Том 1 Глава 27

— Бррр, холодно!

Рассвет на горе совсем отличается от рассвета на равнине.

Когда холодный воздух сталкивается с влажностью на рассвете, это образует холод, который пробирает до костей

Проходя через холодный воздух раннего утра, третий класс покинул общие комнаты и направился в тренировочный зал.

— Сейчас я полностью проснулся.

–  И я, но моё тело нет. Я так устал.

— Тебе следует медитировать.

— Кто медитировал этой ночью?

— Да, ты прав

Ведя пустой разговор, третий класс вытащил мешки с песком и камнями из хижины, приготовленные на другой стороне спортивного зала.

— Кстати, как долго нам ещё заниматься этим?

— Хм, может до тех пор, пока нас не попросят остановиться?

— Кто попросит?

— Ты не знаешь?

Все ученики подумали об одном.

«Тот чудовищный гад».

«Страшный придурок».

Хотя всё они учились в одном классе, Чхон Мён полностью подчинил их себе.

С тех пор, как тренировки стали сложнее, кто-то начинал бунтовать. Но когда их стукнули об потолок, теперь быстро остепенились.

Чо Гюль, первый кто пошёл против Чхон Мёна и даже Юн Джонг не жаловались. Так как могут взбунтоваться другие?

Ученики даже не подумать о том, чтобы превзойти Чо Гюля и Юн Джонга. Не было никого лучше них. По их мнению, даже тем двое были чудовищами.

— Но разве не странно в эти дни?

— Что?

— Он особо не смотрит и не приходит на тренировки.

— … да!

В начале Чхон Мён участвовал в тренировках и мучил других. Но в последнее время не было видно даже его лица.

— Тогда, значит это правда?

— Что правда?

— Слух о том, что он перезагрузил свою Ци.

— Не может быть!

— Нет, нет. Подумай об этом. Он становится худее и слабее с каждым днём, и вообще не кажется здоровым, поэтому и избегает тренировки.

— Ну…

— Всё было бы по-другому, если бы он был ленивым, но он не такой. Разве не странно, что парень, который тренировался в три раза больше всех нас неожиданно перестал ходить на тренировки?

— Когда ты объясняешь так, то это всё имеет смысл.

Все присутствующие ученики слушали разговор.

— Тогда…

Кто-то сказал то, о чем не следовало говорить.

— Должны ли мы вообще продолжать тренировку?

— …

Лица учеников третьего класса неожиданно стали суровыми.

На самом деле, их чувство не были такими, как в самом начале. Раньше они шли на тренировки, потому что их заставляли, покидали их с ноющим телом и недовольством.

Но сейчас, они осознали, что становятся сильнее из-за тренировок. Хотя было непривычно физически тренировать тело, чем культивировать Ци, но они могли видеть результаты.

Их тела становились прочными.

Разве есть более великая радость в боевых искусствах, чем становиться сильным? Даже несмотря на то, что их тела были усталыми и измученными, ученики начали ценить и наслаждаться тренировками.

Как только они услышали те слова, чувства, которые хранились глубоко вышли наружу.

— Я не могу пропускать каждый день, но…

— Просто один день…

— Постоянные тренировки - это не хорошо. Ничего плохого не случится, если уменьшить их количество.

Все поменяли свою точку зрения.

— Пожалуй, если Чхон Мёна там не будет!

Их отравляющие мысли продолжались пока, те не дошли до тренировочного зала. Ранние тренировки, которые и так были раздражительными, но стали раздражать сильнее, с этими мыслями, соблазняющим разум.

Они дети, поэтому это неизбежно.

— Смотрите, его здесь нет сегодня!

— Неужели он и вправду болеет?

— Тогда… не можем мы просто вернуться?

Решающий удар.

Были конкретные три причины, из-за которых ученики следовали за Чхон Мёном.

Первая: даже если все ученики объединяться, они не справятся с Чхон Мёном.

Вторая: Ун Ам поддерживает Чхон Мёна, а он надзиратель их общих комнат. Если ученики перешагнут через линию и над ними будет утерян контроль, вам следует обратиться к руководителю. А что делать, если руководитель на их стороне?

И наконец, Чхон Мён был странно здравомыслящим. На тренировках он был демоном, который мог напасть на других и устранить разногласие. Но он не унижал других и не заставлял делать их что-то неразумное для своей выгоды просто потому, что он был сильнее.

По всем этим причинам они предпочитали то, как обстоят далее сейчас, в отличие от тех времён, когда они были под властью Чо Гюля.

Но сейчас первая из причин разрушилась.

«Можем ли мы вернуться?»

«Правда ли, что Чхон Мён сейчас просто мешок с костями?»

«Не победим ли мы, если объединимся все вместе?»

Их глаза засверкали от решимости. Увидев это, Чо Гюль вздохнул.

— Сахён.

— Оставь их.

Юн Джонг улыбнулся.

— Они скоро увидят правду.

Кииик!

Все повернули голову в сторону двери зала Цветущий Сливы. Здесь не было только Чхон Мёна. Другими словами, это должен быть он.

Никто кроме него не мог прийти сюда для тренировки!

Дверь широко открылась.

Все повернули головы.

— А, что?

— Ослепляет!

Что-то излучало ослепляющий свет. Те, кто боролись со светом и смотрели на то, что пряталось в двери замерли от удивления.

Чхон Мён пришёл. Это точно был он.

Но он отличался от вчерашнего Чхон Мёна. Чхон Мён…

— Что с ним?

— Он что нанёс масло на лицо?

— Или он сорвал дикий женьшень и съел его?

Ученики третьего класса не верили своим глазам.

До вчерашнего дня он был слабым и исхудалым, что даже его смерть не оказалась бы странной, так? Но сейчас, он выглядел совсем здоровым, и что-то странное блестело на его лице.

— Мы пропали.

— Нас придётся тренироваться.

«Всё было хорошей мечтой».

Ученики подумали, что их мечты утекли прочь также быстро, как они и появились.

— Хмм…

Чхон Мён вошёл и остановившись перед ними заговорил:

— И так,

— …

— Этот наставник чувствует вину. Я был так болен, что пренебрёг вашими тренировками в эти дни. Я полностью готов понести ответственность.

— А, нет…

— Всё хорошо, с кем не бывает!

— Да, да!

Все они громко закричали в ответ на странные слова Чхон Мёна. Но он покачал головой и продолжил с грустным видом.

— Нет. Вы практиковались так усердно, даже в моё отсутствие. Я не смог оправдать ваши ожидания. Это полностью моя ошибка.

Атмосфера становилась страннее.

«Ему не следует делать это».

«Он и вправду говорит такое?»

Слышать такое было зловеще.

— Всё же!

— …

Чхон Мён сделал решающие заявления.

— Даже если я не могу исправить свои ошибки. Я могу исправить ситуацию. Если тренировок было недостаточно, то нам необходимо тренироваться ещё больше!

— Этот придурок…

— Я лучше умру, покрытый помётом.

— Я лучше попытаюсь убить его!

Проклятия прилетели с разных сторон, но Чхон Мён не обращал внимания.

— Так, я надеюсь вы думаете также. Не забывайте, что будущее Хуашань в ваших руках! Усердно тренируйтесь.

Чхон Мён указал вверх и все подняли головы.

Он гордо указал на Пик Лотоса.

— …

— Начинаем.

— …

— Первый вышел и бежит. Те, кто придут последними будут делать ещё круг.

— …

— Вы не собираетесь бежать?

В одну секунду, кто-то вышел из толпы, словно удар молнии. Лица всех, кто узнал человека вытянулись.

— Большой Сахён?

Юн Джонг.

Он бежал на Пик Лотоса, словно его пятки горели огнём и прямо за ним кто-то следовал.

Это был Чо Гюль.

— Не может быть!

– Эй, быстрее! Поспешите!

— Если мы опоздаем, нам придётся бежать ещё раз! Вперёд!

С этими словами многие из учеников начали бежать в полную силу.

— Как он мог так измениться за ночь!

— Мне откуда знать!

— Сахён! Разве ты не говорил, что нам следует пойти на него?

— Порядочному мужчине следует выбирать подходящее время. Сейчас оно совсем не подходящее!

— Я замёрз до смерти!

— Что?

— Сахён, пожалуйста, беги быстрее!

Все ученики начали бежать. Они смогут поесть, только тогда, когда сделают все верно. Они должны были бы бежать на руках, если бы им пришлось делать второй круг.

Поэтому каждый рвался быть первым.

Все бежали в кровавых слезах, бегущих вниз по их лицам. Они не знали, что случилось, но Чхон Мён был здоровом, а это значило, что у них нет никаких надежд.

Их бунт был подавлен ещё до начала. Смотря на бегущих учеников, Чхон Мён улыбнулся.

— Что за милые придурки!

Они посмели мечтать о бунте?

Его тело стало чувствительнее после того, как он достиг более высокого уровня. Поэтому Чхон Мён слышал всё, о чем они говорили.

— Да, это здорово.

Есть предел тому, что может самостоятельно достичь покорный человек, который умеет только слушать. Хуашань никогда не принимала таких. Но это не значит, что они принимали слишком непокорных.

Нет ничего хуже людей, который постоянно жалуются на всё. В Хуашань вы должны обладать способностью соответствовать свой уверенности, если хотите говорить свободно.

— Я создам для них такую возможность.

Это было важно стать таким же сильным, как он был в прошлом. Но в одиночку он не смог бы восстановить былую славу Хуашань. Всё потому, что Мурим не была под влиянием одного человека.

Бесчисленное количество людей поднимаются на вершину мира своими собственными силами. Но их имена бесследно исчезнут, если потомки не смогут сохранить наследие.

В конце концов, для поддержания репутация и известности секты, все его членов должны быть сильными.

Причина, по которой Шаолинь известна как лучшая секта, не потому, что там есть один уникальный человек. Даже Секта с опаснейшими воинами не может победить Шаолинь в одиночку, если союзники слабы.

Даже Хуашань в прошлом не могла встать против.

«'Но не сейчас».

Глаза Чхон Мёна засветились.

В прошлом он должен был следовать методам своих Сахёнов и Сасуков, но сейчас он может восстановить Хуашань так, как сам предпочитает. И в конце Хуашань будет более великой, чем раньше.

Конечно, его Сахёнам это бы не понравилось.

— Если это вас огорчает, то вернитесь к жизни!

Хихикнув, Чхон Мён приложил руку ко рту и закричал:

— Тот, кто прибежит последним лишиться завтрака!

Злоба, над которой мог бы заплакать сам дьявол.