Чем ближе становилось 25 ноября, тем сильнее ощущалась атмосфера Дня благодарения.

Уже была глубокая осень, повсюду деревья сбрасывали с себя золотисто-жёлтые листья, придавая некоторое уныние этому семейному празднику.В День благодарения стояло ясное небо, вновь выдалась хорошая погода, Джессика проснулась очень рано.

На самом деле до этого она тщательно подготовилась к праздничному столу, купила большую, жирную индейку, чтобы все могли вдоволь наесться! Это ведь девятая годовщина их отношений! Более того, это первый относительно осмысленный День благодарения в жизни Хоуп.

Джессика давно ждала этого дня.— Ян, Ян! Ты где? — раздался звонкий крик в гостиной.— Ян, Ян! Ты где? — раздался следом тонкий детский голосок.— Не зови папу по имени, — учила Джессика.Ангелочек в последнее время находился на том этапе взросления, когда ей нравилось подражать действиям и речам взрослых.Джессика взглянула на настенные часы и нахмурилась.

Планы немного изменились, в этом году у всех был свой День благодарения, потому что Джошуа недавно сделал успешное предложение руки и сердца и отправился с Алексис путешествовать по Европе, ещё и захватил с собой родителей; а родители Яна не придавали особого значения Дню благодарения, у них была своя программа в Сан-Франциско.

Тем не менее праздников ещё будет огромное количество, Хоуп исполнилось почти 2 года, её не заботило отсутствие большой шумной компании.

Провести время в тихой, уютной компании из трёх человек тоже неплохо.— У мамы дела, — Джессика опустила голову, поцеловала Хоуп и с улыбкой сказала: — А ты иди поиграй.

Если что — зови маму.Хоуп послушно кивнула, и на личике тоже показалась улыбка.Хоуп уселась на полу посреди кучи игрушек и начала переставлять белого мишку, собачку, кошечку и другие куклы, что-то бормоча: «Кушай!», «Нельзя кушать», «Ешь-ешь, расти большой!», «Ай-ай, хи! Ты куда?»…— Нашёл, нашёл!Спустя некоторое время до гостиной донёсся смех Ван Яна, следом и он сам появился с коробкой чёрных видеокассет.

Хоуп с радостным возгласом встала и подбежала:— Что это?Ван Ян, улыбаясь, погладил её по голове и направился к телевизору и видеомагнитофону:— Скоро узнаешь!Это было одно из сокровищ в его хламе, который он привёз из родительского дома в Сан-Франциско, а точнее, кое-какие вещи, которые он снял в детстве.Вскоре на экране телевизора включилась кассета.

По осенней лесной дороге прошёл темноволосый юноша среднего школьного возраста, встал перед камерой и с улыбкой сказал:— Ты смотришь? Кретин!— Ха-ха-ха! Кретин! — дика захохотал сидевший на диване Ван Ян, хлопая себя по ноге.Рядом Хоуп тоже хихикала.

Она с любопытством спросила:— Папа, кто это? Это ты?Ван Ян кивнул:— Ага.

Какой красавец, да?Хоуп приняла недоумевающий вид:— Почему длинные волосы?Ван Ян пожал плечами:— У папы тогда были длинные волосы, папа играл в музыкальной группе… Просто пел, но потом я исправился, теперь я режиссёр.В какой-то момент из кухни вышла Джессика, оперлась сзади дивана о плечи Ван Яна и встала на цыпочки, пошатываясь.

Наблюдая, как он на видео выпендривается своими боевыми навыками, она кокетливым тоном промолвила:— Красивый мальчик! Не хотел бы он пойти на свидание?Ван Ян собирался что-что сказать, как вдруг Хоуп спародировала недавний крик юного папы:— Action!Она с самых пелёнок несметное множество раз посещала съёмочную площадку и неоднократно слышала это слово.

Ван Ян же с Джессикой испытали небольшой шок.

Он спросил:— Малышка, ты знаешь, что это значит? Action?— Хм… — любившая размышлять Хоуп завертела головой и после недолгих раздумий с простодушной улыбкой ответила: — Кино!Джессика, рассмеявшись, толкнула голову Ван Яна, а тот, нежно поглаживая голову дочери, расплылся в улыбке:— Можешь так это понимать.Солнце постепенно садилось на западе, отблески вечерней зари придавали ещё больше уныния осенним листьям, покрывавшим всю землю.

С самого утра и до наступления сумерек семья Ван Яна весело проводила время, зато у Дэнни появилось больше времени на сон.— Она такая большая!Над обеденным столом витали разные ароматы.

Глядя на множество благоухающих блюд и большую сверкающую индейку, Хоуп удивлённо воскликнула.

Ван Ян, сидевший на месте главы семейства, сделал торжественно-серьёзный вид и сообщил:— Это наша семейная традиция: индейка на День благодарения должна быть большой.Сидевшая слева Джессика пожала плечами:— … Ага.Будучи любознательным ребёнком, Хоуп тут же спросила:— Почему?Ван Ян кашлянул и ладонью указал на Джессику, серьёзно сказав:— Потому что у твоей мамы очень большой аппетит, каждый раз много ест.

Ты не помнишь? В прошлом году она съела пол-индейки.Хоуп тотчас захихикала, отчего большие глаза превратились в полумесяцы:— Мама, ты обжора!Джессика изумлённо раскрыла рот, закатила глаза и с силой ударила Ван Яна по ладони:— Неправда.Ван Ян поднял вверх руки, направив нож прямо в полоток, и с улыбкой сказал:— Ладно, ладно! Это был я.

Папа каждый раз много ест.

Из-за этого, когда мы в гостях, другие боятся, что у них маленькая индейка.Джессика, показав большой палец, кивнула, её лицо, сдерживавшее смех, по-прежнему выглядело милым.Этот праздничный обед прошёл под звуки весёлых голосов и смеха.

Сумерки уже сгустились, ветер приносил с собой осеннюю прохладу, во дворе с фирмианы осыпались листья, на лужайке уже скопилось несколько слоёв.

Сегодня было полнолуние, в ночном небе зависла круглая луна, чей яркий свет заливал землю.— Ах-ха-ха! — Хоуп радостно бегала по лужайке.Неподалёку, сидя на плетённых стульях, Ван Ян и Джессика любовались полной луной и о чём-то перешёптывались.

Он снова легонько погладил её живот, где зарождалась новая жизнь.Немного поглядев на ангелочка, лежавший возле плетёного стула Дэнни устало сомкнул глаза.

Он был уже очень стар, и неизвестно, как долго он ещё сможет составлять им компанию, поэтому он наслаждался этим временем.

Сегодня вечерний ветерок отдавал такой приятной прохладой.— Вечерний пейзаж сегодня действительно красивый, — слегка расчувствовавшийся Ван Ян откинулся на спинку стула и, уставившись в звёздное небо, улыбнулся.Джессика посмотрела на него, посмотрела на опадающие листья, на ясную луну и тоже откинулась на спинку стула, облегчённо выдохнув:— Угу, тихо, красиво.Она вдруг произнесла:— Уже девять лет прошло.Ван Ян повернул к ней голову и протянул ладонь, сказав:— Эй, как насчёт провести ещё такие же девять лет?Джессика повернулась к нему и с хлопком пожала ему руку, ухмыльнувшись:— Договорились! Посмотрим, что будет.— Бабочка! — внезапно возбуждённо выкрикнула Хоуп, указывая в небо.Двое родителей посмотрели в том направлении и при помощи лунного света и света фонарей обнаружили, что это был обычный мотылёк, размахивавший крыльями.

Ван Ян с улыбкой сказал:— Это не бабочка, а мотылёк!— Мотылёк? — озадачилась Хоуп.— Да, мотылёк, — откликнулась Джессика.Ван Ян добавил:— Ага.

Может, не такой красивый, как бабочка, может, передвигается тёмной ночью, зато у него есть мужество гнаться за светом, он прекрасен!Хоуп задумчиво уставилась на мотылька.

Маленький мотылёк немного покружился и продолжил свой путь, направляясь к полной яркой луне.[Книга завершена]

Чем ближе становилось 25 ноября, тем сильнее ощущалась атмосфера Дня благодарения.

Уже была глубокая осень, повсюду деревья сбрасывали с себя золотисто-жёлтые листья, придавая некоторое уныние этому семейному празднику.

В День благодарения стояло ясное небо, вновь выдалась хорошая погода, Джессика проснулась очень рано.

На самом деле до этого она тщательно подготовилась к праздничному столу, купила большую, жирную индейку, чтобы все могли вдоволь наесться! Это ведь девятая годовщина их отношений! Более того, это первый относительно осмысленный День благодарения в жизни Хоуп.

Джессика давно ждала этого дня.

— Ян, Ян! Ты где? — раздался звонкий крик в гостиной.

— Ян, Ян! Ты где? — раздался следом тонкий детский голосок.

— Не зови папу по имени, — учила Джессика.

Ангелочек в последнее время находился на том этапе взросления, когда ей нравилось подражать действиям и речам взрослых.

Джессика взглянула на настенные часы и нахмурилась.

Планы немного изменились, в этом году у всех был свой День благодарения, потому что Джошуа недавно сделал успешное предложение руки и сердца и отправился с Алексис путешествовать по Европе, ещё и захватил с собой родителей; а родители Яна не придавали особого значения Дню благодарения, у них была своя программа в Сан-Франциско.

Тем не менее праздников ещё будет огромное количество, Хоуп исполнилось почти 2 года, её не заботило отсутствие большой шумной компании.

Провести время в тихой, уютной компании из трёх человек тоже неплохо.

— У мамы дела, — Джессика опустила голову, поцеловала Хоуп и с улыбкой сказала: — А ты иди поиграй.

Если что — зови маму.

Хоуп послушно кивнула, и на личике тоже показалась улыбка.

Хоуп уселась на полу посреди кучи игрушек и начала переставлять белого мишку, собачку, кошечку и другие куклы, что-то бормоча: «Кушай!», «Нельзя кушать», «Ешь-ешь, расти большой!», «Ай-ай, хи! Ты куда?»…

— Нашёл, нашёл!

Спустя некоторое время до гостиной донёсся смех Ван Яна, следом и он сам появился с коробкой чёрных видеокассет.

Хоуп с радостным возгласом встала и подбежала:

Ван Ян, улыбаясь, погладил её по голове и направился к телевизору и видеомагнитофону:

— Скоро узнаешь!

Это было одно из сокровищ в его хламе, который он привёз из родительского дома в Сан-Франциско, а точнее, кое-какие вещи, которые он снял в детстве.

Вскоре на экране телевизора включилась кассета.

По осенней лесной дороге прошёл темноволосый юноша среднего школьного возраста, встал перед камерой и с улыбкой сказал:

— Ты смотришь? Кретин!

— Ха-ха-ха! Кретин! — дика захохотал сидевший на диване Ван Ян, хлопая себя по ноге.

Рядом Хоуп тоже хихикала.

Она с любопытством спросила:

— Папа, кто это? Это ты?

Ван Ян кивнул:

Какой красавец, да?

Хоуп приняла недоумевающий вид:

— Почему длинные волосы?

Ван Ян пожал плечами:

— У папы тогда были длинные волосы, папа играл в музыкальной группе… Просто пел, но потом я исправился, теперь я режиссёр.

В какой-то момент из кухни вышла Джессика, оперлась сзади дивана о плечи Ван Яна и встала на цыпочки, пошатываясь.

Наблюдая, как он на видео выпендривается своими боевыми навыками, она кокетливым тоном промолвила:

— Красивый мальчик! Не хотел бы он пойти на свидание?

Ван Ян собирался что-что сказать, как вдруг Хоуп спародировала недавний крик юного папы:

Она с самых пелёнок несметное множество раз посещала съёмочную площадку и неоднократно слышала это слово.

Ван Ян же с Джессикой испытали небольшой шок.

Он спросил:

— Малышка, ты знаешь, что это значит? Action?

— Хм… — любившая размышлять Хоуп завертела головой и после недолгих раздумий с простодушной улыбкой ответила: — Кино!

Джессика, рассмеявшись, толкнула голову Ван Яна, а тот, нежно поглаживая голову дочери, расплылся в улыбке:

— Можешь так это понимать.

Солнце постепенно садилось на западе, отблески вечерней зари придавали ещё больше уныния осенним листьям, покрывавшим всю землю.

С самого утра и до наступления сумерек семья Ван Яна весело проводила время, зато у Дэнни появилось больше времени на сон.

— Она такая большая!

Над обеденным столом витали разные ароматы.

Глядя на множество благоухающих блюд и большую сверкающую индейку, Хоуп удивлённо воскликнула.

Ван Ян, сидевший на месте главы семейства, сделал торжественно-серьёзный вид и сообщил:

— Это наша семейная традиция: индейка на День благодарения должна быть большой.

Сидевшая слева Джессика пожала плечами:

Будучи любознательным ребёнком, Хоуп тут же спросила:

Ван Ян кашлянул и ладонью указал на Джессику, серьёзно сказав:

— Потому что у твоей мамы очень большой аппетит, каждый раз много ест.

Ты не помнишь? В прошлом году она съела пол-индейки.

Хоуп тотчас захихикала, отчего большие глаза превратились в полумесяцы:

— Мама, ты обжора!

Джессика изумлённо раскрыла рот, закатила глаза и с силой ударила Ван Яна по ладони:

— Неправда.

Ван Ян поднял вверх руки, направив нож прямо в полоток, и с улыбкой сказал:

— Ладно, ладно! Это был я.

Папа каждый раз много ест.

Из-за этого, когда мы в гостях, другие боятся, что у них маленькая индейка.

Джессика, показав большой палец, кивнула, её лицо, сдерживавшее смех, по-прежнему выглядело милым.

Этот праздничный обед прошёл под звуки весёлых голосов и смеха.

Сумерки уже сгустились, ветер приносил с собой осеннюю прохладу, во дворе с фирмианы осыпались листья, на лужайке уже скопилось несколько слоёв.

Сегодня было полнолуние, в ночном небе зависла круглая луна, чей яркий свет заливал землю.

— Ах-ха-ха! — Хоуп радостно бегала по лужайке.

Неподалёку, сидя на плетённых стульях, Ван Ян и Джессика любовались полной луной и о чём-то перешёптывались.

Он снова легонько погладил её живот, где зарождалась новая жизнь.

Немного поглядев на ангелочка, лежавший возле плетёного стула Дэнни устало сомкнул глаза.

Он был уже очень стар, и неизвестно, как долго он ещё сможет составлять им компанию, поэтому он наслаждался этим временем.

Сегодня вечерний ветерок отдавал такой приятной прохладой.

— Вечерний пейзаж сегодня действительно красивый, — слегка расчувствовавшийся Ван Ян откинулся на спинку стула и, уставившись в звёздное небо, улыбнулся.

Джессика посмотрела на него, посмотрела на опадающие листья, на ясную луну и тоже откинулась на спинку стула, облегчённо выдохнув:

— Угу, тихо, красиво.

Она вдруг произнесла:

— Уже девять лет прошло.

Ван Ян повернул к ней голову и протянул ладонь, сказав:

— Эй, как насчёт провести ещё такие же девять лет?

Джессика повернулась к нему и с хлопком пожала ему руку, ухмыльнувшись:

— Договорились! Посмотрим, что будет.

— Бабочка! — внезапно возбуждённо выкрикнула Хоуп, указывая в небо.

Двое родителей посмотрели в том направлении и при помощи лунного света и света фонарей обнаружили, что это был обычный мотылёк, размахивавший крыльями.

Ван Ян с улыбкой сказал:

— Это не бабочка, а мотылёк!

— Мотылёк? — озадачилась Хоуп.

— Да, мотылёк, — откликнулась Джессика.

Ван Ян добавил:

Может, не такой красивый, как бабочка, может, передвигается тёмной ночью, зато у него есть мужество гнаться за светом, он прекрасен!

Хоуп задумчиво уставилась на мотылька.

Маленький мотылёк немного покружился и продолжил свой путь, направляясь к полной яркой луне.

[Книга завершена]