— А если они собаку на нас спустят? — спросила напуганным голосом Лу Лань.Она была хорошей девушкой: всегда слушалась родителей, никогда не ходила в такие места, прилежно училась.— Тогда у нас будет собачатина на ужин, — улыбнулся Цзысинь.Хай не говорил, но сжал кулаки, продолжая идти вперёд.Цзысинь прищурился и заглянул в чёрное интернет-кафе с запертой дверью.

Через окно он видел учеников в школьной форме внутри.На стене висела табличка с ценами, часами работы, и доступными играми.— Вон там! — показал Хай.Если бы он не показал, Цзысинь бы и не обратил внимания на маленькое заброшенное здание.Никаких знаков на нём не было, кто-то краской на стене написал «ожидает сноса».

Несколько людей курили и болтали снаружи, бросая на них взгляды.— Это «Тень»? — спросил Цзысинь.— Ну, она внутри, — ответил Хай.— Хорошо.

Лань подожди у машины, мы с Хаем пойдём внутрь.— Ладно, — послушалась девушка в этот раз.Цзысинь с Хаем вошли.

Внутри Тень напоминала бар, за ближайшим столиком сидели два парня с очень коротко постриженными волосами.— Вау, шикарный симулятор! Вон, туда посмотри! — он был в умных очках и так двигал руками, словно что-то перемещал.В этих очках тоже был голографический проект, но старой модели: он проецировал изображение на сетчатку, а не в мир вокруг.— Босс, посади на самолёт! — крикнул Хай.— А, твою мать.

Сорян парни, надо отойти.Парень отключил очки и повернулся к ним.Хай протянул купюру в сто юаней и сказал:— Два аппарата.Юноша достал две пары очков из шкафа и протянул со словами:— Новую игру добавили недавно, шикарная.

Постарайтесь только ничего не сломать.Они вдвоём вошли в комнату.

Цзысинь обнаружил, что внутри «Тень» выглядит совсем не как снаружи — место явно оборудовали совсем недавно и по последнему слову техники.При этом использовалось всё, от подвала до чердака, отовсюду слышались голоса людей.Повсюду стояли голографические приставки и прочие устройства Красного Письма.

Даже несколько голографических телефонов.И не было никаких перегородок.

Все внутри видели, кто и чем занимается.Цзысинь прошёл мимо комнаты, в которой несколько парней играли в голографическую порно-игру.

А ведь на них была школьная форма!Порнографических голо-игр лично Цзысинь никогда не видел, но слышал, что в интернете умельцы создали несколько.

И постарались они на славу: выглядели и двигались девушки как настоящие!Когда Красное Письмо создавало игры, то заглаживала многие детали персонажей, чтобы они выглядели не слишком реалистично, иначе игроки могли перепутать реальность с виртуальностью.Но эти игры произвели точно не они.

Здесь сразу было видно, что создатели стремились к предельному реализму!Хай был смущён и притворялся, будто не смотрит.Но Цзысинь продолжал изучать помещение.

В дополнение к такой игре, он увидел ещё одно нарушение правил: игрок в другой комнате бродил по городу и расчленял животных, в то время как другой грабил банк, расстреливая полицейских.Цзысинь был поражён тем, насколько качественно выглядели эти игры.

Даже зная о том, что это проекции, бросив первый взгляд он подумал, что парень отрывает лапу настоящему котёнку.Эти игры были слишком реалистичны.

Кровь, крики, испуг в выражениях лиц людей — они были совсем как настоящие.И один из игроков с широкой улыбкой разрубал беременную женщину бензопилой.

Брызги голографической крови разлетались по нему, крики людей будоражили душу.Он будто попал в сцену из фильма ужасов.

Как такие игры влияли на людей? Тем более на детей.

Они ведь были неотличимы от реальности, и кто знает, не перепутают ли они миры однажды? Можно напиться и просто не понять где находишься и что делаешь!Хай увидел парня с бензопилой и передёрнулся:— Эта игра называется «Моя безумная башка».

Меня как-то приглашали поиграть, но я отказался.Цзысинь запомнил название и поклялся про себя, что по возвращению обязательно с этим разберётся!— Вон те парни приставали к моей девушке, — показал Хай.По другую сторону зала, за рядами голографических консолей, несколько парней играли в ту же самую игру.

Они вместе закладывали заряд взрывчатки под мостом.— Бомба готова?! Быстрее давайте, легавые скоро будут здесь! — крикнул один, в его руках был голографический руль, но через мгновение он врезался в другую машину на мосту и вылетел через лобовое стекло.Повреждения машин были сделаны на порядок хуже, чем сцены насилия над людьми, но в эту игру, как на неё не смотри, всё равно было вложено слишком много усилий для простого фанатского проекта.— Быстрее, если успеем взорвать мост, попадём в топ сто грешников! — крикнул другой невнятно, жуя орехи.Цзысиню тоже нравились шутеры и боевики, но «Моя безумная башка» была настолько реалистичной и жестокой, что его начинало тошнить.Он решил обязательно узнать откуда взялась эта игра и кто её автор.— Эй, — хлопнул парня по плечу Цзысинь.— Тебе чё надо? — парень попытался плюнуть орехом ему в лицо, но Цзысинь успел среагировать и рукой дал ему под челюсть.Тот подавился и начал кашлять.— Ты кто такой? — трое других поднялись, но когда увидели Хая позади, то сразу поняли: — О, малыш попросил о помощи! Ха-ха-ха!— Вот и отлично, мои кулаки хотят ещё! — Один из парней бросился на Хая как цепной пёс, но Цзысинь поймал его в полёте за руку и сжал.Ему потребовалось лишь немного напрячь стальные мышцы и цепной пёс завыл:— Больно! Больно, отпусти! А-а-а! Помогите!— О, драка! — остальные увидели что происходит, но вместо того, чтобы разнять, начали ликовать.

— А если они собаку на нас спустят? — спросила напуганным голосом Лу Лань.

Она была хорошей девушкой: всегда слушалась родителей, никогда не ходила в такие места, прилежно училась.

— Тогда у нас будет собачатина на ужин, — улыбнулся Цзысинь.

Хай не говорил, но сжал кулаки, продолжая идти вперёд.

Цзысинь прищурился и заглянул в чёрное интернет-кафе с запертой дверью.

Через окно он видел учеников в школьной форме внутри.

На стене висела табличка с ценами, часами работы, и доступными играми.

— Вон там! — показал Хай.

Если бы он не показал, Цзысинь бы и не обратил внимания на маленькое заброшенное здание.

Никаких знаков на нём не было, кто-то краской на стене написал «ожидает сноса».

Несколько людей курили и болтали снаружи, бросая на них взгляды.

— Это «Тень»? — спросил Цзысинь.

— Ну, она внутри, — ответил Хай.

Лань подожди у машины, мы с Хаем пойдём внутрь.

— Ладно, — послушалась девушка в этот раз.

Цзысинь с Хаем вошли.

Внутри Тень напоминала бар, за ближайшим столиком сидели два парня с очень коротко постриженными волосами.

— Вау, шикарный симулятор! Вон, туда посмотри! — он был в умных очках и так двигал руками, словно что-то перемещал.

В этих очках тоже был голографический проект, но старой модели: он проецировал изображение на сетчатку, а не в мир вокруг.

— Босс, посади на самолёт! — крикнул Хай.

— А, твою мать.

Сорян парни, надо отойти.

Парень отключил очки и повернулся к ним.

Хай протянул купюру в сто юаней и сказал:

— Два аппарата.

Юноша достал две пары очков из шкафа и протянул со словами:

— Новую игру добавили недавно, шикарная.

Постарайтесь только ничего не сломать.

Они вдвоём вошли в комнату.

Цзысинь обнаружил, что внутри «Тень» выглядит совсем не как снаружи — место явно оборудовали совсем недавно и по последнему слову техники.

При этом использовалось всё, от подвала до чердака, отовсюду слышались голоса людей.

Повсюду стояли голографические приставки и прочие устройства Красного Письма.

Даже несколько голографических телефонов.

И не было никаких перегородок.

Все внутри видели, кто и чем занимается.

Цзысинь прошёл мимо комнаты, в которой несколько парней играли в голографическую порно-игру.

А ведь на них была школьная форма!

Порнографических голо-игр лично Цзысинь никогда не видел, но слышал, что в интернете умельцы создали несколько.

И постарались они на славу: выглядели и двигались девушки как настоящие!

Когда Красное Письмо создавало игры, то заглаживала многие детали персонажей, чтобы они выглядели не слишком реалистично, иначе игроки могли перепутать реальность с виртуальностью.

Но эти игры произвели точно не они.

Здесь сразу было видно, что создатели стремились к предельному реализму!

Хай был смущён и притворялся, будто не смотрит.

Но Цзысинь продолжал изучать помещение.

В дополнение к такой игре, он увидел ещё одно нарушение правил: игрок в другой комнате бродил по городу и расчленял животных, в то время как другой грабил банк, расстреливая полицейских.

Цзысинь был поражён тем, насколько качественно выглядели эти игры.

Даже зная о том, что это проекции, бросив первый взгляд он подумал, что парень отрывает лапу настоящему котёнку.

Эти игры были слишком реалистичны.

Кровь, крики, испуг в выражениях лиц людей — они были совсем как настоящие.

И один из игроков с широкой улыбкой разрубал беременную женщину бензопилой.

Брызги голографической крови разлетались по нему, крики людей будоражили душу.

Он будто попал в сцену из фильма ужасов.

Как такие игры влияли на людей? Тем более на детей.

Они ведь были неотличимы от реальности, и кто знает, не перепутают ли они миры однажды? Можно напиться и просто не понять где находишься и что делаешь!

Хай увидел парня с бензопилой и передёрнулся:

— Эта игра называется «Моя безумная башка».

Меня как-то приглашали поиграть, но я отказался.

Цзысинь запомнил название и поклялся про себя, что по возвращению обязательно с этим разберётся!

— Вон те парни приставали к моей девушке, — показал Хай.

По другую сторону зала, за рядами голографических консолей, несколько парней играли в ту же самую игру.

Они вместе закладывали заряд взрывчатки под мостом.

— Бомба готова?! Быстрее давайте, легавые скоро будут здесь! — крикнул один, в его руках был голографический руль, но через мгновение он врезался в другую машину на мосту и вылетел через лобовое стекло.

Повреждения машин были сделаны на порядок хуже, чем сцены насилия над людьми, но в эту игру, как на неё не смотри, всё равно было вложено слишком много усилий для простого фанатского проекта.

— Быстрее, если успеем взорвать мост, попадём в топ сто грешников! — крикнул другой невнятно, жуя орехи.

Цзысиню тоже нравились шутеры и боевики, но «Моя безумная башка» была настолько реалистичной и жестокой, что его начинало тошнить.

Он решил обязательно узнать откуда взялась эта игра и кто её автор.

— Эй, — хлопнул парня по плечу Цзысинь.

— Тебе чё надо? — парень попытался плюнуть орехом ему в лицо, но Цзысинь успел среагировать и рукой дал ему под челюсть.

Тот подавился и начал кашлять.

— Ты кто такой? — трое других поднялись, но когда увидели Хая позади, то сразу поняли: — О, малыш попросил о помощи! Ха-ха-ха!

— Вот и отлично, мои кулаки хотят ещё! — Один из парней бросился на Хая как цепной пёс, но Цзысинь поймал его в полёте за руку и сжал.

Ему потребовалось лишь немного напрячь стальные мышцы и цепной пёс завыл:

— Больно! Больно, отпусти! А-а-а! Помогите!

— О, драка! — остальные увидели что происходит, но вместо того, чтобы разнять, начали ликовать.