Ян Пин приподнял уголки губ и сказал: «Всё то богатство, что на тебя и свалилось, из-за твоих же действий, будет просто просрано.

Позволь мне тебя просветить.

Данная цена — не сотня юаней, за стебель, а сотня юаней, за полкило!»«Что? Сотня юаней, за полкило? Небеса всемогущие… Ведь все наши бамбуковые ростки, невероятно огромные.

Так не означает ли это, о том, что каждый наш бамбуковый стебель, может быть продан за несколько сотен юаней?» — Воскликнул кто-то из толпы.Глаза Ван Югуя тут же загорелись!Ян Пин продолжил говорить: «Всё верно! Один бамбуковый стебель, стоит несколько сотен юаней! Но, давайте на какое-то время отложим подобную информацию в сторону.

Даже обычный Зимний Бамбук, который доставляют сюда с юга, имеет цену в восемь-девять юаней, за полкило.

Отборные стебли Зимнего Бамбука, можно продать за десять-двадцать юаней.

И конкретно наши бамбуковые ростки, были лучше, чем любые бамбуковые ростки, в этом мире.

Ну и поэтому, мы без каких-либо проблем продадим его за цену, минимум десять-двадцать юаней, за полкило! И вот напрашивается вопрос.

Сколько мы можем заработать денег, выращивая и продавая кукурузу? Три-четыре юаня за полкило? Если мне не изменяет память, то в прошлом году, кукуруза продавалась за один-два юаня, за полкило, разве не так? Я не буду считать за вас всех.

Ведь уже после одного лишь взгляда на цифры, ответ будет более чем очевиден.

Ну и самое главное: обработанные бамбуковые изделия, были такие же дорогие, как и бамбуковые ростки! Высушенный бамбук, ферментированный бамбук и так далее и тому подобное. Α если бамбук оставить в покое на год и если дать ему вырасти, то впоследствии, его можно будет использовать в качестве древесины, для мебели и в качестве волокон, для ковриков.

Ну и так же, его можно будет использовать и для остальных предметов, которые можно было сделать из бамбука.

И все эти предметы, еда и полезности, по факту являются деньгами! Наш Морозный Бамбук, намного более красивый, чем весь бамбук, что продают за пределами нашей деревни.

Хах! Я даже не могу продолжать говорить.

Ведь всё о чём я сейчас думаю — это лишь деньги!»У всех людей в комнате, загорелись глаза, когда они слушали, как Ян Пин описывает такое прекрасное будущее.Τань Цзюйго добавил: «К тому же, на северо-западе Китая, нет никаких бамбуковых лесов.

Поэтому наш бамбуковый лес, можно считать настоящей редкостью.

Аббат Фанчжэн разрешил нам выкапывать сто ростков Морозного Бамбука в день, не так ли? Я думаю, что мы можем использовать этот факт, в качестве отличной рекламы! Эти бамбуковые ростки, могут быть проданы ограниченным тиражом, в качестве особой формы, фирменной рекламы.

Мол, если вы хотите покушать лучших бамбуковых ростков во всём мире, то приходите к нам, в Деревню Одного Пальца.

Кушайте бамбуковые ростки, во время созерцания бамбукового леса! Ηаша Деревня Одного Пальца сможет ворваться в туристический бизнес, и мы сможем использовать сельский туризм, в качестве нашей бизнес модели!»«Хорошая идея!»Βсе люди в комнате начали обсуждать высказанные идеи и вскоре, экономическая система, которая вертелась вокруг бамбука, была всеми этими людьми, собственно, и предложена и затем, её начали воплощать в реальность.

Тем не менее, у деревни Одного Пальца был один, довольно-таки большой недостаток, а именно — недостаток в деньгах, для создания и ведения бизнеса.

И слава богу, что Ян Хуа теперь был богатый.

Ну и сын Чэнь Цзиня, так же был довольно-таки богат.

Поэтому, если вся деревня будет работать не покладая рук, как единое целое, то непохоже, что проблема с деньгами, будет такой уж и большой.Β последующие дни, они установили новый курс развития для их деревни.

Деревенские жители перестали продавать бамбуковые ростки, с вершины горы.

И напрашивается вопрос: «Что делать, если ты хочешь покушать бамбуковых ростков, с вершины горы?» — Ответ на это был крайне прост: «Ну конечно же ты должен прийти в деревню Одного Пальца, ради них!»Ну, как и ожидалось, подобные действия привлекли в деревню большое количество туристов, которые специально приходили сюда, ради бамбуковых ростков.

Ну и когда некоторые туристы прознали, что эти бамбуковые ростки можно было получить на горной вершине.

Они начали забираться на гору, чисто из любопытства.

Ну и когда они видели Монастырь Одного Пальца на вершине, они так же заходили внутрь, чтобы выказать там своё почтение Будде и монастырю…В то же мгновение, количество денежных подношений за палочки с благовониями, которые Фанчжэн получал в Монастыре Одного Пальца, вновь увеличилось.Фанчжэн радостно улыбнулся, когда он увидел людей, что заходили и уходили из его Монастыря Одного Пальца: «Это и вправду, как схема в вейбо „Лайк за Лайк“.

Проявлять доброту к другим существам, означает о том, что вы были добры и к себе.

Амитабха.»Ну, а что до того, что именно делали люди, у подножия горы, то насчёт этого, Фанчжэн вообще и не парился.

Он не являлся бизнесменом.

И всё что ему нужно было делать, это читать, зачитывать и декламировать священные писания, ведь таким образом, он сможет обрести спокойствие разума, и он сможет отвечать на вопросы других существ.

Ну и естественно, большая часть вопросов, которые ему и задавали, касались такой вот темы: «Могут ли они выкопать немного бамбуковых ростков или же, могут ли они посадить эту злую собаку, на цепь?»К нему на гору, даже пришли такие туристы, которые притащили с собой огромную металлическую цепь, и они, как будто боялись, что у Фанчжэна, оной, просто не найдётся…Этой ночью, Одинокий Волк начал громко и жалобно завывать, когда он увидел металлическую цепь и это случилось после того, как он вернулся с «работы».

Он поклялся, что в его смены, ни один ублюдок, не посмеет выкопать, ни одного бамбукового ростка!В ответ на это, Фанчжэн лишь улыбнулся.

Очевидно, что для всех будет лучше, если Одинокий Волк, будет ответственно выполнять свою работу.Но на следующий день, к Фанчжэну в монастырь, пришёл один, очень «особенный» гость.

Небо только начало светлеть и другие посетители, всё еще, даже и не начинали свой подъём на гору.

Ну и, вскоре после того, как Фанчжэн открыл монастырские ворота, кто-то зашёл в Монастырь Одного Пальца и затем этот «кто-то», встал под деревом бодхи.Фанчжэн, в тот же момент, был ошеломлён и он словно врос в землю, когда он вышел из алтарного зала.

Этот человек, что пришёл к нему в монастырь, являлся монахом-даосом!Он носил мешковатую одежду с длинными рукавами, и длинное внутреннее платье, что было под мешковатой одежной, закрывало всё его тело, вплоть до лодыжек.

На нём были надеты целые слои из грубой ткани, которые заставляли его выглядеть довольно-таки нелепым и нагромождённым.

У него было симпатичное лицо с козлиной бородкой, которое заставляло его выглядеть свободным и спокойным.

Он запрокинул голову и придерживал её снизу рукой, когда он смотрел на дерево бодхи и когда он этим деревом, собственно, и дивился: «Это и вправду удивительное дерево.

Родилось на юге, чтобы расти на севере.

Оно таким образом, что — жаждет смерти, или же оно пытается освободить себя от земных оков? Ха-ха-ха.»Фанчжэн сложил ладони вместе и сказал: «Амитабха.

Покровитель, это дерево и вправду экстраординарно.

Вы можете считать его действия, как поиск собственной смерти.»Монах-даос, этими словами, был ошарашен.

Он никогда не ожидал, что Буддийский монах, скажет что-то наподобие этого.

Затем он усмехнулся: «Небесный Владыка Беспредельности.

Этот Нищий Священник является — Совершенным Лэ Тянем из Даосского Храма Тунтянь.

Почтеннейший, как мне к вам обращаться?»«Этот Нищий Монах, является монахом-служителем из Монастыря Одного Пальца, а именно Фанчжэном.» — Фанчжэн заприметил такой вот факт, что данный даосский священник, в своём обращении, не упомянул, какой именно пост он и занимал в его Даосском Храме, поэтому, он так же не стал уточнять, какой именно титул, он и имел, в его монастыре.

Все эти действия, были из-за боязни того, что данный священник подумает, что он будет использовать свой титул аббата, против него.Совершенный Лэ Тянь улыбнулся: «Ох, так вы Почтенный Фанчжэн.

Этот Нищий Священник, наслышан о вашем знаменитом имени, и он пришёл сюда специально, чтобы вас посетить.

Вы же не будете считать подобные действия грубостью, верно же?» — Всего лишь мгновением ранее, Совершенный Лэ Тянь, проговорил эти слова, со всей серьёзностью, и он это делал, как будто он пел, но уже в следующее мгновение, он обнажил свой характер, который напоминал характер игривого ребёнка.Ну и увидев подобную сцену, Фанчжэна начал распирать, еле сдерживаемый смех.

Даосизм стремился к невинности натуры, и в этом плане, он довольно-таки сильно отличался от Буддизма.

Тем не менее, Буддийская Школа Мысли Фанчжэна, так же довольно-таки сильно отличалась от многих Буддийских школ и учений.

Ну… по крайней мере, сам Фанчжэн следовал неортодоксальному Буддийскому учению.

И лишь несколько аспектов в его натуре, хоть чем-то напоминали традиционных Буддийских наставников, настоятелей и учителей.Фанчжэн улыбнулся: «Вовсе нет.»«Хорошо, это очень хорошо.

У вас есть немного воды, чтобы предоставить её вашему гостю? Ведь этот Нищий Священник пришёл сюда в спешке, и он чувствует довольно-таки сильную жажду.

Можете поделиться с ним, чашей воды?» — Ну и высказав это, Совершенный Лэ Тянь бросил взгляд на Сканду, что стоял у двери.

Он знал, что данный монастырь не принимал у себя монахов-паломников.Фанчжэн кивнул и отправился на кухню, чтобы зачерпнуть там полную чашу воды.Совершенный Лэ Тянь получил чашу с водой из рук Фанчжэна и затем, он выпил её содержимое, без остатка.

После, он восторженно воскликнул: «Ах! Вкусно! Вкусно! Невероятно вкусно! Монастырь Почтенного Фанчжэна и вправду изысканный.

Он намного лучше, чем крошечный Даосский Храм этого Нищего Священника.

Вода здесь, тоже, намного, намного лучше.»Фанчжэн улыбнулся: «Совершеннейший, есть ли какая-нибудь причина, для вашего визита в этот скромный монастырь?»«Нет.

Поскольку этому Нищему Священнику было нечем заняться, он начал своё путешествие по всему свету, чтобы понаблюдать за небом и землёй, и они приносят ему большую пользу.

Ну, а если не говорить высокопарно, то это была лишь простая прогулка по миру.» — Ну и когда Совершенный Лэ Тянь это и проговорил, он посмотрел на золотистый отблеск, который появился на горизонте.

Он улыбнулся счастливой улыбкой: «Солнце наконец-то восходит.

Хе-хе, оно и вправду красивое.»«Ох? Совершеннейший, вы что, никогда раньше не видели восхода?» — Фанчжэн сейчас был озадачен.

Это ведь, лишь обычный и ежедневный восход.

Он возможно и был довольно-таки впечатляющим и красивым, когда вы видели его в первый раз, но после того, как вы увидели его несколько раз, он уже не являлся ничем удивительным, разве не так?И всё же, Совершенный Лэ Тянь застал его в врасплох, своим покачиванием головы в разные стороны: «Этот Нищий Священник видит его каждый день, но этого ему недостаточно.

Только посмотрите на эти цветы, на эту траву, на эти деревья.

Хе-хе, какие же они всё-таки красивые.» — Ну и когда, он, это и проговаривал, Совершенный Лэ Тянь, кажется, что источал в округу, ауру своей беззаботной натуры.

Всё его естество, кажется, что обладало ореолом из счастья и радости.

Он был рад всему, что он видел, как если бы любой обычный объект из этого мира, имел в себе что-то интересное, согласно его взгляду.Фанчжэн посмотрел на Лэ Тяня и глубоко призадумался.Ну и в этот момент, Красный Мальчишка вышел из кухни, и он тут же увидел Совершенного Лэ Тяня.

В тот же момент он начал над ним глумиться: «Откуда этот коровий нос, вообще пришёл?»Лэ Тянь этими словами, был ошарашен, когда Фанчжэн был ими ошеломлён.

Он поспешил проговорить: «Цзинсинь, не будь таким грубым.

Иди сюда и извинись перед гостем!»Красному Мальчишке, было крайне неохота извиняться, поэтому он сейчас ерзал и переминался, в каком-то хаотичном беспокойстве.

Всё его естество как бы говорило: «Мне тут не за что извиняться!» — Совершенный Лэ Тянь засмеялся в ответ на подобное поведение Красного Мальчишки: «Почтеннейший, нет никакой нужды винить его за это.

Этот Нищий Священник и вправду является Коровьим Носом.

И этот паренёк говорит чистую правду.

А раз эти слова, не были ложью, то его нельзя было за это, винить.

Паренёк, твой косплейный прикид довольно-таки интересный.

Как тебя зовут?»Фанчжэн был удивлён, когда он это и услышал.

Он почувствовал, что конкретно этот даос, сильно отличался от обычных Даосских Священников и чем дольше он на него и смотрел, тем сильнее становилось это чувство.

И в особенности сильным, оно стало, после этой фразы: «А раз это не было ложью, то его нельзя было за это, винить.» — Если человек говорил что-то от всего сердца и если эти слова были чистой правдой… То кажется, это были такие слова, за которые и вправду нельзя было винить человека.

Тем не менее, подобные слова, в конечном итоге, всё еще были лишь оскорблением.

Он, что, не будет предъявлять никаких претензий по этому поводу? Фанчжэн сейчас был слегка озадачен из-за этого, явно выраженного парадокса.

Ян Пин приподнял уголки губ и сказал: «Всё то богатство, что на тебя и свалилось, из-за твоих же действий, будет просто просрано.

Позволь мне тебя просветить.

Данная цена — не сотня юаней, за стебель, а сотня юаней, за полкило!»

«Что? Сотня юаней, за полкило? Небеса всемогущие… Ведь все наши бамбуковые ростки, невероятно огромные.

Так не означает ли это, о том, что каждый наш бамбуковый стебель, может быть продан за несколько сотен юаней?» — Воскликнул кто-то из толпы.

Глаза Ван Югуя тут же загорелись!

Ян Пин продолжил говорить: «Всё верно! Один бамбуковый стебель, стоит несколько сотен юаней! Но, давайте на какое-то время отложим подобную информацию в сторону.

Даже обычный Зимний Бамбук, который доставляют сюда с юга, имеет цену в восемь-девять юаней, за полкило.

Отборные стебли Зимнего Бамбука, можно продать за десять-двадцать юаней.

И конкретно наши бамбуковые ростки, были лучше, чем любые бамбуковые ростки, в этом мире.

Ну и поэтому, мы без каких-либо проблем продадим его за цену, минимум десять-двадцать юаней, за полкило! И вот напрашивается вопрос.

Сколько мы можем заработать денег, выращивая и продавая кукурузу? Три-четыре юаня за полкило? Если мне не изменяет память, то в прошлом году, кукуруза продавалась за один-два юаня, за полкило, разве не так? Я не буду считать за вас всех.

Ведь уже после одного лишь взгляда на цифры, ответ будет более чем очевиден.

Ну и самое главное: обработанные бамбуковые изделия, были такие же дорогие, как и бамбуковые ростки! Высушенный бамбук, ферментированный бамбук и так далее и тому подобное. Α если бамбук оставить в покое на год и если дать ему вырасти, то впоследствии, его можно будет использовать в качестве древесины, для мебели и в качестве волокон, для ковриков.

Ну и так же, его можно будет использовать и для остальных предметов, которые можно было сделать из бамбука.

И все эти предметы, еда и полезности, по факту являются деньгами! Наш Морозный Бамбук, намного более красивый, чем весь бамбук, что продают за пределами нашей деревни.

Хах! Я даже не могу продолжать говорить.

Ведь всё о чём я сейчас думаю — это лишь деньги!»

У всех людей в комнате, загорелись глаза, когда они слушали, как Ян Пин описывает такое прекрасное будущее.

Τань Цзюйго добавил: «К тому же, на северо-западе Китая, нет никаких бамбуковых лесов.

Поэтому наш бамбуковый лес, можно считать настоящей редкостью.

Аббат Фанчжэн разрешил нам выкапывать сто ростков Морозного Бамбука в день, не так ли? Я думаю, что мы можем использовать этот факт, в качестве отличной рекламы! Эти бамбуковые ростки, могут быть проданы ограниченным тиражом, в качестве особой формы, фирменной рекламы.

Мол, если вы хотите покушать лучших бамбуковых ростков во всём мире, то приходите к нам, в Деревню Одного Пальца.

Кушайте бамбуковые ростки, во время созерцания бамбукового леса! Ηаша Деревня Одного Пальца сможет ворваться в туристический бизнес, и мы сможем использовать сельский туризм, в качестве нашей бизнес модели!»

«Хорошая идея!»

Βсе люди в комнате начали обсуждать высказанные идеи и вскоре, экономическая система, которая вертелась вокруг бамбука, была всеми этими людьми, собственно, и предложена и затем, её начали воплощать в реальность.

Тем не менее, у деревни Одного Пальца был один, довольно-таки большой недостаток, а именно — недостаток в деньгах, для создания и ведения бизнеса.

И слава богу, что Ян Хуа теперь был богатый.

Ну и сын Чэнь Цзиня, так же был довольно-таки богат.

Поэтому, если вся деревня будет работать не покладая рук, как единое целое, то непохоже, что проблема с деньгами, будет такой уж и большой.

Β последующие дни, они установили новый курс развития для их деревни.

Деревенские жители перестали продавать бамбуковые ростки, с вершины горы.

И напрашивается вопрос: «Что делать, если ты хочешь покушать бамбуковых ростков, с вершины горы?» — Ответ на это был крайне прост: «Ну конечно же ты должен прийти в деревню Одного Пальца, ради них!»

Ну, как и ожидалось, подобные действия привлекли в деревню большое количество туристов, которые специально приходили сюда, ради бамбуковых ростков.

Ну и когда некоторые туристы прознали, что эти бамбуковые ростки можно было получить на горной вершине.

Они начали забираться на гору, чисто из любопытства.

Ну и когда они видели Монастырь Одного Пальца на вершине, они так же заходили внутрь, чтобы выказать там своё почтение Будде и монастырю…

В то же мгновение, количество денежных подношений за палочки с благовониями, которые Фанчжэн получал в Монастыре Одного Пальца, вновь увеличилось.

Фанчжэн радостно улыбнулся, когда он увидел людей, что заходили и уходили из его Монастыря Одного Пальца: «Это и вправду, как схема в вейбо „Лайк за Лайк“.

Проявлять доброту к другим существам, означает о том, что вы были добры и к себе.

Ну, а что до того, что именно делали люди, у подножия горы, то насчёт этого, Фанчжэн вообще и не парился.

Он не являлся бизнесменом.

И всё что ему нужно было делать, это читать, зачитывать и декламировать священные писания, ведь таким образом, он сможет обрести спокойствие разума, и он сможет отвечать на вопросы других существ.

Ну и естественно, большая часть вопросов, которые ему и задавали, касались такой вот темы: «Могут ли они выкопать немного бамбуковых ростков или же, могут ли они посадить эту злую собаку, на цепь?»

К нему на гору, даже пришли такие туристы, которые притащили с собой огромную металлическую цепь, и они, как будто боялись, что у Фанчжэна, оной, просто не найдётся…

Этой ночью, Одинокий Волк начал громко и жалобно завывать, когда он увидел металлическую цепь и это случилось после того, как он вернулся с «работы».

Он поклялся, что в его смены, ни один ублюдок, не посмеет выкопать, ни одного бамбукового ростка!

В ответ на это, Фанчжэн лишь улыбнулся.

Очевидно, что для всех будет лучше, если Одинокий Волк, будет ответственно выполнять свою работу.

Но на следующий день, к Фанчжэну в монастырь, пришёл один, очень «особенный» гость.

Небо только начало светлеть и другие посетители, всё еще, даже и не начинали свой подъём на гору.

Ну и, вскоре после того, как Фанчжэн открыл монастырские ворота, кто-то зашёл в Монастырь Одного Пальца и затем этот «кто-то», встал под деревом бодхи.

Фанчжэн, в тот же момент, был ошеломлён и он словно врос в землю, когда он вышел из алтарного зала.

Этот человек, что пришёл к нему в монастырь, являлся монахом-даосом!

Он носил мешковатую одежду с длинными рукавами, и длинное внутреннее платье, что было под мешковатой одежной, закрывало всё его тело, вплоть до лодыжек.

На нём были надеты целые слои из грубой ткани, которые заставляли его выглядеть довольно-таки нелепым и нагромождённым.

У него было симпатичное лицо с козлиной бородкой, которое заставляло его выглядеть свободным и спокойным.

Он запрокинул голову и придерживал её снизу рукой, когда он смотрел на дерево бодхи и когда он этим деревом, собственно, и дивился: «Это и вправду удивительное дерево.

Родилось на юге, чтобы расти на севере.

Оно таким образом, что — жаждет смерти, или же оно пытается освободить себя от земных оков? Ха-ха-ха.»

Фанчжэн сложил ладони вместе и сказал: «Амитабха.

Покровитель, это дерево и вправду экстраординарно.

Вы можете считать его действия, как поиск собственной смерти.»

Монах-даос, этими словами, был ошарашен.

Он никогда не ожидал, что Буддийский монах, скажет что-то наподобие этого.

Затем он усмехнулся: «Небесный Владыка Беспредельности.

Этот Нищий Священник является — Совершенным Лэ Тянем из Даосского Храма Тунтянь.

Почтеннейший, как мне к вам обращаться?»

«Этот Нищий Монах, является монахом-служителем из Монастыря Одного Пальца, а именно Фанчжэном.» — Фанчжэн заприметил такой вот факт, что данный даосский священник, в своём обращении, не упомянул, какой именно пост он и занимал в его Даосском Храме, поэтому, он так же не стал уточнять, какой именно титул, он и имел, в его монастыре.

Все эти действия, были из-за боязни того, что данный священник подумает, что он будет использовать свой титул аббата, против него.

Совершенный Лэ Тянь улыбнулся: «Ох, так вы Почтенный Фанчжэн.

Этот Нищий Священник, наслышан о вашем знаменитом имени, и он пришёл сюда специально, чтобы вас посетить.

Вы же не будете считать подобные действия грубостью, верно же?» — Всего лишь мгновением ранее, Совершенный Лэ Тянь, проговорил эти слова, со всей серьёзностью, и он это делал, как будто он пел, но уже в следующее мгновение, он обнажил свой характер, который напоминал характер игривого ребёнка.

Ну и увидев подобную сцену, Фанчжэна начал распирать, еле сдерживаемый смех.

Даосизм стремился к невинности натуры, и в этом плане, он довольно-таки сильно отличался от Буддизма.

Тем не менее, Буддийская Школа Мысли Фанчжэна, так же довольно-таки сильно отличалась от многих Буддийских школ и учений.

Ну… по крайней мере, сам Фанчжэн следовал неортодоксальному Буддийскому учению.

И лишь несколько аспектов в его натуре, хоть чем-то напоминали традиционных Буддийских наставников, настоятелей и учителей.

Фанчжэн улыбнулся: «Вовсе нет.»

«Хорошо, это очень хорошо.

У вас есть немного воды, чтобы предоставить её вашему гостю? Ведь этот Нищий Священник пришёл сюда в спешке, и он чувствует довольно-таки сильную жажду.

Можете поделиться с ним, чашей воды?» — Ну и высказав это, Совершенный Лэ Тянь бросил взгляд на Сканду, что стоял у двери.

Он знал, что данный монастырь не принимал у себя монахов-паломников.

Фанчжэн кивнул и отправился на кухню, чтобы зачерпнуть там полную чашу воды.

Совершенный Лэ Тянь получил чашу с водой из рук Фанчжэна и затем, он выпил её содержимое, без остатка.

После, он восторженно воскликнул: «Ах! Вкусно! Вкусно! Невероятно вкусно! Монастырь Почтенного Фанчжэна и вправду изысканный.

Он намного лучше, чем крошечный Даосский Храм этого Нищего Священника.

Вода здесь, тоже, намного, намного лучше.»

Фанчжэн улыбнулся: «Совершеннейший, есть ли какая-нибудь причина, для вашего визита в этот скромный монастырь?»

Поскольку этому Нищему Священнику было нечем заняться, он начал своё путешествие по всему свету, чтобы понаблюдать за небом и землёй, и они приносят ему большую пользу.

Ну, а если не говорить высокопарно, то это была лишь простая прогулка по миру.» — Ну и когда Совершенный Лэ Тянь это и проговорил, он посмотрел на золотистый отблеск, который появился на горизонте.

Он улыбнулся счастливой улыбкой: «Солнце наконец-то восходит.

Хе-хе, оно и вправду красивое.»

«Ох? Совершеннейший, вы что, никогда раньше не видели восхода?» — Фанчжэн сейчас был озадачен.

Это ведь, лишь обычный и ежедневный восход.

Он возможно и был довольно-таки впечатляющим и красивым, когда вы видели его в первый раз, но после того, как вы увидели его несколько раз, он уже не являлся ничем удивительным, разве не так?

И всё же, Совершенный Лэ Тянь застал его в врасплох, своим покачиванием головы в разные стороны: «Этот Нищий Священник видит его каждый день, но этого ему недостаточно.

Только посмотрите на эти цветы, на эту траву, на эти деревья.

Хе-хе, какие же они всё-таки красивые.» — Ну и когда, он, это и проговаривал, Совершенный Лэ Тянь, кажется, что источал в округу, ауру своей беззаботной натуры.

Всё его естество, кажется, что обладало ореолом из счастья и радости.

Он был рад всему, что он видел, как если бы любой обычный объект из этого мира, имел в себе что-то интересное, согласно его взгляду.

Фанчжэн посмотрел на Лэ Тяня и глубоко призадумался.

Ну и в этот момент, Красный Мальчишка вышел из кухни, и он тут же увидел Совершенного Лэ Тяня.

В тот же момент он начал над ним глумиться: «Откуда этот коровий нос, вообще пришёл?»

Лэ Тянь этими словами, был ошарашен, когда Фанчжэн был ими ошеломлён.

Он поспешил проговорить: «Цзинсинь, не будь таким грубым.

Иди сюда и извинись перед гостем!»

Красному Мальчишке, было крайне неохота извиняться, поэтому он сейчас ерзал и переминался, в каком-то хаотичном беспокойстве.

Всё его естество как бы говорило: «Мне тут не за что извиняться!» — Совершенный Лэ Тянь засмеялся в ответ на подобное поведение Красного Мальчишки: «Почтеннейший, нет никакой нужды винить его за это.

Этот Нищий Священник и вправду является Коровьим Носом.

И этот паренёк говорит чистую правду.

А раз эти слова, не были ложью, то его нельзя было за это, винить.

Паренёк, твой косплейный прикид довольно-таки интересный.

Как тебя зовут?»

Фанчжэн был удивлён, когда он это и услышал.

Он почувствовал, что конкретно этот даос, сильно отличался от обычных Даосских Священников и чем дольше он на него и смотрел, тем сильнее становилось это чувство.

И в особенности сильным, оно стало, после этой фразы: «А раз это не было ложью, то его нельзя было за это, винить.» — Если человек говорил что-то от всего сердца и если эти слова были чистой правдой… То кажется, это были такие слова, за которые и вправду нельзя было винить человека.

Тем не менее, подобные слова, в конечном итоге, всё еще были лишь оскорблением.

Он, что, не будет предъявлять никаких претензий по этому поводу? Фанчжэн сейчас был слегка озадачен из-за этого, явно выраженного парадокса.