Неделей ранее, после записи программы «Я — Писатель, приглашаю поязвить».

Комната отдыха семи участников.Не написавший ни одного слова в последнем туре Фэн Буцзюэ без сомнения выбыл из соревнования.

Поболтав немного с другими участниками, он с радостным выражением лица вернулся в комнату отдыха, попивая кофе из банки.

Осталось дождаться завершения интервью и можно ехать домой на метро…Не прошло много времени, как Оскар с двумя операторами, осветителем, звукооператором постучали в дверь комнаты отдыха.Фэн Буцзюэ отозвался.

После этого они все вошли и начали расставлять оборудование, настраивать свет.Как только Оскар вошел, тут же принялся пожимать Фэн Буцзюэ руку, как на встрече с руководителем, повторяя: «Спасибо за ваши старания…»Фэн Буцзюэ ответил: «Что вы — что вы, это вам спасибо…» — он сделал паузу и спросил. — «Эй? Вам еще брать 7 интервью?»«Нет-нет, я буду брать интервью только у вас». — Ответил Оскар. — «Это команда режиссера, я отвечаю за интервью с выбывшим.

С оставшимися шестерыми будут работать редакторы или заместители режиссера».«О-о». — Кивнул Фэн Буцзюэ.В комнате отдыха было уже давно отмеренное место для интервью с ведущим и участником, даже лежали в углу два складных стула, на полу была нарисована линия точно указывающая, где должны стоять стулья.

Сотрудники работали быстро, и скоро все приготовления к интервью были завершены.Оскар взял заметки, сел напротив Фэн Буцзюэ, спиной к камере и сказал: «Итак… Мы начинаем?»Фэн Буцзюэ ответил: «Хорошо». — Он спешил вернуться домой и, естественно, надеялся побыстрее закончить запись.«Когда вы получили приглашение на участие в программе, вы чувствовали волнение или… Давление?» — у Оскара в руках были заметки, которые он заранее подготовил для интервью, по ним он начал задавать вопросы.«Нет».«Тогда, может нерешительность?» — снова сказал Оскар. — «В конце концов, даже известные писатели, как говорят, хотят прийти на эту сцену и сразиться с другими писателями, вы не чувствовали ничего странного?»«По сравнению с ним, я — пустое место, так чего медлить».«Ха-ха…» — Оскар рассмеялся, вынул из кармана портативный проигрыватель и немного помедлив, поставил его перед Фэн Буцзюэ, на экране отображалась ранее сделанная запись. — «В тот момент, почему вы выбрали такую тему для программы?»«Должно быть, потому что предчувствовал, что будет дальше…» — ответил Фэн Буцзюэ.Оскар спрашивал дальше: «Посмотрим еще раз…» — перемотал. — «Почему в первом туре вы написали этот текст?»«А почему я не мог его написать?» — с усмешкой ответил Фэн Буцзюэ. — «Как вы тогда сказали, война, герой, личность — три ключевых слова, очень трудно найти непредсказуемый ответ.

Тогда я взял и написал о личности, которую никто не ожидал».Оскар кивнул и прокрутил запись дальше: «Когда оглашали результаты, на каком месте вы ожидали увидеть себя?»«На последнем…» — сказал Фэн Буцзюэ. — «Я перегнул палку».Оскар спрашивал дальше: «Во время второго раунда, я заметил, что на вашей консоли не было написано ни слова».«Потому что все мои наброски здесь». — Фэн Буцзюэ постучал пальцем по своему виску.«Сколько времени у вас ушло, чтобы придумать эту историю?» — спросил Оскар.«На самом деле… В тот момент, когда вы сказали мне отвечать, я только начал ее придумывать». — Ответил Фэн Буцзюэ.«Мне тоже так показалось». — Усмехнулся Оскар. — «Ха-ха… Однако то, что при этом вы смогли стать вторым, означает, что вы действительно сильны».«Если бы я попытался сделать это во второй раз, то результат не был бы таким хорошим». — Сказал Фэн Буцзюэ. — «В этот раз зрители просто не видели никого с таким вызывающим поведением, потому впечатление было довольно глубоким и бюллетеней много.

Позднее, если будет участник, который решит попробовать это снова, возможно, его постигнет неудача».В этот момент Оскар повернул голову и сделал жест рукой, два оператора приостановили съемку, звукооператор убрал микрофон: «Я задам личный вопрос… О чем вы говорили с оператором Фэйем после второго раунда?»Фэн Буцзюэ, очевидно, не мог выдавать информацию о подтасовке результатов, потому со спокойным лицом сказал: «О, тогда… Он считает, что человек с моим отношением, несомненно, должен быть отсеян, потому рассказал мне о дополнительном отборочном соревновании.

Потом мы поболтали о Бойцовском клубе, Шуберте и сифилисе».У Оскара несколько раз дернулся уголок губ, затем он дал сигнал к продолжению съемки и еще прокрутил запись на плеере: «В третьем раунде вы действительно прочитали всю книгу?»Фэн Буцзюэ самодовольно усмехнулся: «Когда вы вошли, я заметил… Что вы спрятали во внутреннем кармане пиджака мой конверт». — Он указал на костюм Оскара. — «Раз уж вы подготовились, то можете проверить».Оскар смущенно улыбнулся и вынул стопку листов формата А4, пролистал несколько и прочитал: «Он сказал с высокомерным выражением на лице: ‘Мой невежественный слуга, твой отец…’Он еще не дочитал строчку, как Фэн Буцзюэ продолжил: «Твой отец — горбун, твоя мать — проститутка, твоя старшая сестра — ненормальная, а ты, тебе посчастливилось стать слугой аристократа, то есть моим слугой.

У тебя все еще остались какие-то требования?»Оскар, пораженный до глубины души, сказал: «Учитель Поневоле, ваша память божественна». — Он будто не мог поверить, свернул бумагу, проверил, что за спиной не было ничего, через что можно подсмотреть и снова сказал. — «Вам без стеснения можно участвовать в «Китай ищет таланты» (телевизионное шоу в КНР, калька с американского шоу, которое в русском переводе называется «Америка ищет таланты», оригинальное название на английском «X factor seeking stars», прим. пер.)».«Ха-ха… Не интересно». — Со смехом сказал Фэн Буцзюэ.

Он, похоже, все еще был удручен этим рассказом и добавил. — «Стиль этого произведения действительно неплох, но сюжет очень банален, не хватает яркого акцента.

Кроме того, в тексте есть заимствованные отрывок из «По ком звонит колокол» Эрнеста Хемингуэя, изменено лишь время и имена, а взрыв моста превратился в убийство.

В процессе чтения мне показалось это знакомым, а увидев фразу ‘Нет человека, который был бы как Остров, сам по себе’, я сразу все понял.

Когда этот автор писал тридцатую главу, он не знал, как продолжить, потому взял сюжет из другой книги, а потом, снова вернулся к банальному сюжету и так и не дописал».Услышав это, Оскар остолбенел и подумал: Ты не просто все прочитал, ты читал очень внимательно…«Неужели действительно из-за этого… Не захотели написать заключительную главу для этого рассказа? Даже если бы вы написали хоть что-то, определенно получили бы голоса». — Снова спросил Оскар.«Я с самого начала не хотел доделывать чужое произведение, в особенности такой рассказ-евнух». — Ответил Фэн Буцзюэ. — «От таких рассказов у меня возникает ощущение… Будто это ребенок другого человека, малыш еще не вырос, а родители уже оставили его, бросили посреди улицы, чтобы он жил или умер сам по себе». — Он пожал плечами. — «А вы хотите заставить меня притвориться его родителем, взять и воспитывать.

Я не могу это сделать, раз уж этот ребенок оказался не нужен его родителям, то, что я могу сделать? Прежде всего, я не такой, как его родители».«Хорошо, думаю, что понимаю вас». — Сказал Оскар. — «Еще хочу спросить о выбывании, каковы ваши впечатления? Есть чувство сожаления? Раскаяние по поводу того, что не стали отвечать в третьем раунде?»Фэн Буцзюэ так же не мог сказать, что хотел побыстрее вылететь.

Он взъерошил волосы и решительно сказал: «Хм… Я считаю, что даже простое участие, это уже хорошо, спасибо редакторам программы, что решили пригласить такого простого человека, как я.

Сожаления… К счастью, нет.

Что толку сожалеть… Раз уж сделал, то нельзя раскаиваться».В этот раз на интервью ушло около 15 минут, записать нужно было еще очень много, например, как прочие участники дадут свою оценку, потом смонтировать ответы и так далее.Наконец, интервью закончилось, Оскар посмотрел на наброски в руках, все вопросы заданы.

Он еще поэксплуатировал проигрыватель: «Перед тем, как я задам последний вопрос… У меня тут есть нарезка записей других новичков, которые участвовали в «Я — Писатель», надеюсь, что вы посмотрите».…………«Писатель это…»«Писатель?»«Хм… Для меня это значит…»«Писатель это…»«Тот, кто из слов сооружает фантазии людей».«Профессия и работа».«Проводник мыслей».«Мой образ жизни».«Обычный, но в то же время незаурядный…»«Это означает тупик? Ха-ха… Вырежете это».«Когда говоришь, что здесь написано плохо, там написано плохо, встаешь и идешь писать сам, а сможешь ли написать хорошо?»«Я люблю писать, и потому все идет само собой».«Люди, отправившиеся в одно и то же место, одинаковые, мы гонимся за одной мечтой.

Однако, очень многие сойдут с пути или… Остановятся на полдороги.

Но я думаю, что будут те, кто пройдут путь до конца, и мы придем к одной цели разными путями».«Каждую минуту напоминаю себе, что я — писатель.

Это не конкурс, мы — профессионалы, мы показываем, каким должен быть современный писатель, а не нам все должны диктовать, как нам писать».«Если бы все действительно могли писать, тогда что бы оставалось делать нам, профессиональным писателям?»…………Оскар продолжил: «По традиции, все писатели, которые приходят к нам на программу отвечают на этот вопрос…» — Он сделал паузу. — «Учитель Поневоле, кто такой писатель… в двух словах и что это значит для вас?»Фэн Буцзюэ просмотрел не длинную нарезку и вдруг почувствовал, что ответить на этот вопрос непросто: «Позвольте мне подумать». — У него на лице появилось такое серьезное выражение, какого не было за всю программу.Помолчав долгое время, Фэн Буцзюэ, наконец, сказал: «Я готов».Звукооператор поднял микрофон, Оскар кивнул операторам и сказал: «Здесь крупным планом». — Он повернулся к Фэн Буцзюэ и сказал. — «ОК, начинайте».Фэн Буцзюэ сказал: «Для меня, писатель — это… Человека, который, посредством литературы, может изменить мир.Нужно лишь быть убежденным в этом, верить в себя и суметь превратить фантазию в реальность».

Неделей ранее, после записи программы «Я — Писатель, приглашаю поязвить».

Комната отдыха семи участников.

Не написавший ни одного слова в последнем туре Фэн Буцзюэ без сомнения выбыл из соревнования.

Поболтав немного с другими участниками, он с радостным выражением лица вернулся в комнату отдыха, попивая кофе из банки.

Осталось дождаться завершения интервью и можно ехать домой на метро…

Не прошло много времени, как Оскар с двумя операторами, осветителем, звукооператором постучали в дверь комнаты отдыха.

Фэн Буцзюэ отозвался.

После этого они все вошли и начали расставлять оборудование, настраивать свет.

Как только Оскар вошел, тут же принялся пожимать Фэн Буцзюэ руку, как на встрече с руководителем, повторяя: «Спасибо за ваши старания…»

Фэн Буцзюэ ответил: «Что вы — что вы, это вам спасибо…» — он сделал паузу и спросил. — «Эй? Вам еще брать 7 интервью?»

«Нет-нет, я буду брать интервью только у вас». — Ответил Оскар. — «Это команда режиссера, я отвечаю за интервью с выбывшим.

С оставшимися шестерыми будут работать редакторы или заместители режиссера».

«О-о». — Кивнул Фэн Буцзюэ.

В комнате отдыха было уже давно отмеренное место для интервью с ведущим и участником, даже лежали в углу два складных стула, на полу была нарисована линия точно указывающая, где должны стоять стулья.

Сотрудники работали быстро, и скоро все приготовления к интервью были завершены.

Оскар взял заметки, сел напротив Фэн Буцзюэ, спиной к камере и сказал: «Итак… Мы начинаем?»

Фэн Буцзюэ ответил: «Хорошо». — Он спешил вернуться домой и, естественно, надеялся побыстрее закончить запись.

«Когда вы получили приглашение на участие в программе, вы чувствовали волнение или… Давление?» — у Оскара в руках были заметки, которые он заранее подготовил для интервью, по ним он начал задавать вопросы.

«Тогда, может нерешительность?» — снова сказал Оскар. — «В конце концов, даже известные писатели, как говорят, хотят прийти на эту сцену и сразиться с другими писателями, вы не чувствовали ничего странного?»

«По сравнению с ним, я — пустое место, так чего медлить».

«Ха-ха…» — Оскар рассмеялся, вынул из кармана портативный проигрыватель и немного помедлив, поставил его перед Фэн Буцзюэ, на экране отображалась ранее сделанная запись. — «В тот момент, почему вы выбрали такую тему для программы?»

«Должно быть, потому что предчувствовал, что будет дальше…» — ответил Фэн Буцзюэ.

Оскар спрашивал дальше: «Посмотрим еще раз…» — перемотал. — «Почему в первом туре вы написали этот текст?»

«А почему я не мог его написать?» — с усмешкой ответил Фэн Буцзюэ. — «Как вы тогда сказали, война, герой, личность — три ключевых слова, очень трудно найти непредсказуемый ответ.

Тогда я взял и написал о личности, которую никто не ожидал».

Оскар кивнул и прокрутил запись дальше: «Когда оглашали результаты, на каком месте вы ожидали увидеть себя?»

«На последнем…» — сказал Фэн Буцзюэ. — «Я перегнул палку».

Оскар спрашивал дальше: «Во время второго раунда, я заметил, что на вашей консоли не было написано ни слова».

«Потому что все мои наброски здесь». — Фэн Буцзюэ постучал пальцем по своему виску.

«Сколько времени у вас ушло, чтобы придумать эту историю?» — спросил Оскар.

«На самом деле… В тот момент, когда вы сказали мне отвечать, я только начал ее придумывать». — Ответил Фэн Буцзюэ.

«Мне тоже так показалось». — Усмехнулся Оскар. — «Ха-ха… Однако то, что при этом вы смогли стать вторым, означает, что вы действительно сильны».

«Если бы я попытался сделать это во второй раз, то результат не был бы таким хорошим». — Сказал Фэн Буцзюэ. — «В этот раз зрители просто не видели никого с таким вызывающим поведением, потому впечатление было довольно глубоким и бюллетеней много.

Позднее, если будет участник, который решит попробовать это снова, возможно, его постигнет неудача».

В этот момент Оскар повернул голову и сделал жест рукой, два оператора приостановили съемку, звукооператор убрал микрофон: «Я задам личный вопрос… О чем вы говорили с оператором Фэйем после второго раунда?»

Фэн Буцзюэ, очевидно, не мог выдавать информацию о подтасовке результатов, потому со спокойным лицом сказал: «О, тогда… Он считает, что человек с моим отношением, несомненно, должен быть отсеян, потому рассказал мне о дополнительном отборочном соревновании.

Потом мы поболтали о Бойцовском клубе, Шуберте и сифилисе».

У Оскара несколько раз дернулся уголок губ, затем он дал сигнал к продолжению съемки и еще прокрутил запись на плеере: «В третьем раунде вы действительно прочитали всю книгу?»

Фэн Буцзюэ самодовольно усмехнулся: «Когда вы вошли, я заметил… Что вы спрятали во внутреннем кармане пиджака мой конверт». — Он указал на костюм Оскара. — «Раз уж вы подготовились, то можете проверить».

Оскар смущенно улыбнулся и вынул стопку листов формата А4, пролистал несколько и прочитал: «Он сказал с высокомерным выражением на лице: ‘Мой невежественный слуга, твой отец…’

Он еще не дочитал строчку, как Фэн Буцзюэ продолжил: «Твой отец — горбун, твоя мать — проститутка, твоя старшая сестра — ненормальная, а ты, тебе посчастливилось стать слугой аристократа, то есть моим слугой.

У тебя все еще остались какие-то требования?»

Оскар, пораженный до глубины души, сказал: «Учитель Поневоле, ваша память божественна». — Он будто не мог поверить, свернул бумагу, проверил, что за спиной не было ничего, через что можно подсмотреть и снова сказал. — «Вам без стеснения можно участвовать в «Китай ищет таланты» (телевизионное шоу в КНР, калька с американского шоу, которое в русском переводе называется «Америка ищет таланты», оригинальное название на английском «X factor seeking stars», прим. пер.)».

«Ха-ха… Не интересно». — Со смехом сказал Фэн Буцзюэ.

Он, похоже, все еще был удручен этим рассказом и добавил. — «Стиль этого произведения действительно неплох, но сюжет очень банален, не хватает яркого акцента.

Кроме того, в тексте есть заимствованные отрывок из «По ком звонит колокол» Эрнеста Хемингуэя, изменено лишь время и имена, а взрыв моста превратился в убийство.

В процессе чтения мне показалось это знакомым, а увидев фразу ‘Нет человека, который был бы как Остров, сам по себе’, я сразу все понял.

Когда этот автор писал тридцатую главу, он не знал, как продолжить, потому взял сюжет из другой книги, а потом, снова вернулся к банальному сюжету и так и не дописал».

Услышав это, Оскар остолбенел и подумал: Ты не просто все прочитал, ты читал очень внимательно…

«Неужели действительно из-за этого… Не захотели написать заключительную главу для этого рассказа? Даже если бы вы написали хоть что-то, определенно получили бы голоса». — Снова спросил Оскар.

«Я с самого начала не хотел доделывать чужое произведение, в особенности такой рассказ-евнух». — Ответил Фэн Буцзюэ. — «От таких рассказов у меня возникает ощущение… Будто это ребенок другого человека, малыш еще не вырос, а родители уже оставили его, бросили посреди улицы, чтобы он жил или умер сам по себе». — Он пожал плечами. — «А вы хотите заставить меня притвориться его родителем, взять и воспитывать.

Я не могу это сделать, раз уж этот ребенок оказался не нужен его родителям, то, что я могу сделать? Прежде всего, я не такой, как его родители».

«Хорошо, думаю, что понимаю вас». — Сказал Оскар. — «Еще хочу спросить о выбывании, каковы ваши впечатления? Есть чувство сожаления? Раскаяние по поводу того, что не стали отвечать в третьем раунде?»

Фэн Буцзюэ так же не мог сказать, что хотел побыстрее вылететь.

Он взъерошил волосы и решительно сказал: «Хм… Я считаю, что даже простое участие, это уже хорошо, спасибо редакторам программы, что решили пригласить такого простого человека, как я.

Сожаления… К счастью, нет.

Что толку сожалеть… Раз уж сделал, то нельзя раскаиваться».

В этот раз на интервью ушло около 15 минут, записать нужно было еще очень много, например, как прочие участники дадут свою оценку, потом смонтировать ответы и так далее.

Наконец, интервью закончилось, Оскар посмотрел на наброски в руках, все вопросы заданы.

Он еще поэксплуатировал проигрыватель: «Перед тем, как я задам последний вопрос… У меня тут есть нарезка записей других новичков, которые участвовали в «Я — Писатель», надеюсь, что вы посмотрите».

«Писатель это…»

«Писатель?»

«Хм… Для меня это значит…»

«Писатель это…»

«Тот, кто из слов сооружает фантазии людей».

«Профессия и работа».

«Проводник мыслей».

«Мой образ жизни».

«Обычный, но в то же время незаурядный…»

«Это означает тупик? Ха-ха… Вырежете это».

«Когда говоришь, что здесь написано плохо, там написано плохо, встаешь и идешь писать сам, а сможешь ли написать хорошо?»

«Я люблю писать, и потому все идет само собой».

«Люди, отправившиеся в одно и то же место, одинаковые, мы гонимся за одной мечтой.

Однако, очень многие сойдут с пути или… Остановятся на полдороги.

Но я думаю, что будут те, кто пройдут путь до конца, и мы придем к одной цели разными путями».

«Каждую минуту напоминаю себе, что я — писатель.

Это не конкурс, мы — профессионалы, мы показываем, каким должен быть современный писатель, а не нам все должны диктовать, как нам писать».

«Если бы все действительно могли писать, тогда что бы оставалось делать нам, профессиональным писателям?»

Оскар продолжил: «По традиции, все писатели, которые приходят к нам на программу отвечают на этот вопрос…» — Он сделал паузу. — «Учитель Поневоле, кто такой писатель… в двух словах и что это значит для вас?»

Фэн Буцзюэ просмотрел не длинную нарезку и вдруг почувствовал, что ответить на этот вопрос непросто: «Позвольте мне подумать». — У него на лице появилось такое серьезное выражение, какого не было за всю программу.

Помолчав долгое время, Фэн Буцзюэ, наконец, сказал: «Я готов».

Звукооператор поднял микрофон, Оскар кивнул операторам и сказал: «Здесь крупным планом». — Он повернулся к Фэн Буцзюэ и сказал. — «ОК, начинайте».

Фэн Буцзюэ сказал: «Для меня, писатель — это… Человека, который, посредством литературы, может изменить мир.

Нужно лишь быть убежденным в этом, верить в себя и суметь превратить фантазию в реальность».