Раздалась едва слышимая песнь.Она постепенно становилась громче, и уже вскоре песнь бога-дракона раздавалась так же громко как и раньше.

Каннибал поглотил лишь частичку дракона, покрывающего весь Зиордал, и для него это даже на царапину не тянет.Я обратился к растерянной Нае:— Снаружи опасно.

Возвращайся в замок.— Х-хорошо.

Еще раз прошу прощения.

Идём, Канни, на этот раз будь послушным мальчиком.Каннибал пропищал ей в ответ.Ная скрылась в дверях замка с прижатым к груди дракончиком.Воспользовавшись <Фрес>, я подлетел и осмотрел Зиордал сверху.Молитвенное пламя, уносящееся вверх с четырёх направлений, уже исчезло.

Только я подумал об этом, как оно вновь выстрелило с четырёх сторон.Пламя столкнулось с «Луной созидания», что висит под куполом, и от столкновения с барьером во все стороны посыпались луноцветы.Присоединившись к магической связи, налаженной через <Гайз>, я увидел глазами Рея и остальных, что все они уже ведут бой с отрядами, которые выстрелили новым молитвенным пламенем.

Враг представляет собой целый батальон, так что сразу огонь прекратить не удастся, но это лишь вопрос времени.Песнь бога-дракона мешает магическим глазам, и это укрывает даже крупные войска.Они воспользовались большими отрядами для отвлечения внимания, и скорее всего имеют еще войска в запасе.Где-то там верховный священник Горулоан, командующий всей армией.

Он внимательно наблюдает за возможностью выстрелить по поверхности… Так он хочет заставить меня думать.Поэтому огонь и ведётся по Мидхейзу.Город с самым большим населением, поэтому в своих рассуждениях я буду склоняться в этом русле.

Он хочет, чтобы моё внимание было приковано к молитвенному пламени.Настоящей же целью является песнь бога-дракона.

Он хочет заставить нас думать, что она лишь для сокрытия войск, ведущих огонь молитвенным пламенем.Но дело скорее всего лишь в том, что песнь никак не скрыть.

Когда бог-дракон, звуковой дракон, приходит в действие, то его слышно даже через скрывающую магию.Дабы всё выглядело естественно, он начал вести обстрел.Песнь бога-дракона обладает схожими свойствами, что и драконья область.

Вот только в случае бога-дракон, это лишь побочный эффект.

Раз это настоящий дракон, он способен на что-то другое.И в этом скорее всего заключается цель верховного священника.Я взглянул на Зиордал магическими глазами.

Им мешают помехи, но обнаружить место, где песнь звучит громче всего, от этого не сложнее.Наоборот, можно увидеть место, в котором не видно магической силы.Охватив взором страну, я нашел точку на западе, в которой не видно даже крупицы магической силы.Двести километров отсюда, подземные руины Ригалондрол.Не жалея магической силы, я на полной скорости полетел туда с помощью <Фрес> и вскоре уже находился на месте.Песнь бога-дракона звучит здесь многократно громче, вплоть до того, что закладывает уши.Я спустился, распахнул ворота и залетел внутрь.

Я спускался всё ниже и ниже, но в отличие от вчерашнего дня конца этому не было.В итоге я должен был очутиться в руинах, но вылетел в небо.

Надо мной был купол, а внизу пустошь с книжными шкафами из сна бога отпечатков.Вплоть до горизонта над землёй возвышались огромные книжные шкафы.

В центре всего это стоял бог в величественном наряде с белоснежной книгой в руках.Бог отпечатков Ривалшнеддо.А рядом с ним на коленях и в молитвенной позе верховный священник Горулоан.Приземлившись на пустошь, я взглянул на них.— Значит у бога отпечатков Ривалшнеддо всё это время была заключена с тобой клятва?После моих слов Горулоан тихонько заговорил:— Да, бог отпечатков — хранитель Зиордала, передававшийся из поколения в поколение между верховными священниками.

Я заключил клятву с Ривалшнеддо еще до того, как был избран богом евангелия Дулудирэдом.Для выживания в подземном мире требуется сила бога.

Правдивый рассказ.— Песнь бога-дракона на самом деле является звуковым драконом.

Если глубже заглянуть в его бездну, можно увидеть формирование фонематического круга.Фонематический круг непрерывно создаёт бога-дракона, или иначе говоря звукового дракона.Верховный священник всё так же стоя на коленях со сложенными руками распахнул глаза.Я подошел к нему и сказал:— Фонематическим кругом когда-то воспользовались в подземном мире.

Подобрав эти отпечатки, соединив их и поставив на повторение, поколения верховных священников добились воспроизведения фонематического круга на весь Зиордал.

Они наследовали бога отпечатков и священный завет для грядущего дня.И вероятней всего этот день сегодня.— Не знаю, с каких пор звучит песнь бога-дракона, но фонематический круг играет по меньшей мере тысячу лет.

С такой великой магией, использующей порядок бога отпечатков, можно без труда творить даже чудеса.Горулоан ответил с набожным лицом:— Если бы только Ахид не поступил вопреки учениям, тебя бы сейчас здесь не было.Полагаю, больше он не намерен ничего скрывать.Дидрих, пророк из Агахи, сказал, что если оставить Горулоана в живых, Дируйхейдо подвергнется опасности.

Должно быть верховный священник именно из-за этого пророчества изображал непонимание, а потом попытался удержать меня под землёй с помощью обстрела поверхности.— Целью является не Мидхейз, а весь Дирухейдо.

Нет, учитывая масштабы фонематического круга — вся поверхность, — я обратился к продолжавшему молиться Горулоану. — Учения бога гласят о снесении купола, верховный священник Зиордала?— Если учениями Агахи является перерождение в чреве короля-дракона из смертных в детей драконов, то учениями Зиордала является перерождение мира в чреве бога-дракона, — начал величественно проповедовать Горулоан. — Он поглотит мир, выносит его, и породит его правильную версию.

Божественный посланник, что превратит купол в небо, и сотрёт границу между поверхностью и подземным миром — это и есть бог-дракон.

С перерождённого неба польётся божественная милость, превращая подземный мир в рай.— Превращение купола в небо сулит крах для поверхности.— Мы лишь избавимся от границы и переродим мир.

Можешь не волноваться, обитатели поверхности не умрут.

Это милосердие нашего бога, поскольку все мы живём в одном мире, хоть и в разных странах.— И речи быть не может.

Отказаться от поверхности и жить в подземном мире? Это всё равно что конец нашей нынешней жизни.

Ты так жаждешь рая, что готов лишить счастья невинных жителей поверхности, Горулоан?— Я уже говорил, что нам не дано поладить.

Даже жители подземного мира, разделённые на Зиордал, Агаху и Гадишиол, не могут найти общего языка, что уж говорить об обитателях поверхности.Верховный священник ведёт со мной разговор скорее всего из-за того, что для активации фонематического круга бога-дракона нужно время.

Чем дольше он говорит, тем больше выигрывает времени.— Жалкое оправдание.— Правитель поверхности, мир не един.

Границу между поверхностью и подземным миром, эту пропасть, никак не пересечь.Горулоан уставился на меня с непоколебимой решимостью.— Ты уже видел, какая здесь царила пустошь до нашего появления, — верховный священник тихонько продолжил: — Народ подземного мира жив благодаря милости призванных драконов и богов.

Выражаясь другими словами, нам без них не выжить.

По сравнению с милостью, которой одарили поверхность, нам достались лишь крохи.

Почему безгрешные жители подземного мира получили меньше милости по сравнению с поверхностью?Задав вопрос, верховный священник ответил:— Между счастьем не должно быть границ.

А раз так, ничего не остаётся, кроме как уничтожить её.

Все смертные должны быть равны.

Бог воплотит в реальность утопию, о которой все мечтают.— Думаешь те, кто жил на поверхности, смогут жить в подземном мире из-за какой-то милости? В итоге мы всё равно получаем неравенство.

Передай своему богу, что он немного припозднился.

Никаких границ не должно было существовать изначально, — я уставился в глаза верховному священнику и заявил мощным тоном: — С чего это жители поверхности должны платить за ошибки бога?— Даже если сейчас образуется неравенство, всё это ради будущего.

В обязанности верховных священников, которые беспокоится за свою страну, входила непрерывная молитва на протяжении ста лет.

Для её воплощения требовалось время.— Резкие перемены влекут за собой лишь конфликты.

Даже если со временем появится равенство, сознание народа не изменить.

Какими бы красивыми ни были слова, всегда есть тот, кто отнимает, и тот, у кого отбирают.

Собираешься ли ты обречь народы на цепь ненависти, которая будет тянуться тысячи лет?Не думаю, что он настолько глуп, чтобы этого не понимать.

Возможно его что-то связывает поступать так.— Если хочешь изменить мир, нужно делать это постепенно.

Нет никакого короткого пути за исключением того, чтобы стараться сделать завтрашний день лучше сегодняшнего.— Повторил бы ты свои слова, будучи правителем подземного мира?— Раз так, расскажу народу подземного мира правду.После моих слов в Ригалондрол на миг повисла тишина.— Расскажи, что за куполом живут демоны, люди и духи, такие же народы как драконолюды.

Скажи им, что вы собираетесь присвоить их милость.— Это учения Зиордала, передаваемые в священном завете.

Этот грех лежит бременем лишь на верховных священниках.

На моих плечах грехи народа подземного мира, и как верховный священник я обязан молиться за нашу родину.Закрыв глаза, Горулоан взмолился богу.— Почему кто-то должен страдать из-за того, где он родился? Не то чтобы мне не было понятно твоё мышление.

И всё же, если ты действительно хочешь достичь идеального мира, хватит просить об этом бога и возьми мою руку, — я подошел к нему и протянул руку. — И не только мою.

Возьмись за руки с Агахой, Гадишиолом и другими странами.

Уверяю тебя, вместе мы достигнем более яркого будущего, нежели чем этим глупым выбором.Горулоан продолжал молиться, глядя на мою руку.— Ведь никогда не поздно прострелить купол, если мои слова окажутся неверными, не так ли?Верховный священник замолк после этих слов и задумался в молитвенной позе.

Затем, раскрыв глаза и пронзительно уставившись на меня, он ответил:— … К сожалению, слишком поздно.

Поздно даже думать об этом.

Сегодня единственный день, когда бог-дракон сможет взмыть в настоящее небо, и второго шанса уже не будет.

Я верю во «Всемогущее сияние» Экуэс.

Бог единственный, кто может принести спасение подземному миру.По-видимому, только сегодня песнь бога-дракона, которая раздаётся по всему Зиордалу с древних времён, и его фонематический круг, проявляют свой результат.— Мой отец, дед, и отец деда — все они молились ради спасения, и упокоились в этих землях.

Эти учения передавались между верховными священниками с тех самых пор, когда снизошло откровение, вплоть до сегодняшнего дня.

Эта длящаяся полторы тысячи лет молитва каким-то чудом дошла до меня.

Я не могу позволить их молитве, их желанию, пропасть впустую здесь и сейчас, — верховный священник повысил голос, давая понять, что не отступит ни на шаг. — Я уже выбыл из отборочного судейства, но свершу свой последний долг в качестве спасителя.

Непригодный, твоё намерение уничтожить отборочное судейство неправильно.

Откажись от своего бога, отрекись от места избранного в святом собрании, и тебя ждёт спасение.— О как.— Анос Волдигод, да будет тебе известно, что я, вместе с этой полуторотысячелетней молитвой, прав.— Фуму.

Ну попробуй.Я вызвал магический круг, и обе мои руки окрасились в черный цвет от <Бебузуд>.— Бесконечные молитвы ослепили вас, и вы начали ошибочно полагать, что правы.

Не так уже просто отказаться от полутора тысячи лет, чтобы начать всё заново.

И всё же, от тебя лишь требуется смелость признать, что вы ошибались, — я взглянул на Горулоана и бога отпечатков, находящегося рядом с ним. — Я сокрушу ваши молитвы, ваших богов и всё что угодно, дабы показать этой стране — ваши полторы тысячи лет были потрачены впустую.

Раздалась едва слышимая песнь.

Она постепенно становилась громче, и уже вскоре песнь бога-дракона раздавалась так же громко как и раньше.

Каннибал поглотил лишь частичку дракона, покрывающего весь Зиордал, и для него это даже на царапину не тянет.

Я обратился к растерянной Нае:

— Снаружи опасно.

Возвращайся в замок.

— Х-хорошо.

Еще раз прошу прощения.

Идём, Канни, на этот раз будь послушным мальчиком.

Каннибал пропищал ей в ответ.

Ная скрылась в дверях замка с прижатым к груди дракончиком.

Воспользовавшись <Фрес>, я подлетел и осмотрел Зиордал сверху.

Молитвенное пламя, уносящееся вверх с четырёх направлений, уже исчезло.

Только я подумал об этом, как оно вновь выстрелило с четырёх сторон.

Пламя столкнулось с «Луной созидания», что висит под куполом, и от столкновения с барьером во все стороны посыпались луноцветы.

Присоединившись к магической связи, налаженной через <Гайз>, я увидел глазами Рея и остальных, что все они уже ведут бой с отрядами, которые выстрелили новым молитвенным пламенем.

Враг представляет собой целый батальон, так что сразу огонь прекратить не удастся, но это лишь вопрос времени.

Песнь бога-дракона мешает магическим глазам, и это укрывает даже крупные войска.

Они воспользовались большими отрядами для отвлечения внимания, и скорее всего имеют еще войска в запасе.

Где-то там верховный священник Горулоан, командующий всей армией.

Он внимательно наблюдает за возможностью выстрелить по поверхности… Так он хочет заставить меня думать.

Поэтому огонь и ведётся по Мидхейзу.

Город с самым большим населением, поэтому в своих рассуждениях я буду склоняться в этом русле.

Он хочет, чтобы моё внимание было приковано к молитвенному пламени.

Настоящей же целью является песнь бога-дракона.

Он хочет заставить нас думать, что она лишь для сокрытия войск, ведущих огонь молитвенным пламенем.

Но дело скорее всего лишь в том, что песнь никак не скрыть.

Когда бог-дракон, звуковой дракон, приходит в действие, то его слышно даже через скрывающую магию.

Дабы всё выглядело естественно, он начал вести обстрел.

Песнь бога-дракона обладает схожими свойствами, что и драконья область.

Вот только в случае бога-дракон, это лишь побочный эффект.

Раз это настоящий дракон, он способен на что-то другое.

И в этом скорее всего заключается цель верховного священника.

Я взглянул на Зиордал магическими глазами.

Им мешают помехи, но обнаружить место, где песнь звучит громче всего, от этого не сложнее.

Наоборот, можно увидеть место, в котором не видно магической силы.

Охватив взором страну, я нашел точку на западе, в которой не видно даже крупицы магической силы.

Двести километров отсюда, подземные руины Ригалондрол.

Не жалея магической силы, я на полной скорости полетел туда с помощью <Фрес> и вскоре уже находился на месте.

Песнь бога-дракона звучит здесь многократно громче, вплоть до того, что закладывает уши.

Я спустился, распахнул ворота и залетел внутрь.

Я спускался всё ниже и ниже, но в отличие от вчерашнего дня конца этому не было.

В итоге я должен был очутиться в руинах, но вылетел в небо.

Надо мной был купол, а внизу пустошь с книжными шкафами из сна бога отпечатков.

Вплоть до горизонта над землёй возвышались огромные книжные шкафы.

В центре всего это стоял бог в величественном наряде с белоснежной книгой в руках.

Бог отпечатков Ривалшнеддо.

А рядом с ним на коленях и в молитвенной позе верховный священник Горулоан.

Приземлившись на пустошь, я взглянул на них.

— Значит у бога отпечатков Ривалшнеддо всё это время была заключена с тобой клятва?

После моих слов Горулоан тихонько заговорил:

— Да, бог отпечатков — хранитель Зиордала, передававшийся из поколения в поколение между верховными священниками.

Я заключил клятву с Ривалшнеддо еще до того, как был избран богом евангелия Дулудирэдом.

Для выживания в подземном мире требуется сила бога.

Правдивый рассказ.

— Песнь бога-дракона на самом деле является звуковым драконом.

Если глубже заглянуть в его бездну, можно увидеть формирование фонематического круга.

Фонематический круг непрерывно создаёт бога-дракона, или иначе говоря звукового дракона.

Верховный священник всё так же стоя на коленях со сложенными руками распахнул глаза.

Я подошел к нему и сказал:

— Фонематическим кругом когда-то воспользовались в подземном мире.

Подобрав эти отпечатки, соединив их и поставив на повторение, поколения верховных священников добились воспроизведения фонематического круга на весь Зиордал.

Они наследовали бога отпечатков и священный завет для грядущего дня.

И вероятней всего этот день сегодня.

— Не знаю, с каких пор звучит песнь бога-дракона, но фонематический круг играет по меньшей мере тысячу лет.

С такой великой магией, использующей порядок бога отпечатков, можно без труда творить даже чудеса.

Горулоан ответил с набожным лицом:

— Если бы только Ахид не поступил вопреки учениям, тебя бы сейчас здесь не было.

Полагаю, больше он не намерен ничего скрывать.

Дидрих, пророк из Агахи, сказал, что если оставить Горулоана в живых, Дируйхейдо подвергнется опасности.

Должно быть верховный священник именно из-за этого пророчества изображал непонимание, а потом попытался удержать меня под землёй с помощью обстрела поверхности.

— Целью является не Мидхейз, а весь Дирухейдо.

Нет, учитывая масштабы фонематического круга — вся поверхность, — я обратился к продолжавшему молиться Горулоану. — Учения бога гласят о снесении купола, верховный священник Зиордала?

— Если учениями Агахи является перерождение в чреве короля-дракона из смертных в детей драконов, то учениями Зиордала является перерождение мира в чреве бога-дракона, — начал величественно проповедовать Горулоан. — Он поглотит мир, выносит его, и породит его правильную версию.

Божественный посланник, что превратит купол в небо, и сотрёт границу между поверхностью и подземным миром — это и есть бог-дракон.

С перерождённого неба польётся божественная милость, превращая подземный мир в рай.

— Превращение купола в небо сулит крах для поверхности.

— Мы лишь избавимся от границы и переродим мир.

Можешь не волноваться, обитатели поверхности не умрут.

Это милосердие нашего бога, поскольку все мы живём в одном мире, хоть и в разных странах.

— И речи быть не может.

Отказаться от поверхности и жить в подземном мире? Это всё равно что конец нашей нынешней жизни.

Ты так жаждешь рая, что готов лишить счастья невинных жителей поверхности, Горулоан?

— Я уже говорил, что нам не дано поладить.

Даже жители подземного мира, разделённые на Зиордал, Агаху и Гадишиол, не могут найти общего языка, что уж говорить об обитателях поверхности.

Верховный священник ведёт со мной разговор скорее всего из-за того, что для активации фонематического круга бога-дракона нужно время.

Чем дольше он говорит, тем больше выигрывает времени.

— Жалкое оправдание.

— Правитель поверхности, мир не един.

Границу между поверхностью и подземным миром, эту пропасть, никак не пересечь.

Горулоан уставился на меня с непоколебимой решимостью.

— Ты уже видел, какая здесь царила пустошь до нашего появления, — верховный священник тихонько продолжил: — Народ подземного мира жив благодаря милости призванных драконов и богов.

Выражаясь другими словами, нам без них не выжить.

По сравнению с милостью, которой одарили поверхность, нам достались лишь крохи.

Почему безгрешные жители подземного мира получили меньше милости по сравнению с поверхностью?

Задав вопрос, верховный священник ответил:

— Между счастьем не должно быть границ.

А раз так, ничего не остаётся, кроме как уничтожить её.

Все смертные должны быть равны.

Бог воплотит в реальность утопию, о которой все мечтают.

— Думаешь те, кто жил на поверхности, смогут жить в подземном мире из-за какой-то милости? В итоге мы всё равно получаем неравенство.

Передай своему богу, что он немного припозднился.

Никаких границ не должно было существовать изначально, — я уставился в глаза верховному священнику и заявил мощным тоном: — С чего это жители поверхности должны платить за ошибки бога?

— Даже если сейчас образуется неравенство, всё это ради будущего.

В обязанности верховных священников, которые беспокоится за свою страну, входила непрерывная молитва на протяжении ста лет.

Для её воплощения требовалось время.

— Резкие перемены влекут за собой лишь конфликты.

Даже если со временем появится равенство, сознание народа не изменить.

Какими бы красивыми ни были слова, всегда есть тот, кто отнимает, и тот, у кого отбирают.

Собираешься ли ты обречь народы на цепь ненависти, которая будет тянуться тысячи лет?

Не думаю, что он настолько глуп, чтобы этого не понимать.

Возможно его что-то связывает поступать так.

— Если хочешь изменить мир, нужно делать это постепенно.

Нет никакого короткого пути за исключением того, чтобы стараться сделать завтрашний день лучше сегодняшнего.

— Повторил бы ты свои слова, будучи правителем подземного мира?

— Раз так, расскажу народу подземного мира правду.

После моих слов в Ригалондрол на миг повисла тишина.

— Расскажи, что за куполом живут демоны, люди и духи, такие же народы как драконолюды.

Скажи им, что вы собираетесь присвоить их милость.

— Это учения Зиордала, передаваемые в священном завете.

Этот грех лежит бременем лишь на верховных священниках.

На моих плечах грехи народа подземного мира, и как верховный священник я обязан молиться за нашу родину.

Закрыв глаза, Горулоан взмолился богу.

— Почему кто-то должен страдать из-за того, где он родился? Не то чтобы мне не было понятно твоё мышление.

И всё же, если ты действительно хочешь достичь идеального мира, хватит просить об этом бога и возьми мою руку, — я подошел к нему и протянул руку. — И не только мою.

Возьмись за руки с Агахой, Гадишиолом и другими странами.

Уверяю тебя, вместе мы достигнем более яркого будущего, нежели чем этим глупым выбором.

Горулоан продолжал молиться, глядя на мою руку.

— Ведь никогда не поздно прострелить купол, если мои слова окажутся неверными, не так ли?

Верховный священник замолк после этих слов и задумался в молитвенной позе.

Затем, раскрыв глаза и пронзительно уставившись на меня, он ответил:

— … К сожалению, слишком поздно.

Поздно даже думать об этом.

Сегодня единственный день, когда бог-дракон сможет взмыть в настоящее небо, и второго шанса уже не будет.

Я верю во «Всемогущее сияние» Экуэс.

Бог единственный, кто может принести спасение подземному миру.

По-видимому, только сегодня песнь бога-дракона, которая раздаётся по всему Зиордалу с древних времён, и его фонематический круг, проявляют свой результат.

— Мой отец, дед, и отец деда — все они молились ради спасения, и упокоились в этих землях.

Эти учения передавались между верховными священниками с тех самых пор, когда снизошло откровение, вплоть до сегодняшнего дня.

Эта длящаяся полторы тысячи лет молитва каким-то чудом дошла до меня.

Я не могу позволить их молитве, их желанию, пропасть впустую здесь и сейчас, — верховный священник повысил голос, давая понять, что не отступит ни на шаг. — Я уже выбыл из отборочного судейства, но свершу свой последний долг в качестве спасителя.

Непригодный, твоё намерение уничтожить отборочное судейство неправильно.

Откажись от своего бога, отрекись от места избранного в святом собрании, и тебя ждёт спасение.

— Анос Волдигод, да будет тебе известно, что я, вместе с этой полуторотысячелетней молитвой, прав.

Ну попробуй.

Я вызвал магический круг, и обе мои руки окрасились в черный цвет от <Бебузуд>.

— Бесконечные молитвы ослепили вас, и вы начали ошибочно полагать, что правы.

Не так уже просто отказаться от полутора тысячи лет, чтобы начать всё заново.

И всё же, от тебя лишь требуется смелость признать, что вы ошибались, — я взглянул на Горулоана и бога отпечатков, находящегося рядом с ним. — Я сокрушу ваши молитвы, ваших богов и всё что угодно, дабы показать этой стране — ваши полторы тысячи лет были потрачены впустую.