— Прошу умерьте свой гнев, второй дедушка.

Просто моих навыков оказалось недостаточно, и нельзя винить в этом господина У Чэна, — прикрывая порез рукой, выступил вперед Линь Сяо, а затем повернулся к Е У Чэна и с горькой улыбкой проговорил: — Навыки господина У Чэна действительно выдающиеся, я целиком и полностью признаю свое поражение.

Похоже, что я все это время был всего лишь лягушкой в колодце.— Немедленно окажите Сяо Эр медицинскую помощь! — прокричал Линь Куан.— Хо-хо, старик Линь, можешь не волноваться так сильно.

Чэнь Эр и так обошелся помягче с твоим внуком, это всего лишь небольшая рана.

Если бы мой внук нанес удар по горлу, вот тогда и волновался бы, — утешительным тоном съехидничал Е Ну.Мышцы на лице Линь Куана не прекращали дергаться.

Холодно фыркнув, он тяжело плюхнулся обратно на свое место.

Е Ну же, увидев это его выражение лица, с трудом сдерживался чтобы не начать плясать прямо здесь и сейчас.После того, как Линь Сяо спустился с арены, сидящий рядом с Лун Инем маг света торопливо удалился и отправился помочь Линь Сяо с лечением.Не бить по лицу — элементарное правило поединка, не говоря уже о том, чтобы порезать лицо мечом.

Этим поступком Е У Чэнь дал тяжелую пощечину всему клану Линь.Сидящие на трибунах зрители с широкими глазами уставились на стоящего на арене е у Чэна.

После этого происшествия кто еще посмеет назвать молодого господина клана Е больным ничтожеством.— Ты чертов мальчишка!Громоподобный голос разразился по всему стадиону.

Огромный человеческий силуэт взмыл высоко в небо и с громким звуком приземлился на арену.

После его приземления, Е У Чэнь невольно ощутил, как вся арена затряслась от прыжка этого человека.— А… Отец! — испуганно вскрикнула Хуа Шуй Жоу.

Вот только ее голос был настолько тихим, что сиганувший на арену Хуа Чжэнь Тянь, естественно, не услышал ее.— Так это вы, господин Хуа.

Позвольте спросить… вам что-то нужно от меня? — улыбаясь задал вопрос Е У Чэнь.Так дерзко вести себя в присутствии императора мог лишь один человек, и, без сомнения, этим человеком являлся Хуа Чжэнь Тянь.

Лун Инь уже было хотел что-то произнести, но в итоге так и ничего не сказал.

По его виду нельзя было сказать, что он разгневан таким поведением Хуа Чжэнь Тяня.

Можно было сказать, что он уже давно привык к характеру этого человека.— Иди ты к черту! Ты мелкий засранец посмел поранить лицо моего будущего зятя! Да я тебя за это так проучу, что надолго запомнишь! — вытаращил глаза Хуа Чжэнь Тянь, а в его зрачках в этот момент даже можно было увидеть горящее пламя.

Он любил и лелеял дочь больше своей жизни, и поэтому благосклонно относился к юноше, который в скором времени станет ее мужем.

А теперь же, он увидел, как кто-то порезал ножом его будущего зятя, да и к тому же порезал лицо.

Его терпению пришел конец, и он просто выпрыгнул прямо на арену к Е у Чэну.Вместе с гневом, огромная бушующая энергия устремилась прямо на Е У Чэна.

Под действием такого давления у Е У Чэна сперло в груди, и он почувствовал, будто огромная скала вдавливает его в землю.

От такого Е У Чэнь не мог не поразиться.

Этот глава клана Хуа обладает силой духовного ранга.Увидев, как на внука, который недавно так блестяще показал себя, набросился разъяренный Хуа Чжэнь Тянь, Е Ну вскочил со своего места и, указав на того пальцем, гневно прокричал:— Хуа Чжэнь Тянь, просто этот пацан из клана Линь оказался слишком слаб, какое отношение это имеет к моему внуку! Хватит строить из себя посмешище!Хуа Чжэнь Тянь резко обернулся и своим грохочущим, словно разорвавшаяся мина, голосом проревел:— Старик Е, я лишь знаю, что этот мальчишка порезал лицо моего будущего зятя.

Как ты теперь прикажешь жить моей дочурке! Даже если этот мальчишка и твой внук, я все равно заставлю его ответить за это!Распаленный Хуа Чжэнь Тянь уже не обращал внимания на кого он орет.

Даже император не будет исключением, не то что Е Ну.— Даже если твой будущий зять умрет, меня это не касается.

Если ты хоть пальцем тронешь моего внука, я завтра же сожгу весь твой клан Хуа!— Ха! Да я сегодня так отделаю этого пацана, что родная мама не узнает! И если же ты завтра не придешь сжигать мой клан, то станешь обычным куском дерьма!— Думаешь, я не посмею? Да когда я не щадил своей жизни на поле боя, ты еще пил грудное молоко у своей матери!— И что ты можешь один на поле боя? Да я одной небесной молнией разнесу весь твой клан Е!Двое то и дело все яростнее оскорбляли друг друга, и, кажись, еще немного и они перейдут от слов к делу.

Лун Инь криво улыбался, однако вмешиваться не собирался.

Линь Янь же тем более не произносил ни слова и лишь про себя не мог не нарадоваться этой сценой.

Для него не было ничего лучше, чем противостояние клана Е и клана Хуа.Хуа Шуй Жоу сильно сжала свои кулачки, от волнения на ее глазах можно было заметить капельки слез.

И если бы ее сейчас увидели юноши знатных родов, то они бы тут же потеряли рассудок, а их сердце бы вырывалось из груди от такой божественной картины.— Все, хватит.

Прекратите орать! — выкрикнул Е У Чэнь, уже не в силах сдержаться.Его выкрик действительно заставил Хуа Чжэнь Тяня перевести свой взгляд на него.

Потерев свои кулаки, он злобно выругался:— Сейчас я разберусь с этим стариком и перейду на мелкого.

Сегодня я проучу тебя так, что тебя родная мама не узнает!— Погодите немного, господин Хуа.

Может, для начала, выслушаете меня?— Если есть что сказать, давай быстрее.Е У Чэнь слабо улыбнулся, а затем, внезапно нагнулся и воткнул обрубок меча в землю и быстро двинулся вперед.

Всего лишь за пару мгновений он уже вычертил круг диаметром около пяти метров на земле.

Когда Е У Чэнь вернулся на свое изначальное место, то он и Хуа Чжэнь Тянь оба оказались внутри этого круга.— То, что я поранил вашего будущего зятя, действительно моя вина.

Вот только клан Е и клан Хуа оба служат Стране Небесного Дракона и являются опорой страны, и оба клана никак не могут начать враждовать из-за сегодняшнего происшествия.

Поэтому, дабы избежать конфликта между нашими семьями, я осмелюсь предложить господину Хуа поединок.

Кто первым выйдет за пределы круга, тот и проиграет, как вам такое?— Чушь собачья, сегодня я специально вышел, чтобы проучить тебя! И что прикажешь мне делать, если ты сам выпрыгнешь из круга! Не держи меня за идиота! — яростно прокричал Хуа Чжэнь Тянь.— Неужели вы боитесь?— Пошел к черту!— В таком случае, если я проиграю, то вы можете наказать меня как пожелаете.

Как вам такой вариант? Господин Хуа… вы осмелитесь принять вызов?— Ха! Ты сам это сказал! Думаешь, я чего-то испугаюсь!— В таком случае, может, поднимем ставки?— Говори!— Тот, кто первым выйдет за пределы круга, проиграет.

Победитель выполняет три просьбы проигравшего, как вам? — отчетливо, но в то же время невероятно быстро проговорил Е у Чэнь.— Хорошо! Чего мне бояться! Раз ты мальчишка так хочешь умереть, я исполню твое желание! — даже ничего не обдумав, Хуа Чжэнь Тянь быстро согласился.

Сжав кулаки и приняв стойку, он уже собрался наброситься на Е У Чэна.

Все его техники были направлены на укрепление собственного тела, поэтому он был абсолютно уверен, что даже стой он на месте и не двигайся, Е У Чэнь все равно не сможет сдвинуть его ни на йоту.— Хорошо.

В таком случае начинаем.

Будьте осторожны, господин Хуа, — на лице Е У Чэна появилась самодовольная ухмылка.Часть людей на трибунах наконец-таки смогли опомниться.

Однако не успели они еще ничего выкрикнуть, как Е У Чэнь красиво и непринужденно отпрыгнул назад за пределы круга.Хуа Чжэнь Тянь сначала замер от удивления, а затем, указывая пальцем, громко рассмеялся:— Не думал, что ты такая тряпка.

Ну а раз уж ты проиграл, то теперь…— Я проиграл, а теперь, следуя нашему уговору, прошу господина Хуа исполнить три моих просьбы, — хихикая прервал его Е У Чэнь.Хуа Чжэнь Тянь выпучил глаза, едва не взорвавшись от гнева:— Пацан, у тебя с головой все в порядке? Это я выиграл спор, так что это ты обязан исполнить три мои просьбы!— Похоже, что господин Хуа немного ослышался.

Я сказал Победитель Выполняет Три Просьбы Проигравшего.

Это вы победитель, а я проигравший в нашем споре, — с невинным выражением лица объяснил ему Е у Чэнь.Хуа Чжэнь Тянь вытаращил глаза и распахнул рот и тут же быстро повернулся в сторону трибун.

— Прошу умерьте свой гнев, второй дедушка.

Просто моих навыков оказалось недостаточно, и нельзя винить в этом господина У Чэна, — прикрывая порез рукой, выступил вперед Линь Сяо, а затем повернулся к Е У Чэна и с горькой улыбкой проговорил: — Навыки господина У Чэна действительно выдающиеся, я целиком и полностью признаю свое поражение.

Похоже, что я все это время был всего лишь лягушкой в колодце.

— Немедленно окажите Сяо Эр медицинскую помощь! — прокричал Линь Куан.

— Хо-хо, старик Линь, можешь не волноваться так сильно.

Чэнь Эр и так обошелся помягче с твоим внуком, это всего лишь небольшая рана.

Если бы мой внук нанес удар по горлу, вот тогда и волновался бы, — утешительным тоном съехидничал Е Ну.

Мышцы на лице Линь Куана не прекращали дергаться.

Холодно фыркнув, он тяжело плюхнулся обратно на свое место.

Е Ну же, увидев это его выражение лица, с трудом сдерживался чтобы не начать плясать прямо здесь и сейчас.

После того, как Линь Сяо спустился с арены, сидящий рядом с Лун Инем маг света торопливо удалился и отправился помочь Линь Сяо с лечением.

Не бить по лицу — элементарное правило поединка, не говоря уже о том, чтобы порезать лицо мечом.

Этим поступком Е У Чэнь дал тяжелую пощечину всему клану Линь.

Сидящие на трибунах зрители с широкими глазами уставились на стоящего на арене е у Чэна.

После этого происшествия кто еще посмеет назвать молодого господина клана Е больным ничтожеством.

— Ты чертов мальчишка!

Громоподобный голос разразился по всему стадиону.

Огромный человеческий силуэт взмыл высоко в небо и с громким звуком приземлился на арену.

После его приземления, Е У Чэнь невольно ощутил, как вся арена затряслась от прыжка этого человека.

— А… Отец! — испуганно вскрикнула Хуа Шуй Жоу.

Вот только ее голос был настолько тихим, что сиганувший на арену Хуа Чжэнь Тянь, естественно, не услышал ее.

— Так это вы, господин Хуа.

Позвольте спросить… вам что-то нужно от меня? — улыбаясь задал вопрос Е У Чэнь.

Так дерзко вести себя в присутствии императора мог лишь один человек, и, без сомнения, этим человеком являлся Хуа Чжэнь Тянь.

Лун Инь уже было хотел что-то произнести, но в итоге так и ничего не сказал.

По его виду нельзя было сказать, что он разгневан таким поведением Хуа Чжэнь Тяня.

Можно было сказать, что он уже давно привык к характеру этого человека.

— Иди ты к черту! Ты мелкий засранец посмел поранить лицо моего будущего зятя! Да я тебя за это так проучу, что надолго запомнишь! — вытаращил глаза Хуа Чжэнь Тянь, а в его зрачках в этот момент даже можно было увидеть горящее пламя.

Он любил и лелеял дочь больше своей жизни, и поэтому благосклонно относился к юноше, который в скором времени станет ее мужем.

А теперь же, он увидел, как кто-то порезал ножом его будущего зятя, да и к тому же порезал лицо.

Его терпению пришел конец, и он просто выпрыгнул прямо на арену к Е у Чэну.

Вместе с гневом, огромная бушующая энергия устремилась прямо на Е У Чэна.

Под действием такого давления у Е У Чэна сперло в груди, и он почувствовал, будто огромная скала вдавливает его в землю.

От такого Е У Чэнь не мог не поразиться.

Этот глава клана Хуа обладает силой духовного ранга.

Увидев, как на внука, который недавно так блестяще показал себя, набросился разъяренный Хуа Чжэнь Тянь, Е Ну вскочил со своего места и, указав на того пальцем, гневно прокричал:

— Хуа Чжэнь Тянь, просто этот пацан из клана Линь оказался слишком слаб, какое отношение это имеет к моему внуку! Хватит строить из себя посмешище!

Хуа Чжэнь Тянь резко обернулся и своим грохочущим, словно разорвавшаяся мина, голосом проревел:

— Старик Е, я лишь знаю, что этот мальчишка порезал лицо моего будущего зятя.

Как ты теперь прикажешь жить моей дочурке! Даже если этот мальчишка и твой внук, я все равно заставлю его ответить за это!

Распаленный Хуа Чжэнь Тянь уже не обращал внимания на кого он орет.

Даже император не будет исключением, не то что Е Ну.

— Даже если твой будущий зять умрет, меня это не касается.

Если ты хоть пальцем тронешь моего внука, я завтра же сожгу весь твой клан Хуа!

— Ха! Да я сегодня так отделаю этого пацана, что родная мама не узнает! И если же ты завтра не придешь сжигать мой клан, то станешь обычным куском дерьма!

— Думаешь, я не посмею? Да когда я не щадил своей жизни на поле боя, ты еще пил грудное молоко у своей матери!

— И что ты можешь один на поле боя? Да я одной небесной молнией разнесу весь твой клан Е!

Двое то и дело все яростнее оскорбляли друг друга, и, кажись, еще немного и они перейдут от слов к делу.

Лун Инь криво улыбался, однако вмешиваться не собирался.

Линь Янь же тем более не произносил ни слова и лишь про себя не мог не нарадоваться этой сценой.

Для него не было ничего лучше, чем противостояние клана Е и клана Хуа.

Хуа Шуй Жоу сильно сжала свои кулачки, от волнения на ее глазах можно было заметить капельки слез.

И если бы ее сейчас увидели юноши знатных родов, то они бы тут же потеряли рассудок, а их сердце бы вырывалось из груди от такой божественной картины.

— Все, хватит.

Прекратите орать! — выкрикнул Е У Чэнь, уже не в силах сдержаться.

Его выкрик действительно заставил Хуа Чжэнь Тяня перевести свой взгляд на него.

Потерев свои кулаки, он злобно выругался:

— Сейчас я разберусь с этим стариком и перейду на мелкого.

Сегодня я проучу тебя так, что тебя родная мама не узнает!

— Погодите немного, господин Хуа.

Может, для начала, выслушаете меня?

— Если есть что сказать, давай быстрее.

Е У Чэнь слабо улыбнулся, а затем, внезапно нагнулся и воткнул обрубок меча в землю и быстро двинулся вперед.

Всего лишь за пару мгновений он уже вычертил круг диаметром около пяти метров на земле.

Когда Е У Чэнь вернулся на свое изначальное место, то он и Хуа Чжэнь Тянь оба оказались внутри этого круга.

— То, что я поранил вашего будущего зятя, действительно моя вина.

Вот только клан Е и клан Хуа оба служат Стране Небесного Дракона и являются опорой страны, и оба клана никак не могут начать враждовать из-за сегодняшнего происшествия.

Поэтому, дабы избежать конфликта между нашими семьями, я осмелюсь предложить господину Хуа поединок.

Кто первым выйдет за пределы круга, тот и проиграет, как вам такое?

— Чушь собачья, сегодня я специально вышел, чтобы проучить тебя! И что прикажешь мне делать, если ты сам выпрыгнешь из круга! Не держи меня за идиота! — яростно прокричал Хуа Чжэнь Тянь.

— Неужели вы боитесь?

— Пошел к черту!

— В таком случае, если я проиграю, то вы можете наказать меня как пожелаете.

Как вам такой вариант? Господин Хуа… вы осмелитесь принять вызов?

— Ха! Ты сам это сказал! Думаешь, я чего-то испугаюсь!

— В таком случае, может, поднимем ставки?

— Тот, кто первым выйдет за пределы круга, проиграет.

Победитель выполняет три просьбы проигравшего, как вам? — отчетливо, но в то же время невероятно быстро проговорил Е у Чэнь.

— Хорошо! Чего мне бояться! Раз ты мальчишка так хочешь умереть, я исполню твое желание! — даже ничего не обдумав, Хуа Чжэнь Тянь быстро согласился.

Сжав кулаки и приняв стойку, он уже собрался наброситься на Е У Чэна.

Все его техники были направлены на укрепление собственного тела, поэтому он был абсолютно уверен, что даже стой он на месте и не двигайся, Е У Чэнь все равно не сможет сдвинуть его ни на йоту.

В таком случае начинаем.

Будьте осторожны, господин Хуа, — на лице Е У Чэна появилась самодовольная ухмылка.

Часть людей на трибунах наконец-таки смогли опомниться.

Однако не успели они еще ничего выкрикнуть, как Е У Чэнь красиво и непринужденно отпрыгнул назад за пределы круга.

Хуа Чжэнь Тянь сначала замер от удивления, а затем, указывая пальцем, громко рассмеялся:

— Не думал, что ты такая тряпка.

Ну а раз уж ты проиграл, то теперь…

— Я проиграл, а теперь, следуя нашему уговору, прошу господина Хуа исполнить три моих просьбы, — хихикая прервал его Е У Чэнь.

Хуа Чжэнь Тянь выпучил глаза, едва не взорвавшись от гнева:

— Пацан, у тебя с головой все в порядке? Это я выиграл спор, так что это ты обязан исполнить три мои просьбы!

— Похоже, что господин Хуа немного ослышался.

Я сказал Победитель Выполняет Три Просьбы Проигравшего.

Это вы победитель, а я проигравший в нашем споре, — с невинным выражением лица объяснил ему Е у Чэнь.

Хуа Чжэнь Тянь вытаращил глаза и распахнул рот и тут же быстро повернулся в сторону трибун.