а-а!

— Боюсь, вы неправильно меня поняли.

Я пришёл не спасти вас, а лишь “разобраться с последствиями”.

— За… что… поче… му…

В комнате бушевала буря, от которой содрогался весь подземный город, но маска даже не вздрогнула.

Сквозь неё просочился всё тот же равнодушный голос:

— Ваша драгоценная сестра Иврис просила передать вам последний приказ… “Пожертвуй собой ради захвата останков катаклизма, пока не присоединилась к врагам, моя бесполезная пешка”.

Комментарий к навыку

(Характеристикам проставлены оценки от А до Е.

А самая высокая)

Circle Aerial: навык святого меча 1 уровня

Разрушительная мощь: E

Точность: E

Время подготовки: A

Частота использования: A

Потребление энергии: A

Дальность действия: ближний бой

Вспомогательный навык — призывает в воздух или под ноги светящуюся магическую диаграмму, которую можно использовать в качестве платформы.

Этот навык — одна из незаменимых способностей святого рыцаря, приученного сражаться в трёх измерениях.

Он почти не потребляет энергию и хорошо сочетается с другими навыками, что обеспечивает ему самое широкое применение.

Обладая врождённым чувством высоты и устойчивостью к перегрузкам, Кирика приспособила его для быстрых перемещений по полю боя, а также для ускорения и усиления других атак.