По виду Сэрис совершенно не был серьёзен, словно для него это избавление от какого-нибудь хлама.Но также это не похоже на угрозу или блеф.

Должно быть он серьёзно намерен уничтожить Зиордал.— Такие решения наспех не принимаются.

Или же ты готовился к сегодняшнему дню?— Проблема в том, что тебя я не учел, Анос, — сказал Сэрис тоном, по которому совсем не скажешь, что его это беспокоит. — К чему мы готовились, так это к разрушению бога отпечатков Ривалшнеддо.

По плану это должно было произойти еще вчера.— Я могу понять, почему вы враждебно настроены к богам, вот только все они разные.

Ривалшнеддо просто дремал, в чем причина его уничтожения?— В том, что он бог, — беззаботно ответил Сэрис. — Разве ты не считаешь это достаточно веской причиной?— Не считаю.

Он просто спит, никому не вредя, так пусть спит дальше.— Тогда позволь перефразировать, — он сразу же повторил свои слова иначе: — Бог отпечатков Ривалшнеддо считается хранителем подземного мира.

Поверхность и подземный мир не могут сосуществовать, рано или поздно они вторгнутся по другую сторону купола.

Подготовку к этому уже можно наблюдать.

Я, как и ты, демон, и беспокоюсь о своей родине.И хотя он говорит о любви к родине, его слова настолько беспечны, что в них нельзя разглядеть убеждений.

Выглядело это так, словно уничтожение и того и другого никак не повлияет на него.— Если попытаться уничтожить Зиордал, Ривалшнеддо обязательно явится защитить его.

После уничтожения и того и другого у поверхности будет на две угрозы меньше, — показал Сэрис два пальца.— Похоже, к конфликтам ты неравнодушен.— Да брось.

Если не нужно сражаться, то это лучше всего.

Вот только они так не считают, поэтому мир наладить с ними будет трудно, — говорил Сэрис, корча при этом добрейшее лицо. — Сейчас ты король Дирухейдо.

Анос, почему бы не объединить усилия со мной и не защитить нашу родину?— Раз так, становись подо мной.

Я обеспечу защиту Дирухейдо без уничтожения Зиордала.Вздохнув, Сэрис с досадой улыбнулся.— Надо же, совсем не слушается.

И это мой сын.— Ты слишком слаб для моего отца.Сэрис с любопытством раскрыл глаза от этих слов.— Хее...— Раз называешься моим отцом, докажи это силой.

Как может тот, кто не способен защитить родину без убийства невинных, зваться отцом короля демонов?— Ты наивен, Анос.

Но ты же всё-таки ребёнок, тут бесполезно что-то говорить.— Наивен? Это ты недостаточно хорош.

Да, возможно нас связывает кровь, но мой настоящий отец куда лучше тебя.Он прищурился и заявил:— Бесполезно, да? Это долгожданное воссоединение, тоже не хотелось бы вести себя слишком по-детски.

Как насчет углубить наши отношения отца и сына?— О как.— Заключим пари? Если ты к концу дня передумаешь насчет уничтожения этой страны, победа за мной, и ты закроешь глаза на то, как я уничтожаю Зиордал и Ривалшнеддо.— Интересно.

А если не передумаю, ты отстанешь от них.Я вызвал магический круг <Зект>, и Сэрис, не раздумывая, подписал её.Что же ему такого известно, что заставит меня захотеть уничтожить Зиордал? Настоящий безумец.

Возможно для него это всё лишь игра.— Кстати, Анос, смотрю, привёл с собой непокорного бога, — с невинным лицом вдруг сменил тему Сэрис. — Всё-таки твои взгляды несильно отличаются от учений Гадишиола.Сэрис перевёл взгляд на Сашу и Мишу.— Вот уж не подумал бы, что бог абсурдности Генудунуву разделится на две части и переродится на поверхности.

Неудивительно, что мы не могли найти её под землёй.— Жаль расстраивать, но они мои подчинённые.

Я взял их с собой не потому, что когда-то они были богом абсурдности.

И то неизвестно были ли вообще, — ответил я Сэрису, пытаясь прощупать его истинные намерения. — Как бы то ни было, всё это лишь с твоих слов.— Много ли тебе известно о боге абсурдности? — не обращая на это внимания, задал мне вопрос Сэрис.— Непокорный бог, что выступил против других богов, так? Мне известно, что в подземном мире стараются о ней не говорить.

Аркане тоже немногое известно о Гадишиоле.Сэрис заговорил с добрым лицом:— Порядок, настроенный против других порядков.

Она обернулась даже против собственного порядка, обманывая богов и смертных.

Бог лжи и предательства — вот кто такая бог абсурдности Генудунуву.Взгляд Саши посуровел после этих слов.

Миша аккуратно взяла её за руку и крепко сжала.— Генудунуву считалась богом Зиордала.

Она вместе с преданными верующими сражалась в первом для подземного мира отборочном судействе, дабы помочь им.

В результате их победы в эти суровые земли была привнесена милость клятвенных жемчужин.

Зиордал должен был стать главным государством подземного мира и процветать, а остальные страны были бы зависимы от него.Генудунуву, получается, бог отбора, принимавшая участие в первом отборочном судействе подземного мира.

То есть она следовала порядку отбора.

Значит тогда её еще не называли богом абсурдности?— Однако Генудунуву предала Зиордал и забрала половину клятвенных жемчужин в Агаху.

Как оказалось, изначально она была богом Агахи.

Она всё это время дурачила верховного священника.

Это усилило Агаху, и они дали бой пытающемуся вернуть клятвенные жемчужины Зиордалу.

С обеих сторон было много потерь.

Два истощенных государства пытались избегать конфликтов и, несмотря на разногласия в религиозных вопросах, война стихла, — Сэрис продолжал объяснять. — На какое-то время воцарился мир.

Драконолюды выживали в суровых условиях подземного мира благодаря призванным богам и драконам.

Однако Генедунуву на этот раз предала Агаху… нет, не только её.

Она обернулась против богов, говоря, что порядок неправилен.

Генудунуву предала не только драконолюдов, но и самих богов, после чего её стали называть непокорным богом, богом абсурдности.Вот только к выводу о неправильности порядка прийти не так уж сложно.— Вскоре под знаменем враждебно настроенной к богам Генудунуву начали собираться драконолюды из Зиордала, Агахи и других мелких государств, которые утратили веру в бога.

Бог абсурдности вела их в битву с другими богами, а также с Зиордалом и Агахой, у которых были свои боги.

В итоге их собралось достаточно для основания государства.

Так на свет появилось государство чемпиона-дракона Гадишиол.Неверующие собрались вокруг бога, который сражается с другими богами, значит.Демоны из призрачных рыцарей должно быть преследуют ту же цель.

По крайней мере на поверхности.— Тем не менее бог абсурдности предала даже народ Гадишиола, который собрался вокруг неё.

Пока шла битва с богами, бог абсурдности нанесла им удар в спину.

В конечном счете народу Гадишиола удалось её убить.

Того, кто убил её, прозвали чемпионом.

Однако с исчезновением бога абсурдности Гадишиолу был нанесён тяжелый удар.— Не понимаю, Гадишиол ведь по-прежнему поклоняется предавшему их богу абсурдности, ведь так? В неё продолжают верить как в непокорного бога.— Ну да.

Генудунуву — бог лжи и предательства.

В Гадишиоле ей поклоняются как богу, в которого ни за что нельзя верить.

Они же не верят в бога.

Вот только без силы бога в подземном мире не прожить.

Поэтому народ Гадишиола живёт согласно учениям не веры в бога абсурдности.

Иначе говоря, они верят в то, что Генудунуву непременно предаст их.Немного запутанно, но, похоже, им удалось отыскать такой способ не верить в бога, чтобы можно было заручиться божественной силой для выживания в подземном мире.— Короче говоря, смысл в том, что постоянно врущий бог с виду ничем не отличается от честного человека?— Можно сказать и так.

Поэтому если ты доверяешь своим маленьким подчинённым, лучше будь осторожен, — дал мне совет Сэрис. — Ведь бог абсурдности непременно предаст тебя.Саша злобно уставилась на Сэриса.— Уж прости, но даже если я бог абсурдности, такого никогда не произойдёт.— Мы на стороне Аноса, — равнодушно добавила Миша, но при этом с твёрдой волей. — И всегда надеемся на его победу.Сэрис довольно улыбнулся.— Не он ли мне вчера говорил, что самые отвратительные отбросы всегда с добрым лицом?Саша оскалилась и с враждой посмотрела на Сэриса.

Она готова была наброситься на него, но её сдержала моя рука.— Такое невозможно.— Тебя можно понять.

Каждый верит в то, во что хочет верить, даже если это означает отвернуться от реальности.

Разве это не касается и тебя, короля демонов?— Отворачиваются только те, у кого недостаточно сил.

Всего-то нужно посмотреть на неё, уничтожить неудобную реальность и подстроить её под свой идеал.Пожав плечами, Сэрис ответил:— Бог абсурдности обязательно предаст.

Будет предан даже твой идеал.

Генудунуву — бог лжи и предательства.

Все в неё когда-то верили, и все были обмануты и преданы.

Однажды ты поймешь, и произойдёт это в недалёком будущем, — с добрым лицом говорил Сэрис.Уж слишком подозрительная эта улыбка.— Анос, я о тебе беспокоюсь.

Тебе кажется, что со своей силой ты можешь достичь любого идеала.

Понимаю, это сурово, но долг родителя преподать ребёнку урок реальности, когда он о себе слишком много возомнил.— И?Прищурившись, Сэрис раскинул ко мне руки.— … Понимаю, сейчас в это трудно поверить, но вкратце, нам с тобой было весело как родителю с ребёнком.

Вспомнив об этом, уверен, мои слова достигнут тебя.— Бред сумасшедшего.Я подошел к нему на несколько шагов.

Аркана пошла рядом со мной.Царь проклятий и царь тьмы хотели было преградить мне дорогу, но Сэрис остановил их рукой.— Знаешь её? — искоса посмотрев на Аркану, сказал я.— Бог отбора, заключившая с тобой клятву, наверное? Безымянный бог, со слов верховного священника «бог-творец Милития», но что из этого верно я не знаю.— Раз зовёшься моим отцом, мог хотя бы и запомнить мою младшую сестру, — сбил я его с толку своими словами, ведь он был уверен, что у меня не осталось воспоминаний. — Я помню один раз, когда мы весело проводили время.

В тот раз мы весело поиграли с огнём.Я улыбнулся, глядя в голубые глаза, которые смотрели прямо на меня.

Я не спускал глаз с бездны, чтобы не упустить малейшие движения в его сердце.— Весело провёл время в жаровне судейства, Сэрис?

По виду Сэрис совершенно не был серьёзен, словно для него это избавление от какого-нибудь хлама.

Но также это не похоже на угрозу или блеф.

Должно быть он серьёзно намерен уничтожить Зиордал.

— Такие решения наспех не принимаются.

Или же ты готовился к сегодняшнему дню?

— Проблема в том, что тебя я не учел, Анос, — сказал Сэрис тоном, по которому совсем не скажешь, что его это беспокоит. — К чему мы готовились, так это к разрушению бога отпечатков Ривалшнеддо.

По плану это должно было произойти еще вчера.

— Я могу понять, почему вы враждебно настроены к богам, вот только все они разные.

Ривалшнеддо просто дремал, в чем причина его уничтожения?

— В том, что он бог, — беззаботно ответил Сэрис. — Разве ты не считаешь это достаточно веской причиной?

— Не считаю.

Он просто спит, никому не вредя, так пусть спит дальше.

— Тогда позволь перефразировать, — он сразу же повторил свои слова иначе: — Бог отпечатков Ривалшнеддо считается хранителем подземного мира.

Поверхность и подземный мир не могут сосуществовать, рано или поздно они вторгнутся по другую сторону купола.

Подготовку к этому уже можно наблюдать.

Я, как и ты, демон, и беспокоюсь о своей родине.

И хотя он говорит о любви к родине, его слова настолько беспечны, что в них нельзя разглядеть убеждений.

Выглядело это так, словно уничтожение и того и другого никак не повлияет на него.

— Если попытаться уничтожить Зиордал, Ривалшнеддо обязательно явится защитить его.

После уничтожения и того и другого у поверхности будет на две угрозы меньше, — показал Сэрис два пальца.

— Похоже, к конфликтам ты неравнодушен.

— Да брось.

Если не нужно сражаться, то это лучше всего.

Вот только они так не считают, поэтому мир наладить с ними будет трудно, — говорил Сэрис, корча при этом добрейшее лицо. — Сейчас ты король Дирухейдо.

Анос, почему бы не объединить усилия со мной и не защитить нашу родину?

— Раз так, становись подо мной.

Я обеспечу защиту Дирухейдо без уничтожения Зиордала.

Вздохнув, Сэрис с досадой улыбнулся.

— Надо же, совсем не слушается.

И это мой сын.

— Ты слишком слаб для моего отца.

Сэрис с любопытством раскрыл глаза от этих слов.

— Раз называешься моим отцом, докажи это силой.

Как может тот, кто не способен защитить родину без убийства невинных, зваться отцом короля демонов?

— Ты наивен, Анос.

Но ты же всё-таки ребёнок, тут бесполезно что-то говорить.

— Наивен? Это ты недостаточно хорош.

Да, возможно нас связывает кровь, но мой настоящий отец куда лучше тебя.

Он прищурился и заявил:

— Бесполезно, да? Это долгожданное воссоединение, тоже не хотелось бы вести себя слишком по-детски.

Как насчет углубить наши отношения отца и сына?

— Заключим пари? Если ты к концу дня передумаешь насчет уничтожения этой страны, победа за мной, и ты закроешь глаза на то, как я уничтожаю Зиордал и Ривалшнеддо.

— Интересно.

А если не передумаю, ты отстанешь от них.

Я вызвал магический круг <Зект>, и Сэрис, не раздумывая, подписал её.

Что же ему такого известно, что заставит меня захотеть уничтожить Зиордал? Настоящий безумец.

Возможно для него это всё лишь игра.

— Кстати, Анос, смотрю, привёл с собой непокорного бога, — с невинным лицом вдруг сменил тему Сэрис. — Всё-таки твои взгляды несильно отличаются от учений Гадишиола.

Сэрис перевёл взгляд на Сашу и Мишу.

— Вот уж не подумал бы, что бог абсурдности Генудунуву разделится на две части и переродится на поверхности.

Неудивительно, что мы не могли найти её под землёй.

— Жаль расстраивать, но они мои подчинённые.

Я взял их с собой не потому, что когда-то они были богом абсурдности.

И то неизвестно были ли вообще, — ответил я Сэрису, пытаясь прощупать его истинные намерения. — Как бы то ни было, всё это лишь с твоих слов.

— Много ли тебе известно о боге абсурдности? — не обращая на это внимания, задал мне вопрос Сэрис.

— Непокорный бог, что выступил против других богов, так? Мне известно, что в подземном мире стараются о ней не говорить.

Аркане тоже немногое известно о Гадишиоле.

Сэрис заговорил с добрым лицом:

— Порядок, настроенный против других порядков.

Она обернулась даже против собственного порядка, обманывая богов и смертных.

Бог лжи и предательства — вот кто такая бог абсурдности Генудунуву.

Взгляд Саши посуровел после этих слов.

Миша аккуратно взяла её за руку и крепко сжала.

— Генудунуву считалась богом Зиордала.

Она вместе с преданными верующими сражалась в первом для подземного мира отборочном судействе, дабы помочь им.

В результате их победы в эти суровые земли была привнесена милость клятвенных жемчужин.

Зиордал должен был стать главным государством подземного мира и процветать, а остальные страны были бы зависимы от него.

Генудунуву, получается, бог отбора, принимавшая участие в первом отборочном судействе подземного мира.

То есть она следовала порядку отбора.

Значит тогда её еще не называли богом абсурдности?

— Однако Генудунуву предала Зиордал и забрала половину клятвенных жемчужин в Агаху.

Как оказалось, изначально она была богом Агахи.

Она всё это время дурачила верховного священника.

Это усилило Агаху, и они дали бой пытающемуся вернуть клятвенные жемчужины Зиордалу.

С обеих сторон было много потерь.

Два истощенных государства пытались избегать конфликтов и, несмотря на разногласия в религиозных вопросах, война стихла, — Сэрис продолжал объяснять. — На какое-то время воцарился мир.

Драконолюды выживали в суровых условиях подземного мира благодаря призванным богам и драконам.

Однако Генедунуву на этот раз предала Агаху… нет, не только её.

Она обернулась против богов, говоря, что порядок неправилен.

Генудунуву предала не только драконолюдов, но и самих богов, после чего её стали называть непокорным богом, богом абсурдности.

Вот только к выводу о неправильности порядка прийти не так уж сложно.

— Вскоре под знаменем враждебно настроенной к богам Генудунуву начали собираться драконолюды из Зиордала, Агахи и других мелких государств, которые утратили веру в бога.

Бог абсурдности вела их в битву с другими богами, а также с Зиордалом и Агахой, у которых были свои боги.

В итоге их собралось достаточно для основания государства.

Так на свет появилось государство чемпиона-дракона Гадишиол.

Неверующие собрались вокруг бога, который сражается с другими богами, значит.

Демоны из призрачных рыцарей должно быть преследуют ту же цель.

По крайней мере на поверхности.

— Тем не менее бог абсурдности предала даже народ Гадишиола, который собрался вокруг неё.

Пока шла битва с богами, бог абсурдности нанесла им удар в спину.

В конечном счете народу Гадишиола удалось её убить.

Того, кто убил её, прозвали чемпионом.

Однако с исчезновением бога абсурдности Гадишиолу был нанесён тяжелый удар.

— Не понимаю, Гадишиол ведь по-прежнему поклоняется предавшему их богу абсурдности, ведь так? В неё продолжают верить как в непокорного бога.

Генудунуву — бог лжи и предательства.

В Гадишиоле ей поклоняются как богу, в которого ни за что нельзя верить.

Они же не верят в бога.

Вот только без силы бога в подземном мире не прожить.

Поэтому народ Гадишиола живёт согласно учениям не веры в бога абсурдности.

Иначе говоря, они верят в то, что Генудунуву непременно предаст их.

Немного запутанно, но, похоже, им удалось отыскать такой способ не верить в бога, чтобы можно было заручиться божественной силой для выживания в подземном мире.

— Короче говоря, смысл в том, что постоянно врущий бог с виду ничем не отличается от честного человека?

— Можно сказать и так.

Поэтому если ты доверяешь своим маленьким подчинённым, лучше будь осторожен, — дал мне совет Сэрис. — Ведь бог абсурдности непременно предаст тебя.

Саша злобно уставилась на Сэриса.

— Уж прости, но даже если я бог абсурдности, такого никогда не произойдёт.

— Мы на стороне Аноса, — равнодушно добавила Миша, но при этом с твёрдой волей. — И всегда надеемся на его победу.

Сэрис довольно улыбнулся.

— Не он ли мне вчера говорил, что самые отвратительные отбросы всегда с добрым лицом?

Саша оскалилась и с враждой посмотрела на Сэриса.

Она готова была наброситься на него, но её сдержала моя рука.

— Такое невозможно.

— Тебя можно понять.

Каждый верит в то, во что хочет верить, даже если это означает отвернуться от реальности.

Разве это не касается и тебя, короля демонов?

— Отворачиваются только те, у кого недостаточно сил.

Всего-то нужно посмотреть на неё, уничтожить неудобную реальность и подстроить её под свой идеал.

Пожав плечами, Сэрис ответил:

— Бог абсурдности обязательно предаст.

Будет предан даже твой идеал.

Генудунуву — бог лжи и предательства.

Все в неё когда-то верили, и все были обмануты и преданы.

Однажды ты поймешь, и произойдёт это в недалёком будущем, — с добрым лицом говорил Сэрис.

Уж слишком подозрительная эта улыбка.

— Анос, я о тебе беспокоюсь.

Тебе кажется, что со своей силой ты можешь достичь любого идеала.

Понимаю, это сурово, но долг родителя преподать ребёнку урок реальности, когда он о себе слишком много возомнил.

Прищурившись, Сэрис раскинул ко мне руки.

— … Понимаю, сейчас в это трудно поверить, но вкратце, нам с тобой было весело как родителю с ребёнком.

Вспомнив об этом, уверен, мои слова достигнут тебя.

— Бред сумасшедшего.

Я подошел к нему на несколько шагов.

Аркана пошла рядом со мной.

Царь проклятий и царь тьмы хотели было преградить мне дорогу, но Сэрис остановил их рукой.

— Знаешь её? — искоса посмотрев на Аркану, сказал я.

— Бог отбора, заключившая с тобой клятву, наверное? Безымянный бог, со слов верховного священника «бог-творец Милития», но что из этого верно я не знаю.

— Раз зовёшься моим отцом, мог хотя бы и запомнить мою младшую сестру, — сбил я его с толку своими словами, ведь он был уверен, что у меня не осталось воспоминаний. — Я помню один раз, когда мы весело проводили время.

В тот раз мы весело поиграли с огнём.

Я улыбнулся, глядя в голубые глаза, которые смотрели прямо на меня.

Я не спускал глаз с бездны, чтобы не упустить малейшие движения в его сердце.

— Весело провёл время в жаровне судейства, Сэрис?