— Все, что ты сказал… Есть ли у тебя доказательства? — спокойно спросил Хуа Чжэнь Тянь, пристально глядя на Е У Чэна.

Для такого легкомысленного человека как Хуа Чжэнь Тянь такое серьезное поведение означало, что он действительно был потрясен этой новостью и испытывал довольно сложные чувства.— У меня нет доказательств, но я никогда не сомневаюсь в своих суждениях.

Тем более, даже без доказательств, я верю, что господин Хуа уже частично поверил моим словам, — ответил Е У Чэнь: — Все потому, что клан Е все еще необходим для устрашения Страны Ветра, так что император просто не может выдать свои намерения, и поэтому он решил, не привлекая внимания, находясь полностью в тени завладеть всем кланом Е.

Если бы я не вернулся, то члены клана Е до самой смерти не подозревали о том, что тот, кому они присягнули в верности, захочет он них же избавиться.Хуа Чжэнь Тянь непрерывно чесал свою голову.

Прямо сейчас внутри него бушевал настоящий ураган беспокойства, отчего ему даже захотелось взвыть во все горло.

Слова Е У Чэна были настоящим предательством по отношению к императорской семье, но если он решил вот так выложить все без утайки, то это означало, что все это вовсе не пустые домыслы мальчишки, а твердая уверенность.

Хуа Чжэнь Тянь не хотел этому верить, но все же подсознательно уже принял большинство его слов.Неожиданно, будто поняв что-то, Хуа Чжэнь Тянь резко поднял голову и сурово спросил:— Парень, неужели ты сблизился с моей дочерью только чтобы завладеть кланом Хуа?— Верно… но это лишь отчасти.

Если бы мне не нравилась Шуй Жоу, то пусть бы даже клан Хуа был в десять раз сильнее и влиятельнее чем сейчас, я бы все равно не стал использовать такой способ.Хуа Чжэнь Тянь не стал впадать в ярость и лишь хмуро ответил:— Хвалю тебя за честность.

Если ты сейчас сказал, что не проявляешь интерес к клану Хуа, я бы даже не посмотрел, что ты мой зять и одним ударом отправил тебя в полет.Е У Чэнь слабо улыбнулся, после чего вздохнул:— Господин Хуа, простите меня за мои слова, но вы ведь согласились на помолвку с кланом линь не только потому, что Линь Сяо настолько одарен, а главной причиной являлось то, что на вас шло сильное давление со стороны императора, я прав? В противном случае вы бы ни за что не согласились определять судьбу Шуй Жоу в столь юном возрасте.

Да и к тому же, перед тем, как согласиться, вы определенно выпили немало алкоголя.Хуа Чжэнь Тянь повел бровью и, после недолгого молчания, ответил:— Ты все верно подметил.И только сейчас Хуа Чжэнь Тянь осознал, что каждое слово Е У Чэна настолько поразительно точно.— Раз ты решился поведать все свои рассуждения мне, то это значит, что ты мне полностью доверяешь.

Я никому не скажу об этом.

Однако это вовсе не значит, что я поверил тебе.

Но в любом случае, сказал ты правду или нет, ты совершил поистине фатальную ошибку… Если же кто-то действительно намеревается навредить клану Е, неважно кто это, ты не должен был так просто раскрывать себя! В тот день ты перед столькими людьми раскрыл свою силу и талант, а также объявил, что за тобой стоит сам Бог Меча.

Может, тебе и кажется, что таким образом ты обеспечил себе безопасность, но на самом деле ты вырыл себе еще большую могилу, — раздраженно проболтал Хуа Чжэнь Тянь.

Прямо сейчас он просто не мог не беспокоиться о безопасности Е У Чэна, ведь его безопасность касается и счастья его дорогой дочери.Чувства Е У Чэна по отношению к Хуа Шуй Жоу естественно не могли дойти до уровня запредельной любви за столь короткое время.

Она ему просто приглянулась.

Однако он просто не мог позволить кому-то еще завладеть той, что приглянулась ему.

И в то же время, вместе с Хуа Шуй Жоу можно будет получить поддержку Хуа Чжэнь Тяня и всего клана Хуа.

Поэтому Е У Чэнь просто обязан заполучить ее сердце, и чем раньше, тем лучше.

И даже в самом худшем случае нельзя позволить, чтобы Хуа Шуй Жоу вошла в клан Линь.И недавние упреки со стороны Хуа Чжэнь Тяня отчетливо показывали настолько верным было то решение.Е У Чэнь негромко рассмеялся и спокойно продолжил:— Раз уж такой смышленый человек как господин Хуа уже догадался об этом, то я думаю остальные тоже должны кое-что разъяснить для себя.Хуа Чжэнь Тянь остолбенел ненадолго, размышляя над словами Е У Чэна, и, как будто о чем-то догадавшись, произнес:— Твоей сообразительности просто нет равных.

С твоим умом ты просто не мог совершить столь глупую ошибку, неужели…— Я просто не могу претворяться безобидным и быть тише воды и ниже травы, потому что я просто ненавижу, когда на меня смотрят свысока.

А если обратить внимание в каком положении сейчас находится клан Е, то я уверен, что в скором будущем меня снова бы ожидала таинственная смерть.

На мой взгляд, напыщенность — это самое лучшее прикрытие.

Появившись внезапно, я смог надменно опустить гениальнейшего юношу столицы с его пьедестала, а за моей спиной стоит Бог Меча, с которым никто бы не захотел враждовать.

И поэтому, все подумают, что я уже выложил все свои козыри, вот только…Е У Чэнь усмехнулся и не стал продолжать.

Созданный им образ был идеальным.

Кто бы мог подумать, что этот надменный юноша все еще не показал все свои припрятанные козыри.

А созданный им образ нужен только для того, чтобы вынудить некоторых людей начать действовать.На самом деле, у Е У Чэна еще есть целый набор припрятанных козырей, которые он до сих пор никому не показывал.

К примеру, целая куча сделанной им взрывчатки, способной стереть с лица земли весь клан Линь, или же Меч Императора Юга, с помощью которого он может повелевать всей Сектой Императора Юга.

Или же…О столь мощных козырях не знает никто кроме него.Конечно же Хуа Чжэнь Тянь не мог не распознать смысл за его словами, отчего и удивленно спросил:— Неужели ты скрываешь еще что-то невероятное?Заметив на лице Е У Чэна колебание, Хуа Чжэнь Тянь быстро замахал рукой:— Забудь, это твое дело и тебе незачем рассказывать мне обо всем, да и я не особо горю желанием быть втянутым во все это.

Пусть я о многом и не догадываюсь, но и у меня есть собственные принципы.

Клан Хуа существует ради императорской семьи Страны Небесного Дракона, если бы не было императорской семьи, то и не было бы нынешнего клана Хуа.

А что насчет тебя, мальчишка, то твоя жизнь определенно не будет спокойной и равномерной.

А если когда-нибудь случится что-то непоправимое, то даже несмотря на то, что ты мой зять, я не стану тебе помогать.

Однако… — помолчав немного, Хуа Чжэнь Тянь продолжил более тихим голосом: — Если клан Е действительно окажется в затруднительном и опасном положении, незаметно отправь кого-нибудь сообщить мне об этом… все-таки моя дочь теперь будет у вас.Хуа Чжэнь Тянь как мог поубавил свой громогласный голос, а его последние слова так и вовсе было трудно расслышать.

С его абсолютной верностью Стране Небесного Дракона для Хуа Чжэнь Тяня нужна была просто невероятная решимость чтобы произнести такого рода слова.

Е У Чэнь встал со стула и, поклонившись, произнес:— Спасибо вам большое… уважаемый тесть.Хуа Чжэнь Тянь замер, после чего громко расхохотался:— Ахахахаха, к чему все эти любезности, раз уж ты назвал меня тестем.

Все эти недавние слова я говорил не всерьез, поэтому не стоит принимать все близко к сердцу… А если все же воспримешь всерьез, то пообещай кое-что старику, хорошо?Е У Чэнь торопливо ответил:— Уважаемый тесть, можете просить меня о чем угодно.— Не то, чтобы это была какая-нибудь трудная просьба…После этих слов Хуа Чжэнь Тянь стал говорить немного уклончиво и часто запинаться:— Просто… у меня осталась только одна дочь, и если ты и ее заберешь, то у меня больше никого не останется.

Поэтому… может вы женитесь пораньше и понаделаете мне парочку внуков.

Нет большего счастья для одинокого старика чем внуки.— …***Незаметно проникнувший на территорию клана Хуа Е У Чэнь сейчас же, совершенно не скрываясь, выходил через парадную дверь.

Двое стражников у главных ворот то и дело раскрывали и закрывали рты, никак не решаясь спросить, как он вообще смог проникнуть сюда.

Не успел Е У Чэнь перейти порог, как на глаза ему попался идущий в эту сторону с величественным видом Линь Сяо.

Увидев, как Е У Чэнь довольный выходит из резиденции клана Хуа, Линь Сяо нахмурил брови, но все же культурно отошел в сторону, после чего произнес:— Господин У Чэнь, какая встреча.— О? — Е У Чэнь бросил на Линь Сяо пару взглядов и озадаченно спросил:— Вы выглядите очень знакомо, не подскажете как вас зовут?Стоящие у ворот стражники уж было подумали, что ослышались.

Еще пару дней назад этот молодой господин клана Е полностью разгромил молодого господина Линь Сяо, а сегодня уже не помнит его лица? Или же он попросту не принимал того как противника?— Меня зовут Линь Сяо, — Линь Сяо не стал раздражаться и довольно спокойно ответил.— О… так это господин Линь Сяо.

Пожалуйста, прости мне мою плохую память.

Позволь спросить, по какому делу ты сегодня пожаловал сюда? — беззаботно произнес Е У Чэнь.— Я сегодня пришел проведать уважаемого тестя, а что господин У Чэнь…— Вот как.

К сожалению, господин Линь Сяо пришел сегодня напрасно, — Е У Чэнь пожал плечами и прошел мимо Линь Сяо, ни разу не обернувшись.И в этот момент из двора раздался оглушительный крик, неслабо перепугавший стоящих у ворот стражников:— Сегодня я хочу кое-что обсудить со своей дочерью, гнать прочь всех, кто придет без исключения!Двое стражей переглянулись, и один из них, набравшись смелости, прокричал:— Но глава, к вам пожаловал молодой господин Линь Сяо.— Мне без разницы большой это линь или же маленький линь, ты оглох, что ли? Я же сказал никого не впускать, гнать всех без разбора куда подальше! (Тут игра слов, Сяо в имени Линь Сяо созвучен со словом «маленький»)Линь Сяо же просто покачал головой:— Не стоит, раз уж у вашего главы есть дела, то я не стану отвлекать его.

Прошу прощения.Пусть они уже давно знакомы с этим молодым господином клана Линь, но все же торопливо поклонились в ответ:— Удачного вам дня, молодой господин Линь.Глядя на спокойно и неторопливо удаляющегося Е У Чэна, Линь Сяо, стиснув зубы, быстрым шагом подбежал к нему:— Не мог бы ты немного задержаться, господин У Чэнь, я бы хотел с тобой кое о чем поговорить.— О? Можешь говорить, ни о чем не беспокоясь, — ответил Е У Чэнь, однако скорости он сбавлять он вовсе не собирался и даже не обернулся в сторону Линь Сяо.Линь Сяо мог только стерпеть и продолжить:— Господин У Чэнь, что мне нужно сделать, чтобы ты отпустил госпожу Шуй Жоу? Ты настолько талантлив, что влюбившимся в тебя девушкам нет числа, и даже юные леди из клана Чжугэ и клана Шангуан, которые при встрече со мной и бровью не повели, так сильно восхищаются тобой, что даже самолично пожаловали с предложением о браке.

Так почему же ты все никак не желаешь отпустить госпожу Шуй Жоу? Неужели ты не понимаешь, что таким образом ты лишь усугубляешь отношения между нашими кланами?— Наши кланы никогда не были в хороших отношениях.

Так что одним делом больше, одним меньше — разницы нет никакой, — с безразличием произнес Е У Чэнь.— Нашу с Хуа Шуй Жоу помолвку благословил сам император…— В таком случае иди и жалуйся об этом императору.Линь Сяо сделал глубокий вздох, после чего произнес более низким голосом:— Если ты откажешься от Хуа Шуй Жоу, я готов пообещать тебе что угодно.

Можешь считать это… моей самой большой просьбой…Е У Чэнь слегка нахмурил брови и спросил:— Ты когда-нибудь преклонял перед кем-нибудь голову?— Никогда.— Но сейчас ты склонил голову передо мной, и ты доволен этим?

— Все, что ты сказал… Есть ли у тебя доказательства? — спокойно спросил Хуа Чжэнь Тянь, пристально глядя на Е У Чэна.

Для такого легкомысленного человека как Хуа Чжэнь Тянь такое серьезное поведение означало, что он действительно был потрясен этой новостью и испытывал довольно сложные чувства.

— У меня нет доказательств, но я никогда не сомневаюсь в своих суждениях.

Тем более, даже без доказательств, я верю, что господин Хуа уже частично поверил моим словам, — ответил Е У Чэнь: — Все потому, что клан Е все еще необходим для устрашения Страны Ветра, так что император просто не может выдать свои намерения, и поэтому он решил, не привлекая внимания, находясь полностью в тени завладеть всем кланом Е.

Если бы я не вернулся, то члены клана Е до самой смерти не подозревали о том, что тот, кому они присягнули в верности, захочет он них же избавиться.

Хуа Чжэнь Тянь непрерывно чесал свою голову.

Прямо сейчас внутри него бушевал настоящий ураган беспокойства, отчего ему даже захотелось взвыть во все горло.

Слова Е У Чэна были настоящим предательством по отношению к императорской семье, но если он решил вот так выложить все без утайки, то это означало, что все это вовсе не пустые домыслы мальчишки, а твердая уверенность.

Хуа Чжэнь Тянь не хотел этому верить, но все же подсознательно уже принял большинство его слов.

Неожиданно, будто поняв что-то, Хуа Чжэнь Тянь резко поднял голову и сурово спросил:

— Парень, неужели ты сблизился с моей дочерью только чтобы завладеть кланом Хуа?

— Верно… но это лишь отчасти.

Если бы мне не нравилась Шуй Жоу, то пусть бы даже клан Хуа был в десять раз сильнее и влиятельнее чем сейчас, я бы все равно не стал использовать такой способ.

Хуа Чжэнь Тянь не стал впадать в ярость и лишь хмуро ответил:

— Хвалю тебя за честность.

Если ты сейчас сказал, что не проявляешь интерес к клану Хуа, я бы даже не посмотрел, что ты мой зять и одним ударом отправил тебя в полет.

Е У Чэнь слабо улыбнулся, после чего вздохнул:

— Господин Хуа, простите меня за мои слова, но вы ведь согласились на помолвку с кланом линь не только потому, что Линь Сяо настолько одарен, а главной причиной являлось то, что на вас шло сильное давление со стороны императора, я прав? В противном случае вы бы ни за что не согласились определять судьбу Шуй Жоу в столь юном возрасте.

Да и к тому же, перед тем, как согласиться, вы определенно выпили немало алкоголя.

Хуа Чжэнь Тянь повел бровью и, после недолгого молчания, ответил:

— Ты все верно подметил.

И только сейчас Хуа Чжэнь Тянь осознал, что каждое слово Е У Чэна настолько поразительно точно.

— Раз ты решился поведать все свои рассуждения мне, то это значит, что ты мне полностью доверяешь.

Я никому не скажу об этом.

Однако это вовсе не значит, что я поверил тебе.

Но в любом случае, сказал ты правду или нет, ты совершил поистине фатальную ошибку… Если же кто-то действительно намеревается навредить клану Е, неважно кто это, ты не должен был так просто раскрывать себя! В тот день ты перед столькими людьми раскрыл свою силу и талант, а также объявил, что за тобой стоит сам Бог Меча.

Может, тебе и кажется, что таким образом ты обеспечил себе безопасность, но на самом деле ты вырыл себе еще большую могилу, — раздраженно проболтал Хуа Чжэнь Тянь.

Прямо сейчас он просто не мог не беспокоиться о безопасности Е У Чэна, ведь его безопасность касается и счастья его дорогой дочери.

Чувства Е У Чэна по отношению к Хуа Шуй Жоу естественно не могли дойти до уровня запредельной любви за столь короткое время.

Она ему просто приглянулась.

Однако он просто не мог позволить кому-то еще завладеть той, что приглянулась ему.

И в то же время, вместе с Хуа Шуй Жоу можно будет получить поддержку Хуа Чжэнь Тяня и всего клана Хуа.

Поэтому Е У Чэнь просто обязан заполучить ее сердце, и чем раньше, тем лучше.

И даже в самом худшем случае нельзя позволить, чтобы Хуа Шуй Жоу вошла в клан Линь.

И недавние упреки со стороны Хуа Чжэнь Тяня отчетливо показывали настолько верным было то решение.

Е У Чэнь негромко рассмеялся и спокойно продолжил:

— Раз уж такой смышленый человек как господин Хуа уже догадался об этом, то я думаю остальные тоже должны кое-что разъяснить для себя.

Хуа Чжэнь Тянь остолбенел ненадолго, размышляя над словами Е У Чэна, и, как будто о чем-то догадавшись, произнес:

— Твоей сообразительности просто нет равных.

С твоим умом ты просто не мог совершить столь глупую ошибку, неужели…

— Я просто не могу претворяться безобидным и быть тише воды и ниже травы, потому что я просто ненавижу, когда на меня смотрят свысока.

А если обратить внимание в каком положении сейчас находится клан Е, то я уверен, что в скором будущем меня снова бы ожидала таинственная смерть.

На мой взгляд, напыщенность — это самое лучшее прикрытие.

Появившись внезапно, я смог надменно опустить гениальнейшего юношу столицы с его пьедестала, а за моей спиной стоит Бог Меча, с которым никто бы не захотел враждовать.

И поэтому, все подумают, что я уже выложил все свои козыри, вот только…

Е У Чэнь усмехнулся и не стал продолжать.

Созданный им образ был идеальным.

Кто бы мог подумать, что этот надменный юноша все еще не показал все свои припрятанные козыри.

А созданный им образ нужен только для того, чтобы вынудить некоторых людей начать действовать.

На самом деле, у Е У Чэна еще есть целый набор припрятанных козырей, которые он до сих пор никому не показывал.

К примеру, целая куча сделанной им взрывчатки, способной стереть с лица земли весь клан Линь, или же Меч Императора Юга, с помощью которого он может повелевать всей Сектой Императора Юга.

О столь мощных козырях не знает никто кроме него.

Конечно же Хуа Чжэнь Тянь не мог не распознать смысл за его словами, отчего и удивленно спросил:

— Неужели ты скрываешь еще что-то невероятное?

Заметив на лице Е У Чэна колебание, Хуа Чжэнь Тянь быстро замахал рукой:

— Забудь, это твое дело и тебе незачем рассказывать мне обо всем, да и я не особо горю желанием быть втянутым во все это.

Пусть я о многом и не догадываюсь, но и у меня есть собственные принципы.

Клан Хуа существует ради императорской семьи Страны Небесного Дракона, если бы не было императорской семьи, то и не было бы нынешнего клана Хуа.

А что насчет тебя, мальчишка, то твоя жизнь определенно не будет спокойной и равномерной.

А если когда-нибудь случится что-то непоправимое, то даже несмотря на то, что ты мой зять, я не стану тебе помогать.

Однако… — помолчав немного, Хуа Чжэнь Тянь продолжил более тихим голосом: — Если клан Е действительно окажется в затруднительном и опасном положении, незаметно отправь кого-нибудь сообщить мне об этом… все-таки моя дочь теперь будет у вас.

Хуа Чжэнь Тянь как мог поубавил свой громогласный голос, а его последние слова так и вовсе было трудно расслышать.

С его абсолютной верностью Стране Небесного Дракона для Хуа Чжэнь Тяня нужна была просто невероятная решимость чтобы произнести такого рода слова.

Е У Чэнь встал со стула и, поклонившись, произнес:

— Спасибо вам большое… уважаемый тесть.

Хуа Чжэнь Тянь замер, после чего громко расхохотался:

— Ахахахаха, к чему все эти любезности, раз уж ты назвал меня тестем.

Все эти недавние слова я говорил не всерьез, поэтому не стоит принимать все близко к сердцу… А если все же воспримешь всерьез, то пообещай кое-что старику, хорошо?

Е У Чэнь торопливо ответил:

— Уважаемый тесть, можете просить меня о чем угодно.

— Не то, чтобы это была какая-нибудь трудная просьба…

После этих слов Хуа Чжэнь Тянь стал говорить немного уклончиво и часто запинаться:

— Просто… у меня осталась только одна дочь, и если ты и ее заберешь, то у меня больше никого не останется.

Поэтому… может вы женитесь пораньше и понаделаете мне парочку внуков.

Нет большего счастья для одинокого старика чем внуки.

Незаметно проникнувший на территорию клана Хуа Е У Чэнь сейчас же, совершенно не скрываясь, выходил через парадную дверь.

Двое стражников у главных ворот то и дело раскрывали и закрывали рты, никак не решаясь спросить, как он вообще смог проникнуть сюда.

Не успел Е У Чэнь перейти порог, как на глаза ему попался идущий в эту сторону с величественным видом Линь Сяо.

Увидев, как Е У Чэнь довольный выходит из резиденции клана Хуа, Линь Сяо нахмурил брови, но все же культурно отошел в сторону, после чего произнес:

— Господин У Чэнь, какая встреча.

— О? — Е У Чэнь бросил на Линь Сяо пару взглядов и озадаченно спросил:

— Вы выглядите очень знакомо, не подскажете как вас зовут?

Стоящие у ворот стражники уж было подумали, что ослышались.

Еще пару дней назад этот молодой господин клана Е полностью разгромил молодого господина Линь Сяо, а сегодня уже не помнит его лица? Или же он попросту не принимал того как противника?

— Меня зовут Линь Сяо, — Линь Сяо не стал раздражаться и довольно спокойно ответил.

— О… так это господин Линь Сяо.

Пожалуйста, прости мне мою плохую память.

Позволь спросить, по какому делу ты сегодня пожаловал сюда? — беззаботно произнес Е У Чэнь.

— Я сегодня пришел проведать уважаемого тестя, а что господин У Чэнь…

К сожалению, господин Линь Сяо пришел сегодня напрасно, — Е У Чэнь пожал плечами и прошел мимо Линь Сяо, ни разу не обернувшись.

И в этот момент из двора раздался оглушительный крик, неслабо перепугавший стоящих у ворот стражников:

— Сегодня я хочу кое-что обсудить со своей дочерью, гнать прочь всех, кто придет без исключения!

Двое стражей переглянулись, и один из них, набравшись смелости, прокричал:

— Но глава, к вам пожаловал молодой господин Линь Сяо.

— Мне без разницы большой это линь или же маленький линь, ты оглох, что ли? Я же сказал никого не впускать, гнать всех без разбора куда подальше! (Тут игра слов, Сяо в имени Линь Сяо созвучен со словом «маленький»)

Линь Сяо же просто покачал головой:

— Не стоит, раз уж у вашего главы есть дела, то я не стану отвлекать его.

Прошу прощения.

Пусть они уже давно знакомы с этим молодым господином клана Линь, но все же торопливо поклонились в ответ:

— Удачного вам дня, молодой господин Линь.

Глядя на спокойно и неторопливо удаляющегося Е У Чэна, Линь Сяо, стиснув зубы, быстрым шагом подбежал к нему:

— Не мог бы ты немного задержаться, господин У Чэнь, я бы хотел с тобой кое о чем поговорить.

— О? Можешь говорить, ни о чем не беспокоясь, — ответил Е У Чэнь, однако скорости он сбавлять он вовсе не собирался и даже не обернулся в сторону Линь Сяо.

Линь Сяо мог только стерпеть и продолжить:

— Господин У Чэнь, что мне нужно сделать, чтобы ты отпустил госпожу Шуй Жоу? Ты настолько талантлив, что влюбившимся в тебя девушкам нет числа, и даже юные леди из клана Чжугэ и клана Шангуан, которые при встрече со мной и бровью не повели, так сильно восхищаются тобой, что даже самолично пожаловали с предложением о браке.

Так почему же ты все никак не желаешь отпустить госпожу Шуй Жоу? Неужели ты не понимаешь, что таким образом ты лишь усугубляешь отношения между нашими кланами?

— Наши кланы никогда не были в хороших отношениях.

Так что одним делом больше, одним меньше — разницы нет никакой, — с безразличием произнес Е У Чэнь.

— Нашу с Хуа Шуй Жоу помолвку благословил сам император…

— В таком случае иди и жалуйся об этом императору.

Линь Сяо сделал глубокий вздох, после чего произнес более низким голосом:

— Если ты откажешься от Хуа Шуй Жоу, я готов пообещать тебе что угодно.

Можешь считать это… моей самой большой просьбой…

Е У Чэнь слегка нахмурил брови и спросил:

— Ты когда-нибудь преклонял перед кем-нибудь голову?

— Но сейчас ты склонил голову передо мной, и ты доволен этим?